Ondrej Smeykal

Чешский проект Autopilote был создан в 2003 году, когда барабанщик и эксперимен­татор в области электро-са­унда Павел Файт (Pavel Fajt), зарекомендовавший себя в совместных проектах с таки­ми новоджазовыми гуру, как Ива Биттова, Фред Фрит, Крис Катлер, стал пригла­шать к участию в своем про­екте сессионных музыкан­тов, исповедующих различ­ные стили и направления, но неизменно относящихся к новаторам звука. Так в итоге состоялась встреча с чеш­ским пионером игры на дид- жериду Ондреем Смейкалом — выпускником Пражского университета изящных ис­кусств, 12 месяцев изучавше­го искусство аборигенов Ав­стралии в университете Кан­берры. С 1992 года Ондрей практикует игру на духовом инструменте австралийских аборигенов. За более чем 10 лет выступлений как музы­кант Смейкал дал совмест­ные концерты с Wooden Toys, Моникой Начевой (Monika Naceva), Guru Band и Яной Кубковой (Jana Koubkova), Филармоническим оркест­ром Храдца Кралова — всего более 100 выступлений, на­чиная с 2002 года. В 2004году вышел в свет его сольный альбом Didgeridoo solo.

Диджериду подарили ми­ру аборигены северной Ав­стралии. Это один из самых древних музыкальных инст­рументов на Земле. Дидже­риду нерукотворна — это творение самой природы: в засуху термиты выгрызают сердцевину ствола эвкалип­та; искусственные диджери­ду делают из бамбука или пластиковой трубы. Изна­чально диджериду предназ­началась для сакральных це­ремоний праздника сотво­рения мира, и играли на ней исключительно мужчины- посвященные или шаманы, которые при помощи звуков этого инструмента лечили людей. Только "посвящен­ные" играют на диджериду до сих пор (среди самых из­вестных мастеров — Арка­дий Шилклопер и Адриан Мейерс), хотя музыкальные способности инструмента поистине бесконечны и уни­кальны. Диджериду звучит всего на одной ноте, при этом имеет огромный диа­пазон тембра: в этом с ней могут сравниться разве что человеческий голос или ор­ган. Согласно поверьям авст­ралийских аборигенов, гул диджериду - вибрации низ­кой частоты — создает осо­бое звуковое пространство, некий коридор, через кото­рый боги могут посещать мир людей и наоборот. Не­удивительно, ибо звучание трубы и вправду создает особое измененное состояние сознания, сродни трансу, как у играющего, так и слушаю­щего. Звук диджериду дает реальное ощущение сопри­косновения с чудом и потус­торонней тайной...

Звучит этот удивительный инструмент так: основная нота—гул, вибрации низкой частоты, на фоне которых слышны звучащие тише час­тоты (обертона), которые в несколько раз выше основ­ного тона. Они образуют своеобразный однотональ­ный аккорд и создают осо­бый тембр инструмента.

Игра на диджериду подра­зумевает овладение музы­кантом техникой непрерыв­ного "циркулярного" дыха­ния ("вдох на выдохе" — этот прием осуществим, если приучить мозг отвлекаться от постоянной диктатуры тела). Заставляет диджериду резонировать и звучать струя воздуха, выходящая сквозь расслабленные виб­рирующие губы. Мастерство игры на диджериду зависит от силы губ исполнителя и его изобретательности. В идеале в игре участвуют ще­ки, диафрагма, гортань, язык, легкие — по сути, все тело становится продолжением этой гигантской флейты. Любопытно, что шум во рту музыканта, играющего на диджериду, достигает 100 децибеял, что сравнимо с гро­хотом отбойного молотка!

После выступления проек­та Autopilote на сцене фести­валя "Джаз-Карнавал в 0дессе-2005" Ондрей Смейкал согласился дать неболь­шое интервью для журнала Jazz-Квадрат.

Анастасия Костюкович: Ондрей, как и поче­му именно диджериду стала твоим инструмен­том?

Ондрей Смейкал: О, это случилось не сразу, т.е. "пер­вая встреча" у нас была не од­на... Где-то в году 1990-м в Праге я увидел уличного му­зыканта, играющего на странного вида трубе, изда­ющей странный звук. Мне тогда не понравилась ни тру­ба, ни то, как он играл...

Год спустя мой друг пока­зал мне азы игры на дидже­риду (к тому времени а уже знал, что именно так называется эта труба), но и это меня не вдохновило самому иг­рать на инструменте. Судь­боносным стал просмотр фильма,, в котором звучали традиционные песни австралийсюсо региона Arnhem Land, и кроме прочих народ­ных инструментов звучала диджериду. И вот тоько когда я впервые услышал, как звучит диджериду в руках ма­стеров игры на ней. я впер­вые осознал, какая сила кроется в этом инструменте! Ду­маю. истинная причина, по­чему я начал сам играть на диджериду и постоянно продолжаю ссиершенствоватьса в этой науке — это со­вершенно особый, уникаль­ный способ, которым моделируетса звук во время игры надиджериду. И что еще лич­но дла меня очень важно: иг­ра на этом инструменте очень близка к пению Чело­веческий голос для меня все­гда был самым сильным му­зыкальным инструментом. Но я никогда не чувствовал в себе тягу к пению. Диджери­ду показала мне лучший путь для самовыражения...

