Радик Тюлюш: «Проект «Чалама» – это дитя современного состояния традиционной тувинской музыки».

Радик Тюлюш – мастер горлового пения, участник известной на весь мир тувинской группы «Хуун-Хуур-Ту». В 1999-2000 работал в фольклорном коллективе «Тыва», после – в группе «Ят-ха», за время работы в которой выпущено 2 диска и завоевана премия «The BBC Radio 3 Award for World Music». В 2005 году в Англии совместно с этномузыкологом Кембриджского университета Carole Pegg выпустил первый сольный альбом «Tuva: Spirits of my Land». В феврале 2013 года вышел второй альбом под названием «Чалама». Следом появился и собственный музыкальный коллектив Радика с одноименным названием. Проект «Чалама» постепенно набирает обороты, выступая в клубах и на фестивалях, как в России, так и за ее пределами. Накануне очередного концерта с проектом «Чалама» в Москве Радик рассказал об особенностях горлового пения, современном взгляде на тувинскую музыку и профессиональных планах.

Анна Ржевина (А.Р.): Я полагаю, что любовь к музыке, к родной культуре, была привита Вам с детства. Расскажите, с чего начинался Ваш музыкальный путь?


Радик Тюлюш (Р.Т.): все тувинцы очень любят петь. И, конечно, в нашей семье тоже все пели. Причем, пели очень хорошо, но профессиональных музыкантов не было. Таким образом, любовь к пению у меня появилась с детства. Я все время пел для родственников, они устраивали такие мини-концерты, и для меня это было естественно. Потом это перешло в профессиональное русло – я учился нотной грамоте, теории музыки, игре на музыкальных инструментах. Но вообще, все в корнях, в генах. В крови (улыбается).

А.Р.: Сразу хочется спросить про Вашу главную особенность. Вы поете горловым пением. В чем его уникальность? И как оно зародилось?


Р.Т.: Тувинское горловое пение – уникальное явление в мировой музыке. Прежде всего, тем фактом, что человек может издавать вплоть до трех-четырех тонов одновременно, расщепляя звук. Существуют специальные техники для этого. У тувинского горлового пения есть некоторые особенности, которые отличают его от обертонного пения, например. В нем существует много разных стилей и субстилей, и у каждого мастера – свое видение, своя техника, свои стили, в том числе и придуманные им самим. Это целая философия, целый мир музыки кочевников, которые жили и живут в гармонии с природой, слушают эти звуки, «обрабатывают» их и в художественном виде представляют слушателю. Мне это очень нравится, и этим я с удовольствием сейчас занимаюсь сам.

А.Р.: Есть, насколько я знаю, три основных стиля тувинского горлового пения. Расскажите подробнее, чем они отличаются друг от друга?


Р.Т.: Да, есть три основных стиля. Хоомей – базовый стиль, для него характерны бархатные звуки, низкие обертона. От него происходит другой стиль – сыгыт, который связан со свистом, с высокими тонами, с шелестом. И еще есть «низкий» стиль – каргыраа, который имеет низкие обертона, клокочущие звуки. И, как я уже сказал, есть множество субстилей. Как практик, я задумывался, откуда взялись эти звуки, и пришел к выводу, что это все-таки природа, которая окружает человека. Сыгыт – как пение птиц или свист ветра. Хоомей связан с водой, со стихией лесов, озер, рек. Каргыраа – что-то связанное с громом, животным миром, звуки которого человек имитирует в горловом пении. Одним словом, все то, что окружает кочевника – богатый мир звуков, которые перерождаются в некую художественную форму.

А.Р.: Вы сами преподаете горловое пение. Сложно ли научиться? Нужно ли обладать врожденным талантом, или этому может обучиться любой?


