Tony Ellis and The Musicians of Braeburn

В комедии "Blues Brothers 2000" все шутки звучат как-то безгранично печально. Удивляться не приходится: без энергетики покойного Джона Белуши данная киноверсия, несмотря на целый взвод участвовавших в съемках суперзвед, была обречена на провал. Вот и когда герой явно постаревшего Дэна Эйкройда – Элвуд Блюз – поочередно появляясь во всевозможных конторах, на неизменный вопрос "Кто вы такой?" с гордостью отвечает: "Блюз Бразерз!", то тут же сталкивается с полным непониманием. "Blue Grass?", – каждый раз переспрашивают его. "No! – возмущается Элвуд. – Blues Brothers!". Я, признаюсь, долго не мог понять, в чем же там юмор. Пока в Минск на День Независимости США не приехал по приглашению американского посольства Тони Эллис с "Музыкантами из Брайберна".

Тони Эллис – ветеран музыки блюграсс. Уроженец Северной Каролины с шотландскими корнями, он в самом начале 1960-х принимал участие в записях легендарного коллектива Blue Grass Boys под руководством Билла Монро, который, собственно, и является основоположником "музыки голубых лугов". В 1993 году Тони Эллис воссоединился с лучшими музыкантами этой группы, чтобы принять участие в известном гастрольном туре "Мастера банджо" и записи альбома, спродюсированного Национальным советом по традиционным видам искусств. Кроме того, Тони Эллис также известен своим пристрастием к старинной музыке. В этом направлении он давно и успешно сотрудничает с Томми Джареллом и другими исполнителями.

Однако именно коронный стиль игры музыканта на банджо и скрипке, метко названный критиками "красноречием Аппалачей", привел Тони Эллиса к широкому признанию и получению многочисленных наград, включая премию Общества культурного наследия в области исполнительских искусств штата Огайо в 2003 году. Индивидуальная манера игры и использование различных модальных настроек позволяют Тони сочетать в своих выступлениях элементы блюграсс, салонной музыки XVIII века, музыки менестрелей, ирландских мелодий, рэгтайма и многих других направлений.

Авторские композиции Тони Эллиса с успехом записывали такие известные в Америке фолк-исполнители, как Айна Миноуг, Эллис Джерард, Джерри О'Салливан и др. Среди многочисленных альбомов, в записи которых принимал участие Тони, стоит отметить его признанные сольные проекты: Dixie Banner, Farwell My Home, Quaker Girl и последний из его релизов – The Quest.

В гастрольном туре на Беларусь Тони Эллиса сопровождали музыканты из города Брайберна: его сын – известный гитарист, автор и исполнитель Уильям Ли Эллис; супруга Тони – Луиз Эдкинс, клавишные; Ларри Нэйгер, контрабас, мандолина и "стиральная доска". С этим составом Тони Эллис, который помимо банджо также виртуозно владеет и скрипкой, представили музыкальную программу, отображающую широкое многообразие американской музыки от блюза до кантри, от вальса до традиционных шотландских мелодий.

Тони Эллис и "Музыканты Брайберна" гастролировали в Великобритании, Японии, Новой Зеландии, Австралии, Центральной Америке, на Кубе. Они выступали на многих известных площадках США, включая Центр исполнительских искусств имени Кеннеди. В 2003 году Тони Эллис и Музыканты Брайберна приняли участие в музыкальном марафоне в память о событиях 11 сентября 2001 года, организованном телеканалом Travel Channel. В сентябре 2005 года Тони Эллис был приглашен для участия в прямом эфире популярного телешоу Дэвида Леттермана, где совместно с ним выступили легенда банджо Эрл Скраггс и кинозвезда Стив Мартин, который, помимо кино-карьеры, известен также как мастер-изготовитель банджо. На музыкальном фестивале, организованном журналом New Yorker, выступление Тони Эллиса и "Музыкантов Брайберна" снимал для своего нового документального фильма "Проект "Банджо"" известный режиссер Марк Филдс.

А теперь, собственно, о той киношной шутке. Она, конечно, предельно снобистская, но вполне реалистично отображает отношение блюзмэнов, особенно играющих Чикаго-блюз, исполнителей, так сказать, музыки "высокого стиля", к исполнителям "простых" жанров. Что и говорить, блюграсс, в отличие от джаза и блюза, продолжает оставаться музыкой для open air, а если и попадает в концертные залы, то, главным образом, для сопровождения "официальных мероприятий".

