Yuri Vinogradov - Snow In Europe

Музыкант-мультиинструменталист, импровизатор и саунд-продюсер по призванию, философ по образованию, москвич Юрий Виноградов (р.1985) в письме автору этих строк так характеризует свой новый (уже далеко не первый) альбом Snow In Europe: «Альбом представляет из себя записи импровизационных элегий для воображаемого фри-джазового ансамбля с ведущим фортепиано, все инструмент записаны в домашней виртуальной студии мной одним.» Признаться, я с некоторым недоверием перечитывал эти строки, слушая стартовую композицию альбома Slow Are the Years of Light и следя за несколько минорной темой фортепьяно. «Ну, какое же это фри? – думалось мне, - это красиво, но, скорее, в духе академической традиции». Оказалось, торопиться с выводами не стоило. Четыре с половиной минуты звучания Slow Are the Years of Light оказались лишь прелюдией к большому (почти полтора часа звучания) и очень разнообразному альбому. Литературные ассоциации не всегда резонируют с музыкой, но этот альбом Юрия я бы сравнил со сборником выполненных в разной манере рассказов, а завершается этот «сборник» титульной двадцатиминутной композицией, которая вполне тянет на повесть. В появлении подобных ассоциаций «виноваты», как правило, развернутые названия композиций, исподволь направляющие воображение слушателя в определенном направлении.

Но продолжим о музыке. Основным инструментом для Юрия являются клавишные, но он «раскрашивает» свою саунд-палитру и гитарой, и басовыми линиями, и ударными. В такой действительно новоджазовой (я предпочитаю в случае Юрия именно этот термин, потому что его музыка гораздо ближе к «фри» в европейском, современном понимании, а не к афроамериканским образчикам из 60-х годов) пьесе, как Truth That Lives Eternally Is Told in Time, саунд ударных занимает весьма и весьма существенное место. Самое же сильное впечатление на меня произвела другая композиция той же стилистики - Birds as Bright as Their Own Song, вторая в альбоме по продолжительности звучания (одиннадцать с половиной минут). Вообще, мне кажется, этому автору лучше удаются крупноформатные пьесы, где есть место для свободного, сравнительно неспешного развития. При всей свободе импровизации, диссонансы или какие-то резкие переходы у Виноградова в принципе не в большой чести, что не мешает и политематизму, и свежести, и драматичности содержания, как в And When the Voice Has Died или в финальном треке Snow In Europe. А вот композицию Nocturnal Flesh я, видимо, «не расслышал»: в «космическом» характере музыки в этой пьесе мне не хватило именно свежести, не оставляло ощущение, что нечто подобное уже слышал…

Все вышесказанное, разумеется, субъективно. Единственно верным (именно для вас) будет только ваше собственное впечатление, а не мое или автора и исполнителя этой музыки. Юрий, как бы в виде эпиграфа к альбому (или к титульной пьесе?), приводит цитату из стихов одного из своих любимых поэтов, британского сюрреалиста Дэвида Гаскойна:

Тише, тише, говорит единство снега.
Урал и Юра теперь породнились
В расползающемся арктическом одиночестве. Все едино:
Абсолютно монотонны поля и горы, страны и города.
Контуров и границ теперь не различить.

Возможно, эти строки станут для вас ключиком к музыкальным мирам Юрия Виноградова.

© & (p) 2020 Fancy Music

10 tks / 88 mins

(Yuri Vinogradov – all instruments;)

Линк предоставил Yuri Vinogradov

Леонид АУСКЕРН