Sex Mob - Din of Inequity

Нормальный человек, взяв в руки диск группы "Sex Mob" (что значит «Сексуальная шайка» — еще то название!), да потом послушав, что на нем записано, должен сказать: «Черт знает что!» И он будет где-то прав. Первые минуты программы вызывают откровенное возмущение. Под аккомпанемент навязчивого баса труба явно то ли балуется, то ли издевается. Ни джазом, ни музыкой это назвать никак нельзя. Некоторое смущение вызывают только скользящие звуки в верхнем регистре — как известно, исполнение глиссандо на трубе подвластны только мастерам экстра-класса. Но вот вступает саксофон, и все переворачивается. Потому что «это», чему нет названия, звучит в идеальном унисоне. Значит получается, «это», что звучало в начале, было темой, раз они смогли «это» выучить.

А потом начинает звучать вкуснейший ритм-энд-блюз, с хаммондовским тембром электрооргана, перекликающимся с жесткой гитарой, опять с удивительными унисонами трубы и саксофона. И тут выясняется, что это один из хитов Принса, времен, когда он еще был тем самым Принсом. Оказывается, то, что поначалу принимается за баловство и издевку, просто высшая степень свободы — мелодической, гармонической, ритмической — и владения инструментом. И эта свобода существует в предельно четко и даже жестко организованном пространстве. Прекрасная ритм-секция, которую в некоторых композициях усиливают гитары и клавишные, такое пространство для трубы предоставляет.

Молодой нью-йоркский трубач Стивен Бернстайн (Steven Bernstein) уже успел завоевать себе репутацию ниспровергателя правил и устоев. Безусловно, он обладает оригинальнейшим музыкальным мышлением, и слушателю нужно некоторое время, чтобы привыкнуть к его способу излагать музыкальный материал. Но, постигнув его, можно получить огромнейшее удовольствие — именно от необычности. Нет, это еще не есть открытие нового джазового языка. Но, безусловно, — открытие нового, еще малоизученного диалекта.

Этот диск ждали долго, с предвкушением сюрприза: о проекте было объявлено заранее. И надежды оправдались. Совершенно великолепным оказался дуэт трубы Бернстайна с альт-саксофоном Бриггана Краусса (Briggan Krauss). В квартет вошли еще барабанщик Кенни Уоллесен (Kenny Wollesen) и контрабасист Тони Шерр (Toni Scherr).

Большая часть программы написана самим Бернстайном — это самые изощренные темы. Но еще более неожиданными становятся интерпретации тем известных. Кроме Принса, под руку "попались" Эллингтон, Ледбеттер, Кармайкл. Узнать их мудрено. Почему-то исполнителям приглянулась музыка из фильмов о Джеймсе Бонде. Присутствуют сразу две темы — из "Голдфингера" и "Живи и дай умереть". Кстати, автор последней мелодии — сэр Пол Маккартни. Но подлинным шедевром стала версия хита прошлого сезона "Макарена". Из попсового шлягера она превратилась в мрачноватый гимн, сыгранный в темпе траурного марша.

Мы читали столько историй, ставших уже легендами, о том, как Глен Миллер придумывал "кристал корус", а Телониус Монк с друзьями изобретал боп. И невольно вставал вопрос: а что же осталось нашему поколению? Неужели в джазе уже все придумано? Так вот вам, получите! И думайте, как с этим разобраться.

© ℗ 1998 Knitting Factory Rec.
13 tks / 55 mins

Юрий БУДЬКО