Это ощущалось и во время концерта Tony Ellis and The Musicians of Braeburn в минской филармонии. Музыканты, конечно, держались вполне уверенно, их не смущала чопорная обстановка и дешевый помпезный интерьер, но… зрители гораздо лучше чувствовали бы себя во время их выступления, развалившись на лужайке, да еще лучше под колбаски-гриль с будвайзером. Может, само название стиля к этому "обязывает"?

Тони, Эллис, Билл и Ларри (у которого предки, как оказалось, родом из Беларуси) – необычайно обаятельные, жизнерадостные и увлеченные люди. В их игре и пении чувствовалась легкость и непринужденность, являвшаяся, возможно, пусть и не следствием обладания высоченной техники, но – что ничуть не хуже! – следствием полной самоотдачи и душевного равновесия. А с какой неподдельной любовью смотрела на свою семью и друга сына Луиз Эдкинс! Один этот взгляд способен был вызвать трепет в сердцах и легкую добрую зависть…

В общении они оказались такими же непринужденными и открытыми, посему интервью постепенно переросло в легкую и непосредственную беседу.

Александр Островцов: Когда блюграсс рождался лет 50-70 назад, альтернативы живой музыке на сельских праздниках и свадьбах не существовало...

Тони: Блюграсс официально родился в 1939 году после того, как Билл Монро выступил на одном знаменитом шоу…

Александр Островцов: Но ведь сейчас существует большая конкуренция со стороны поп-музыки. Как в условиях такой конкуренции блюграсс существует, выживает?

Тони: Блюграсс рождался тогда, когда не было никаких фестивалей. Он игрался везде, где собиралось достаточно много народу – на ярмарках, любых других не относящихся к музыке мероприятиях, где можно было просто взять и начать играть для людей.

Ларри: А сейчас же блюграсс даже более популярен, чем раньше, потому что существует множество фестивалей, которые происходят хоть и не обязательно в какой-нибудь праздник, но на них всегда собирается много народу

Александр Островцов: А молодые люди играют блюграсс?

Тони: О, да!

Александр Островцов: А они привносят что-нибудь свое, новое – диджей-культуру, например?

Тони: Техно? Ноу техно! (Все смеются,)

Билл: Еще будет! Найколь Крик привнес очень многое в блюграсс, например каверы песен Боба Дилана. Блюграсс с самого начала был музыкой инноваций, и многие музыканты уже тогда, когда блюграасс только появился, привносили в эту музыку что-то новое. Таким образом, стиль развивался, и даже сам Билл Монро постоянно ее модифицировал. Например, изначально композиция Blue Moon of Kentucky была записана Биллом Монро, потом ее перепел Элвис в размере 4х4, после чего и сам Монро перепел ее в четырех четвертях.

Александр Островцов: С какого инструмента начался блюграсс. С банджо?

Тони: Наверно, с мандолины. Но тот блюграсс, которым мы знаем его сегодня, появился с тех пор, как в нем заиграло банджо.

Ларри: Мы играем не чистый блюграсс. Мы стараемся совмещать разные стили музыки, и то что играет Билл, например, это скорее не блюграсс, а блюз.

Билл: Да, несмотря на то, что мы называемся блюграсс-группой, мы играем в самых разных стилях, из которых состоит южная музыка, музыка южных штатов – блюз, госпел, рэгтайм музыка Аппалачей…

Тони: Это были как раз те элементы, которые Билл Монро собрал воедино, и получилась музыка блюграсс.

Александр Островцов: А много в блюграсс таких семейных коллективов, как ваш?

Тони: Очень много: Монро Бразерз, Абрамс Бразерз, Стэнли Бразерз, Андерсон Фэмили, Луис Фэмили…

Ларри: В традиционной музыке очень часто играть начинают именно дома, это первое место, где начинают ей учиться.

Александр Островцов: У вас счастливая страна, потому что все стили музыки имеют возможность развиваться одновременно, не испытывая никакой конкуренции. У нас же традиционная культура явно не выдерживает конкуренции со стороны поп-музыки.

Луиз: Есть такой новый термин – американо, под который подходит любая традиционная американская музыка – блюз, госпел, блюграсс, и Тони способен играть в любом из этих напарвлений. Поэтому и та музыка, которую он исполняет, полностью подходит под понятие американо.

Билл: Наша музыка сильно отличается от поп-музыки, которая предельно коммерциализирована и нацелена исключительно на получение денег. Мы же не хотим попадать в чарты или записывать огромное количество дисков. Мы просто хотим делать музыку, которая нам нравиться, и которая у нас получается.

