Noa Fort - Everyday Actions

В 2018 году живущая в США израильская вокалистка, пианистка и музыкальный терапевт Ноа Форт выпустила свой дебютный альбом No World Between Us. На нашем сайте публиковалась рецензия на эту работу вместе с подробностями биографии Ноа, все это легко найти на сайте, поэтому сейчас, говоря о ее новой работе Everyday Actions, мне не хочется повторяться. А вот избежать каких-то сравнений с предыдущим проектом в любом случае не получится…

Итак, Everyday Actions. Этим альбомом Ноа дебютирует на независимом авангардном лейбле ears&eyes Records. Состав музыкантов в основном остался тем же, что и в No World Between Us, только на басу Зака Лобера сменил Дэн Лумис, известный музыкант, работавший, к примеру, с трио Джоэля Фрама и трио Вадима Неселовского. Если, говоря о No World Between Us, я отмечал, что пение Ноа Форт очень далеко от стандартного джазового репертуара, то сейчас можно констатировать, что Ноа отдрейфовала от него еще радикальнее. Лишь в одном треке в новом альбоме, The Stories We Tell, Форт поет конкретный текст, в остальных случаях – это вокальная силлабическая импровизация, не имеющая ничего общего ни с оперным вокализом, ни с джазовым скэтом. Голос для Ноа – это такой же инструмент, как фортепьяно, и обоими инструментами она умело пользуется для трансляции своих эмоций, мыслей и воспоминаний.

Не знаю, навеяна ли стартовая пьеса Endless Tea Party с остинатным повторением одной музыкальной фразы «Алисой в стране чудес» Льюиса Кэрролла, но и голос, и фортепьяно, и работа партнеров Форт сразу задают определенный авангардный акцент всему, что последует за этой композицией. Tunnels и Deeping показывают, что в композиционном плане Форт не чужды идеи минимализма, а Song for a New Year, композиция, посвященная празднованию Рош-ха-Шана, еврейского Нового года, являет самый удачный пример взаимодействия голоса Ноа с трубой Джоша Дойча, где они вступают в прямой диалог. Труба, как известно, один из самых близких человеческому голосу инструментов, и странно, что Ноа весьма умеренно пользуется возможностями такого диалога, чаще инструмент Дойча словно эхо вторит голосу Форт. А вот в пьесе Rovno она не использует вокал вообще, это чисто фортепьянная композиция, в которой нет ничего авангардного. Современный украинский город Ровно – родина предков Ноа. Здесь не один век существовала большая и успешная еврейская община, стертая с лица земли нацистами в годы Холокоста. Свои размышления об этих событиях, о генетической памяти, об истории своей семьи Ноа передает в этой импровизационной фортепьянной музыке. Завершает альбом пьеса Nature’s: работа над альбомом шла в период локдауна, связанного с пандемией, и здесь голос и фортепьяно Ноа служат воспоминанием о грустных одиноких прогулках по улицам города, оказавшегося, как и весь мир, под прессом COVID-19.

Как резюмировать впечатления? Характер творчества Ноа Форт явно не гарантирует ей места в чартах популярности. Но талант и мастерство этой нестандартной певицы обязательно найдут отклик у тех, кто любит в искусстве не парадные проспекты, а непроторенные, но очень интересные пути.

© & (p) 2021 ears&eyes Records

9 tks / 40 mins

(Noa Fort – voice, p; Josh Deutsch – tp; Dan Loomis – b; Ronen Itzik – dr;)

Линк предоставил Matthew Golombisky

Леонид АУСКЕРН