Международный музыкальный фестиваль «Длинные руки-2»

В Москве завершился международный музыкальный фестиваль «Длинные руки-2», организованный Культурным Центром «ДОМ». С 1-10 октября в небольшом зальчике в Овчинниковском переулке звучал американский авангардный фри-джаз, новая шумовая и экспериментальная музыка из Японии, Франции, Швейцарии, Нидерланд, Германии и России. Удивительно, но, как и предупредили организаторы, обошлось без этнической составляющей, на что, впрочем, никто не обратил внимания благодаря избытку интереснейших исполнителей.

Музыкально-импровизационный абсурд признанных европейских деятелей Хана Беннинка и Михаила Менгельберга , молодой дуэт французских исследователей наследия фри-джаза 60-х Дидье Лассерре и Себастьяна Капазы, экстремально-пародийный вокал Дэвида Мосса под аккомпанемент электронно-обработанных звуков трения фольги, насаженной на шестину, эксцентричное пение Шелли Хирш, сопровождаемое живописной фонограммой Бернарда Херманна – лишь часть кажущегося необъятным многообразия, предложенного организаторами фестиваля.

Электроакустические эксперименты подкреплялись техническими новациями, а «углубленное слушание» соседствовало с откровенными испытаниями влияния силы звука на человеческий организм. Термин «deep listening» является не случайным. Его изобретательницей стала Полин Оливерос – в прямом смысле бабушка с аккордеоном и… лэптопом, на котором звуки инструмента преобразовываются по желанию исполнителя в реальном времени. Это звуки зевков фантастических чудовищ и поскрипов приоткрытых дверей в пустынных коридорах – фон для нестрашных ужастиков, дремучая сказка, преобразованная теплотой душевной старушки. Зрители сидят вокруг – ещё одна картинка из детства – и кажется до самого конца не верят, что в руках седой рассказчицы в старомодных очках не появятся вязальные спицы, а лэптоп не спрыгнет ей на колени чёрным мурлыкающим котом.

В 1957 году Полин Оливерос совместно с другим музыкальным новатором Терри Райли дали возможность свободной импровизации выйти за рамки джазового стиля. Спустя время Полин записывает альбомы на дне гигантской цистерны, а Райли верховодит в музыке принципом минимализма, противоречивого понятия, суть которого он раскроет в последний день фестиваля. Его инструментом будет простой рояль, одна простейшая до мажорная тональность и рождённый этими нехитрыми средствами мир звуков, сквозь который можно пропустить и американский джаз и индийские раги. Его слушателей в Москве 10 октября не наберётся и на Театральный зал Международного Дома Музыки, но возможно для минимализма это здоровый признак, так же как проведение фестиваля подобной музыки в то время как ни одного из главных зачинателей уже нет в живых – здоровый признак отечественной культуры.

Мария Зотова

2005