Александр Островцов: Чем же тогда для вас музыка является больше – хобби или профессией?

Тони: И тем, и другим.

Билл: Мы не стремимся удовлетворить миллионы людей, мы хотим доставлять удовольствие самим себе.

Александр Островцов: Я очень рад, что встретил людей, которые по-настоящему любят друг друга и не скрывают этого. Вы – счастливые люди!

Билл: Для нас это большая честь – делать то, что нам нравиться, здесь, в Беларуси, нам это очень приятно.

Тони: Визит в Беларусь, выступление в Беларуси – самая приятная из наших последних гастрольных поездок.

Ваша композиция, посвященная Беларуси, просто поразила. Вы так мало находились на нашей земле, но мгновенно разгадали характер наших традиционой музыки, предельно точно уловили ее мелодику – этакий минор в мажоре. Попадание – в точку. Как такое могло случиться?

Билл: В любой традиционной музыке можно встретить минор в мажоре, и в американской, в том же блюзе. Поэтому было не очень сложно угадать основные мотивы белорусской музыки.

Александр Островцов: Тем не менее, у южных славянских народов, например, преобладают мажорные, разухабистые мотивы. Что именно послужило толчком к выбору именно такой музыкальной идеи? Все-таки вы ее уловили, у вас получилось...

Тони: Мы не случайно попали в точку. Просто перед тем, как ехать на Беларусь, мы ознакомились с ее историей, очень много прочитали про вашу страну, узнали много исторических фактов, и как-то уловили дух людей, живущих здесь. Возможно, именно это сильно повлияло на выбор тональности, в которой мы сыграли эту мелодию.

Александр Островцов: То, что вы узнали теоретически перед поездкой – соответсвуте ли действительности?

Тони: Нет, во много не совпадает. Но когда приезжаешь сюда, и видишь, что происходит вокруг, то начинаешь совмещать все воедино, и только тогда получается общая картина того, что есть на самом деле.

Ларри: Тони и Билл очень скромны, а поэтому не умалчивают, но я скажу: на самом деле они замечательные композиторы, которые сами пишут музыку, и их способ сочинения музыки немного отличается от общепринятого. Поэтому те минорные аккорды, которые они сочиняют, тоже очень своеобразны и отличаются от традиционных.

Александр Островцов: Я догадался!

Луиз: Если бы термин "американо" не был изобретен по каким-то причинам, его надо было бы изобрести специально для того, чтобы описать музыку, которую играет Тони. У него отменный слух, тонко воспринимающий все нюансы традиционной музыки, а его талант позволяет объединить все это воедино и получить такой вот сплав, который он играет сейчас. У нас на свадьбе с Тони пела русская женщина, певица ("О, май Год!" – восклицает Билл), и она пела очень печальные песни, которые все были в миноре, и нам было грустно, и сложилось такое впечатление, что здесь все так печально. И мы были рады, приехав сюда, увидеть, что здесь не только минор, но и мажорные мотивы присутствуют. На самом деле все намного радостней!

В конце мне хочется рассказать одну историю. В Минске Tony Ellis and The Musicians of Braeburn выступали вместе с Ансамблем солистов Белорусской государственной филармонии под управлением Игоря Иванова, виртуозного балалаечника. Тони, живо интересующемуся всем, что происходит вокруг, так понравилась балалайка, что он загорелся освоить этот инструмент. И попросил завести его в музыкальный магазин. Там, пересмотрев весь ассортимент, он расстроился: "Это не музыкальные инструменты, а сувениры для туристов. Играть на таком нельзя". И тут он обратил внимание на маленькую девочку, которой мама покупала скрипку. Решив профессиональным советом принять участие в покупке, он взял из рук будущей скрипачки инструмент, повертел его в руках, потрогал струны, присмотрелся к смычку и попросил перевести: "Скрипка нормальная, а смычок кривой, его надо поменять". "Но ведь это – комплект!", – насторожилась мамаша. "Пусть продавцы его рассортируют и покажут другой смычок", – настаивал Тони. Женщину парализовал идеологический совковый ужас: "Мы купим так, как есть, в комплекте". Тони, не понимающий, возможно, глубинных подсознательных причин ее несговорчивости, расстроился еще больше, возбужденно взмахнул руками, пошел к машине, достал из футляра один из своих смычков (стоимостью в несколько сот долларов), вернулся в магазин и вручил его девочке.

Как говорится, без комментариев.

Александр ОСТРОВЦОВ

2007