Олег Лундстрем и Его Оркестр - Мы Снова Вместе

Советский джаз за семь десятилетий своего существования подарил миру немало выдающихся исполнителей. Несколько меньше мир знает о советских комбо, которые бы достигли мирового уровня; почти не знает выдающихся джазовых биг-бэндов и, что особенно обидно, он не знает советских джазовых композиторов. То есть произведения для джаза писали многие (Мурад Кажлаев, Арно Бабаджанян, Юрий Саульский, Андрей Петров и др.), но на память приходят авторские диски разве что Раймонда Паулса и Леонида Чижика.

И вот диск, который называется "Олег Лундстрем и его оркестр". Заметим: именно так, а не привычное нам "Оркестр Олега Лундстрема". На родине джаза так писали всегда: "Duke Ellington and his orchestra". Причина одна: этот диск — антология лучших композиций самого Олега Леонидовича в исполнении его оркестра. Впрочем, и в исполнении самого автора тоже.

На обложке этого диска стоит одна цифра, и именно эта цифра является ключом к восприятию той музыки, которая на нем записана. Рядом со стилизованным лавровым венком — цифра 80. Это столько лет исполнилось в 1996 году Олегу Лундстрему. Диск — мемориальный. И диск — джазовый. Добавление это совсем нелишне, ибо Олег Лундстрем — известен не только в джазовой среде: он – автор симфонии и других, совсем неджазовых произведений, написанных, главным образом, в годы "казанской ссылки".

Так уж сложилось в биографии Олега Лундстрема и музыкантов его оркестра, что, когда они в 1947 году приехали из Шанхая в СССР, дальше Казани их всевидящее "царёво око" не пустило. И хотя костяк оркестра составляли музыканты — выходцы из семей советских специалистов, работавших на Китайско-Восточной железной дороге, большого доверия к ним власти не испытывали, тем более, что именно тогда началась эпоха, получившая (с легкой руки Леонида Утесова) название "эпохи административного разгибания саксофонов".

Именно в Казани, работая на эстраде и в Татарском театре оперы и балета, Олег Лундстрем закончил консерваторию, причем по двум классам одновременно — как композитор и как дирижер. Пятилетним ребенком Олег Лундстрем был привезен родителями в Харбин. В 19 лет он — выпускник музыкального техникума по классу скрипки, в 28 — факультета архитектуры Высшего технического центра в Шанхае. Из своих 80 лет жизни 62 года Олег Лундстрем возглавлял оркестр — самый большой долгожитель в ряду джазовых биг-бэндов мира.

В обозреваемом диске 12 пьес, написанных О.Лундстремом в период с 1945 по 1981 год. Первая запись относится к 1959 году, последняя— к 1990. Обращают на себя внимание и десятилетия, отделяющие написаниеот записи на пленку: "Мираж" (1947 — 1968), "Пролог"(1963 — 1990), "Расцветает сирень" (1955 — 1985), "Этюд для оркестра" (1960 — 1985). Расставив пьесы по годам их написания, можно проследить динамику интересов Олега Лундстрема: от классического блюза в духе Каунта Бейси до сложных композиций "третьего течения" (дрейф от Дюка Эллингтона 40-х годов до того же Дюка Эллингтона, но уже 60-х). Все пьесы– пример блестящего слияния джаза и симфонической музыки, европейской композиторской техники с джазовыми традициями. Правда, то, что записи 1982—1985 гг. аранжированы Виталием Долговым (остальные — самим Олегом Лундстремом), разрушает некое стилистическое единство диска и создает впечатление некоторой эклектики, однако в целом мастерство и композитора, и исполнителей поражает.

Между первой записью и последней — разница в 31 год. Сколько музыкантов сменилось за это время в оркестре! Но ощущение такое, что записано все в один день и одним составом. И в этом — великая роль дирижера, пронесшего сквозь десятилетия нетронутым "лицо" оркестра.

Диск дает возможность вновь насладиться мастерством блестящих музыкантов недавнего прошлого, хотя "иных уж нет, а те далече": Романа Кунсмана, Георгия Гараняна (альт-саксофон), Виктора Гусейнова (труба),Николая Панова (тенор-саксофон), Михаила Окуня (фортепиано), Ивана Юрченко(барабаны). И вновь замирает душа перед лирическими балладами в исполнении Игоря Лундстрема — этакого отечественного Бена Уэбстера (польский вариант— Томаш Шукальский). Ну и, конечно, сам Олег Лундстрем, чье фортепианное соло звучит в "Интерлюдии" (1945—1959) – единственной известной автору записи самого мастера.

В диске представлены и программные произведения ("Бухарский орнамент" и "В горах Грузии"), о которых еще недавно писали как о "претворяющих в современной джазовой форме интонации музыки народов СССР". Где теперь Бухара? Где теперь Грузия? «Я не играю джаз. Я играю музыку». Так ответил однаждыДюк Эллингтон на вопрос, джаз ли то, что исполняет его оркестр. Думается,то же мог бы сказать и Олег Лундстрем. По крайней мере, по поводу этого диска.

(с) & ℗ General Records 1996
12 tks/60'37 mins

Яков БАСИН