David Engibaryan

Когда-то давно я слышал разговор о том, что аккордеон изобрел армянин, и что на аккордеоне лучше всех в мире играют тоже, естественно, армяне. Будучи человеком скептического характера, я тогда поднял на смех рассказчика, но на всякий случай порылся в энциклопедиях и нашел информацию о том, что изобретателем этого инструмента является венский мастер Дамиан. Что-то есть, но не убедительно. На время я забыл об этом вопросе. Но вот, совсем недавно, меня познакомили с Давидом Енгибаряном, великолепным аккордеонистом, музыкантом европейского уровня, вернувшимся из Венгрии погостить на Родину. И вполне естественно, что после церемонии знакомства мой первый же вопрос коснулся той, казалось, давно забытой истории. И, представьте, Давид полностью удовлетворил мое любопытство в этом вопросе. Но обо всем по-порядку.

Итак, Давид родился в Ереване, а учился музыке у своей матери. У него вся семья была музыкальной, ну а мать профессионально играла на аккордеоне, и вполне естественно, xnj первые уроки музыки на этом инструменте Давид получил у своей матери. А дед занимался ремонтом и созданием народных инструментов. Так, в атмосфере музыки и рос Давид. До 7-8 лет, он играл на ксилофоне, различных перкуссионных инструментах, но потом звучание аккордеона так поразило и привлекло его, что он начал учиться играть именно на этом волшебном инструменте. После того, как он немного позанимался музыкой в школе, родители нашли ему частного педагога, который и дал ему первые профессиональные уроки. У него он учился несколько лет, потом перешел к другому педагогу... А когда ему исполнилось 17 лет, семья переехала в Венгрию. Там молодой музыкант близко познакомился с джазом. Его сразу же увлекла перспектива свободы импровизации, возможности выходить за установленные рамки, нарушать правила, установленные классической музыкой, и он всерьез увлекается этим жанром. В то же время, находясь в центре Европы, он испытывал сильное влияние классической музыки. И вот, джаз, классика и глубоко сидящий в нем армянский фолклор объединились в нечто невообразимое. Но до этого была еще учеба в будепештской джазовой школе, где молодой музыкант получил глубокие знания по теории джаза. Затем была совместная работа с венгерским джазовым гитаристом, который представил его европейскому джазовому сообществу. Немного позже, уже получив некую популярность как венгерский аккордеонист-виртуоз, Давид собирает свой собственный коллектив, который исполняет музыку на стыке трех жанров – классики, джаза и фолклора. Коллектив его интернациональный – европейцы, африканцы, цыгане, латиноамериканцы, и играет он музыку мира. Коллектив выступал и работал в Бельгии, Англии, Шотландии, странах Восточной Европы, Франции... Кроме обычных концертов он создавал музыкальное оформление для театральных постановок, записывал саундтрэки к фильмам, аккомпанировал авангардному балету, а также музыкантам приходилось играть и в маленьких кафе, ресторанчиках... На сегодняшний день в активе коллектива Давида Енгибаряна уже пять аудиоальбомов. Последняя работа No Compromize была очень высоко оценена французскими критиками и получила несколько профессиональных премий специалистов и прессы. Автором и аранжировщиком всех композиций явился сам Давид, и слушателя они впечатляют фантастической исполнительской техникой, широтой фантазии, сложностью построения и смелым эспериментом. (Мне удалось послушать эту работу – в музыке сильно чувствуются армянские напевы, джазовые приемы, классические формы. Местами это ортодоксальный этно-джаз, местами авангард чистой воды, не всегда понятный, но всегда очень впечатляющий – прим. автора). В то же время, Давид продолжает учиться – у специалистов, у коллег, у классиков жанра. Без этого он не может. Не имея официального образования – музшкола, училще, консерватория – он, тем не менее, ни на день не прекращает процесса самообразования.

Армен Манукян: Давид, так все же, музыку какого стиля ты играешь?

Давид Енгибарян: Я боюсь говорить, что играю джаз, потому что на меня могут ополчиться ортодоксы джаза. Конечно, я не играю джазовых стандартов, не исполняю того джаза, который звучит в джаз-клубах. Но я сторонник свободной импровизации, не люблю замыкаться в рамках стиля, не терплю насилия над творчеством. Мне кажется, что это и есть джаз. Но чтобы не раздражать никого, скажу, что я играю современную импровизационную музыку с элементами других стилей. Хотя, в самом начале карьеры, конечно же, играл и Summertime и Strangers in the Night...