Р.Т.: У меня есть школа, я преподаю, делаю курсом семинар, где даются теоретические и практические знания. Талант, конечно, приветствуется, талант к музыке, к пению, но если его нет, в любом случае, человек может обучиться искусству горлового пения. Все необходимое есть у нас в горле, в связках, и у каждого человека, который приходит на мои мастер-классы, на 100% получается. Даже если не получается сразу, получится на следующем мастер-классе, люди всегда получают результат. Мое горло ничем не отличается от горла оперного певца или любого человека, обывателя. Если есть желание, можно обучиться всему, в том числе и горловому пению. Кстати, с 12-го по 16-е сентября я буду проводить мастер-классы в Москве.

А.Р.: Также Вы играете на множестве народных инструментах, расскажите о них подробнее? Их можно приобрести или они создаются специально на заказ?


Р.Т.: Я обычно их заказываю, потому что мне, как профессиональному музыканту, нужны очень хорошие инструменты. У меня есть мастера, которые этим занимаются. Один из основных инструментов – игил. Он имеет две струны, голову коня на верхушке, дека у него из кожи горного козла, струны из конского волоса. Инструмент с очень протяжным грудным звуком, сравнимым с человеческим голосом. Есть очень красивая легенда об этом инструменте. Другой инструмент – бызанчи, на котором я играю в группе «Хуун-Хуур-Ту», с проектом «Чалама» и на сольных концертах. Это 4-струнный смычковый инструмент, смычок продет между струнами. Имеет очень мелодичный, красивый звук, похожий на мычание теленка. Негромкий инструмент трапециевидной формы, корпус у него, как труба, струны из конского волоса, то есть все натуральное. Третий инструмент – это дошпулуур, 2-струнный щипковый инструмент, тоже трапециевидной формы, с декой из кожи горного козла. Струны на моем инструменте сейчас нейлоновые, раньше были из бараньих кишок. Он очень популярен у горловых певцов.

А.Р.: Почему?


Р.Т.: На нем очень хорошо аккомпанировать себе, когда поешь горловым пением. Вообще, все эти инструменты были издревле аккомпанирующими горловому пению как главному явлению в тувинской народной музыке. Есть еще варган и вертикальная флейта шоор, горизонтальная флейта лимби, множество ударных и шумовых инструментов.

А.Р.: Ваша группа «Хуун-Хуур-Ту» стала одной из самых известных российских групп на Западе. Как Вы считаете, почему? Из-за столь необычного для них звучания?


Р.Т.: Ну, во-первых, конечно, горловое пение, необычное для западного слушателя, который никогда с этим не сталкивался и впервые услышал звуки, будто принадлежащие потустороннему миру (улыбается). Первое время спрашивали, не спрятано ли что-то у нас во рту (смеется). Соответственно, большой интерес к этому коллективу существовал и существует ныне, мы много гастролируем по западному миру, по России, Азии. Искусство горлового пения – это подарок наших предков, которые берегли традиции в течение длительного времени. В конце концов, это превратилось в современное состояние народной музыки – той, что поют «Хуун-Хуур-Ту». Я считаю, что «Хуун-Хуур-Ту» – лишь проводники, люди, которые поют те мелодии и те слова, которые пели их предки тысячелетия назад. Счастье того, кто это услышит, и счастье тех людей, которые это исполняют, потому что это – бесценный дар. Пожалуй, феномен как раз в том, что мы почти в неизменном виде доносим столь древнюю культуру до современного слушателя.

А.Р.: Вы много путешествуете по миру. Как принимает Вашу музыку публика в разных странах? И где Вам больше всего нравится выступать?



Р.Т.: Комфортнее выступать в камерных залах, когда зритель рядом, и можно почти интимно показать то, что ты умеешь. Хотя, в больших залах, на больших фестивалях, зрители тоже обычно очень внимательно нас слушают. По сути, наша музыка – это добрая музыка, как и любая традиционная. Она несет в себе гармонию, отражает гармонию с природой. Наши предки в песнях описывали красоты местности, красоту девушки, в которую влюблен парень, силу стремительного коня, который всегда с тобой, как верный друг, рассвет и закат. Казалось бы, это просто быт, но в поэтической форме, которая превратила его в настоящее произведение искусства. Мы всегда коротко рассказываем, о чем песня, но, даже не понимая языка, слушатель чаще всего проникается энергетикой этих песен.

