Новости из истории музыки

Говорят, что первый джаз-клуб был открыт в Германии, в мало кому известном городе Крефельде. Старожилы и завсегдатаи этого клуба, ссылаясь на уцелевшие в огне рукописи времен средневековья, вспоминают.

В эпоху Великих географических открытий и мрачных времен инквизиции в Гамбурге жил некий ганзейский купец по имени Ганс и по прозвищу Ванильный. Его торговая компания занималась поставками на европейский рынок чая и пряностей из Китая, отчего Ганс собственно и получил свое прозвище.

Вернувшись однажды из очередной служебной командировки, Ганс вывел на причал маленького тайского мальчика, при ближайшем рассмотрении оказавшегося подростком лет 14 ти. По слухам Ганс нашел его в одной из забегаловок Гонгонга, где тот искусно готовил всевозможные блюда. Поскольку Ганс был большим любителем покушать, а мальчик оказался абсолютным сиротой, купец попросту выкупил его у хозяина забегаловки и взял его с собой на судно, где тот исправно и вкусно готовил тайскую еду, чем ублажал привередливого купца. Мальчика этого звали Джа Ну. Купец поселил подростка в своем доме, выгнав своих прежних поваров взашей. Немногочисленные гости Ганса были совершенно потрясены оригинальной кухней купца, и слухи о Джа Ну постепенно стали распространяться в округе. Забегая вперед скажем, что именно гастрономические изыски и стали причиной тяжелого недуга Ганса Ванильного. Оставив дела, он перебрался в свое поместье под Крефельдом, куда не забыл захватить и Джа Ну. Несмотря на тайские травяные отвары, которыми Джа Ну пытался лечить своего господина, тот вскоре скончался от непроходимости кишечника.

Прислуга покойного купца, так и не привыкнув к тайской кухне, постаралась быстро избавиться от Джа Ну. Того попросту выгнали на улицу, и он отправился по городским улочкам Крефельда в поисках своей новой судьбы. Местный булочник сжалился над несчастным и взял его к себе. Джа Ну быстро адаптировался к новым условиям, научился печь пирожные, рисовые шарики и создавать пикантные сладости.

Жена булочника – еще молодая статная женщина просто обожала Джа Ну и оказывала всяческие знаки внимания молодому человеку. Их отношения зашли так далеко, что однажды, согласно поговорке "что тайцу хорошо, то немцу смерть" – она просто отравила опостылевшего ей мужа очередным кондитерским шедевром от Джа и, недолго погоревав, женила на себе возмужавшего и окрепшего тайца.

Обладая пытливым умом и смекалкой, Джа Ну, посоветовавшись с женой, открыл при булочной маленький и недорогой ресторанчик быстрого питания на базе тайской кухни. Оригинальная идея на столетия опередила свое время, однако консервативные бургерландцы не спешили посещать экзотическое место, хотя некоторые из них из любопытсва все же туда заглядывали.

Чтобы привлечь посетителей, хитроумный Джа решил пойти другим путем. Он собрал группу бродячих музыкантов – зингеров, обучил их тайским музыкальным приемам и те, под руководством тайца, соединили древние тевтонские гимны, католические песнопения, баварские ритмы и китайские лады и мелизматику и создали свой, ни на что не похожий музыкальный стиль и язык ДЖАЗингеров. В невероятно короткие сроки новый стиль стал чрезвычайно популярен в городе. Певцы за короткий срок овладели богатым инструментарием, собрав уцелевшие после сожжения еретиков медные музыкальные инструменты и наскоро приведя их в порядок. Так возник первый джазингеровский брасс-ансамбль.

Народ повалил в ресторанчик Джа за экзотической едой и за столь же экзотической музыкой. Особенно сюда спешили оттянутся после тяжелого трудового дня, пропахшие дымом и кровью, специалисты из главного отдела по борьбе с инакомыслием при канцелярии Святейшего инквизитора. Выпив пива, они с удовольствием насвистывали свои профессиональные мотивчики, которые тут же подхватывались и развивались музыкантами. Так родились первые стандарты:

" Люби его, пока он живой"
"Я еще не готов уходить"
"Не брани меня матом"
"Дыблюсь я на небо"
"В твоей я власти, не рви меня на части"
"Оков твоих не избежать"
"Как хороши, как свежи были розги"
"Из рук твоих я яд приму с отравой"
"Лучше слышать, чем видеть" и др.

Однажды сюда, на огонек инквизиции, заглянул, тогда еще никому не известный торговец вином, Христофор Колумб. Ему, человеку с ярким темпераментом, по вкусу пришлась и кухня, и заводная музыка. Особенно ему понравились два стандарта – "Кому суждено быть сожженным – тот не утонет" и легкомысленная баллада "Больше воды – больше огня". Христо сдружился с музыкантами и в один прекрасный момент пригласил их с собой в первое заокеанское турне. Скрипя сердцем, Джа отпустил музыкантов, надеясь, что вскоре они вернуться. Но жизнь распорядилась по-своему. Благополучно достигнув Нового Света, группа Джазингеров была восторженно принята аборигенами Америки. Объехав полстраны, музыканты наделали много шума и обрели массу поклонников. Многие из них, женившись на чернокожих красавицах, стали устраивать свою жизнь на новом месте, обрастая недвижимостью и детьми. Новая генерация с легкостью восприняла новый стиль музыки и так же легко его развивала.

Так ДЖАЗ попал в Америку. Остальное Вы, читатель, знаете.

В Крефельде же, после отъезда джазингеров, посетители ресторанчика Джа Ну еще некоторое время по инерции заглядывали в него, но, утратив всякую надежду на возвращение любимцев постарались о нем забыть. Место это стало абсолютно бесперспективным и вскоре закрылось. Джа умер от болезни печали. О джазингерах и о джазе забыли, и Европа еще на несколько столетий погрузилась во мрак средневековья и органной музыки. И если бы не рукописи, мы бы так никогда и не узнали истинную историю происхождения ДЖАЗа. Хорошо все-таки, что рукописи не горят.

Сергей Старостин (Дед) 01.10.2004