Сколько диджериду сегодня в твоем арсенале?



В моей стуши сейчас око­ло 60 диджериду. На сцене во время соло выступлений я использую что-то около восьми, когда играю в дуэте с Павлом Файтом — мне до­статочно трех.

Одна из диджериду была пластиковой, верно?


Пластиковая диджериду— это что-то вроде электроги­тары На самом деле звук у нее не особенно хорош, но для эффектов (гармонайзера, октавера, овердрайвов) она идеальна. Традицион­ные тяжелые деревянные ди­джериду имеют очень бога­тый звук. Когда я играю акус­тический сет, то предпочи­таю использовать эвкалип­товую диджериду с очень большим резонатором. Для получения мультиэффектов все же лучше использовать простой звук и обогащать его нюансами с помощью эффектов. И вот именно эта пластиковая труба не пере­стает меня удивлять в этом плане.

Я слышала, ты изучал игру на диджериду в Ав­стралии, не так ли?

Да. в 2000-м году я учился в университете в Канберре: изучал рисунок и искусство аборигенов. И много свобод­ного времени посвятил изу­чению приемов игры на дид­жериду во время своих путе­шествий на север Австралии. Больше всего мастеров игры на диджериду можно встре­тить в Дарвине и округе. Во­обще традиция 11гры исходит как раз из этих мест—Arnhem land, небольшая часть Север­ной Территории, столицей которой является город Дар­вин. Это мировой центр дид­жериду. Традиционная мане­ра игры на диджериду подра­зумевает очень строгий поря­док использования щек, язы­ка, голоса во время игры. По­сле нескольких уроков я по­нял, что эти традиционные приемы звукоизвлечения не до конца удовлетворяют мое любопытство к звуковым воз­можностям этого инстру­мента. Диджериду дает ог­ромный спектр возможнос­тей игры, традиционная му­зыкальная практика абориге­нов использует лишь малую часть из них Я чувствую, что в этом инструменте есть более глубинные технические и му­зыкальные пласты, которые мне так интересно откры­вать, погружаясь все глубже и глубже. Представляете, сколь­ко всего можно открыть в ди­джериду, которому уже более 40 тысяч лет!

Играя на таком древ­нем и изначально риту­альном инструменте, ты сам имеешь какой-то ри­туал выхода на сцену и общения посредством диджериду с людьми?

Как ты правильно замети­ла, это не просто звучащая труба, а ритуальный инстру­мент, и поэтому конечно он требует к себе немного боль­шего уважения, чем осталь­ные музыкальные инстру­менты. Но после многих лет практики игры на нем сего­дня я все же больше концент­рируюсь и задумываюсь об ординарных приемах, кото­рые позволяют мне самовы­ражаться посредством игры на инструменте, нежели на его экстраординарных ма­гических способностях. На­пример, такой банальный, казалось бы, аспект — по­следний прием пищи позво­лителен только за 2-3 часа до выступления. Еще мне очень важно перед концертом обойти зал, посмотреть на входящих людей: иногда я выбираю из зала несколько лиц и играю весь концерт только для них. Поэтому я люблю соло-выступления, а не фестивальные концерты. Тогда мне больше удается взаимодействовать с атмо­сферой зала и чувствами лю­дей в нем...

Какое место в твоем вы­ступлении занимает им­провизация?

(Смеясь.) Импровизация — это как вишенка в торте! Играя, я и Павел, мы разруша­ем структуру мелодии и со­здаем ее заново, по-новому в реальном времени, и тем са­мым импровизируем. Про­ект Autopilote имеет долгую историю: это проект Павла, он постоянно ищет новых музыкантов, с которыми пробует выступать в дуэтах, и перепробовал уже всевоз­можные комбинации. В этот раз нас было двое на сцене, иногда мы приглашаем кого- то еще, например, известней­шего чешского джазового пианиста Эмиля Виклицки (Emil Viklicky). Мы оба чрез­вычайно интересуемся но­выми ритмами, современ­ной танцевальной музыкой. Суть Autopilote в ритмике, и мы всегда чрезмерно доволь­ны концертом, если люди на нем начинают танцевать.

У тебя есть философия своего пути в музыке?

Да.... Могу сказать, что моя игра далека от той виртуоз­ности музыкантов, что мы видели здесь, в Одессе. Моя игра — это, прежде всего, изучение мира звуков, очень личный, особый язык обще­ния с людьми. Это и есть то, что я люблю в других артис­тах: способность на протя­жении всей жизни искать и строить свой собственный путь как способ рассказать свою историю...

Анастасия КОСТЮКОВИЧ



JAZZ-KBAДlPAT №1/2006
-