Кто твои кумиры?

Будучи во Франции, я познакомился с Ришаром Гальяно. Он один из лучших аккордеонистов мира. Мы с ним долго и много беседовали, обсуждали, и он дал мне много дельных советов. Кстати, один из участников его коллектива – армянин, и Гальяно всегда тепло отзывается об армянах. Но абсолютно недосягаемым для меня уровнем является аргентинец Астор Пьяццола. Причем, интересен он не техникой, а своей фантазией, своим кругозором, своим талантом. У него можно учиться, им можно вдохновляться, его следует изучать.

А легко ли жить и работать аккордеонисту в современной Европе, где царствует рок, джаз, всякие там хип-хопы и ритм-н-блюзы?

У каждого жанра и стиля есть свои поклонники и болельщики. Конечно, с музыкой, которую исполняю я, не соберешь стадион ил автодром, как это делают рокеры, но полный зал будепештской филармонии я собираю запросто. Европа не Америка, там любят и ценят серьезную и нестандартную музыку. Кроме того, аккордеон там имеет глубокие корни, и эта музыка пользуется там большой популярностью.

Позволь задать тебе вопрос, который мучает меня уже много лет: что тебе известно о том, будто аккордеон изобрел армянин, и армяне играют на аккордеоне лучше всех в мире?

Когда я был Стамбуле, после концерта ко мне подошел один из турецких армян, владелец аллюминиевого завода, который имел возможность серьезно увлекаться музыкой, и поблагодарил за полученное удовольствие. Затем он пригласил меня на ужин и рассказал, что, будучи в Италии, побывал в музее музыкальных инструментов, открытом в 1981 году, где рядом с портретом Паоло Сопрани, основателя первой в мире аккордеонной фабрики, висит оригинал патента на изобретение аккордеона. Так вот, документ гласит, что инструмент этот был изобретен и запентован 6 мая 1829 года в Париже мастером Кириллом Дамяном. Тогда это был четырехоктавный инструмент, положивший начало развитию абсолютно нового революционного инструмента. В Италии аккордеон впервые появился в 1863 году. Пилигрим, проходивший через территорию монастыря Кастел Фидардо, имел с собой один из первых аккордеонов. Вечером он остановился на постой у фермера Паоло Сопрани, который в последствии и основал первую фабрику по производству этого нового музыкального инструмента. В том же музее указано также, что мастер Дамян, армянин по национальности, жил в столице Австрии, а затем был вынужден покинуть страну. А что касается того, что армяне лучше всех играют на аккордеоне, так это связано с физиологией – опять-таки, по утверждению западных специалистов, причина кроется в биоритмах,что позволяет армянам буквально сливаться с инструментом и наиболее полно использовать его возможности.

Ты веришь в это?

Ну, во-первых, об этом мне потом говорили многие европейцы, а во-вторых, когда люди на Западе узнают, что выступает аккордеонист-армянин, то зал бывает полным, так как это сочетание – гарантия интересного выступления.

А как вообще живется музыканту-армянину на Западе?

Как и всем, и везде. Если ты хороший музыкант, вне зависимости от национальной принадлежности, у тебя есть возможность работать, заниматься своим творчеством и соответственно, жить.

И последний вопрос: а как тебе сегодняшний Ереван?

Прекрасен! Сколько всего нового, красивого! Настоящий европейский уровень во многих сферах жизни. Я много гуляю по городу, встречаюсь с музыкантами, посещаю клубы, слушаю музыку и играю с разными составами. Великолепные исполнители, многие из них запросто нашли бы себе место на мировой сцене. Мне жалко уезжать...

После того, как побеседовал с Давидом, я провел вечер у компьютера и, представьте себе, нашел документ, удостоверяющий национальную принадлежность создателя аккордеона мастера Кирилла Дамяна, о котором говорил Давид. Вот только разнились места его дальнейшего проживания – итальянский источник называл Францию, американский – Китай. Конечно, интересно, но это уже к сегодняшнему разговору не относится...

Армен МАНУКЯН
Jazz-Квадрат, №5/2008