А.Р.: Поговорим о Вашем сольном творчестве. Ваш второй альбом и музыкальный проект называются «Чалама». Что значит это слово? И как родилась идея создания проекта «Чалама»?



Р.Т.: Идея появилась давно, когда я играл с группой «Ят-ха». Я захотел соединить не соединимое – современную бас-гитару и индийские табла с тувинским горловым пением. Получился своеобразный проект, и я очень счастлив, что повстречался с такими людьми, как Геннадий Лаврентьев и Сергей Калачев – опытными музыкантами, мастерами своего дела и хорошими людьми. Они мне очень помогают в этом проекте. Слово «чалама» – древнее, присутствует во всех тюркских языках, это некое действие, ритуал, когда яркие красные ленточки повязывают на дерево в священном месте «оваа» в Туве. Ритуал помогает человеку получить благословение духов местности, когда он переходит перевал, достигает высшей точки. Это состояние, когда ты прошел свой путь, некое очищение. Своим проектом, своим альбомом, я тоже делаю подношение духам музыки от своего имени и от имени всего тувинского народа – повязываю свою «чалама» на большое мировое культурное дерево.

А.Р.: В Вашей музыке происходит удивительное сочетание духа древности и современного, интересного звучания. То есть Вы не придерживаетесь исключительно традиционного звучания и открыты для музыкальных экспериментов?



Р.Т.: Да, это некий эксперимент, некое другое видение древней музыкальной культуры. То, что мы делаем с проектом «Чалама», – это какой-то новый обзор тувинской музыки. Я не пытаюсь переделать народную музыку, я просто ее облекаю в некую современную «обертку», которая помогает слушателю лучше ее понять. Хотя, я бы не сказал, что «Хуун-Хуур-Ту» – это традиционная музыка в чистом виде. Но в «Чаламе» я хотел выделить тувинскую музыку через сочетание неожиданных инструментов, через современное звучание. А сущность музыки остается одной и той же.

А.Р.: На концертах с проектом «Чалама» с Вами работает Алексей Чой, который создает невероятные видеоинсталяции. Расскажите о сотрудничестве с ним, как возникла идея такого визуального сопровождения?



Р.Т.: Я познакомился с ним на фестивале, где он делал очень красивые вещи. У него тоже есть своя музыкальная группа, и еще он занимается видеоартом. Он понимает, о чем идет речь, и очень ценит наш проект, что тоже немаловажно. Такое оформление наших выступлений – это несомненный плюс, потому что современный фолковый исполнитель – дитя радио, интернета. Даже если он в чистом виде исполняет фольклор, все равно в музыке присутствуют элементы современности, в каких-то нюансах, в своем видении конкретной мелодии. Проект «Чалама» – это дитя современного состояния традиционной тувинской музыки, как я ее вижу глобально. Поэтому я решил добавить видео, а также табла и бас, чтобы более интересно преподнести традиционную музыку слушателю двадцать первого века.

А.Р.: Ну, и главный вопрос: когда теперь ждать Вас с концертами в Москве, и в других городах России?

Р.Т.: У «Хуун-Хуур-Ту» концерты будут в 2016-м году, в том числе и по России, во многих городах, начиная с Дальнего Востока и Сибири до Москвы и Санкт-Петербурга. Вся информация есть на сайте http://www.huunhuurtu.ru. Проект «Чалама» только начинает делать первые шаги, ближайшее выступление с ним планируется 11 сентября в клубе «ШАГИ». Информация о концертах этого проекта будет появляться в социальных сетях. Например, в сообществе в ВКонтакте: https://vk.com/radiktyulyush.

Беседовала Анна Ржевина
Фото: Валентин Монастырский