Ur'ia - Переосмысление архаики, как феномен творческой свободы

К группе Ur’ia критики упот­ребляют различные опреде­ления. Их называют слишком таинственной и замкнутой в себе командой и, в то же время, о них говорят как об одном из самых успешных в творческом плане белорус­ском фолк-модерн-проекте. Группу Ur’ia вспоминают когда разговор заходит об оригинальности и коло­ритности музыки, о необы­чайных инструментальных сочетаниях, о креативности поисков на стыке разных музыкальных стилей. Все эти качества творчества не­вероятным образом сплави­лись в то музыкальное явле­ние на рок-сцене Беларуси, которое называют группой Юрия «Франца» Выдронка - Ur’ia...

И хоть в том, что гово­рится или пишется об этом коллективе, часто бывает много домыслов, музыкан­ты не спешат опровергать слухи, а, наоборот, стремят­ся культивировать вокруг себя ореол таинственности и элитарности. Этот ореол стал еще более ярким, ког­да в свет вышли два необы­чайно разноплановых и ни на что не похожих альбома - «Весначуха» и «Калi -чакра». Полистилистические, на стыке фолк-модерна и джаз-рока, обработки бе­лорусских народных песен в сочетании с архаическим вокалом, непривычными тембровыми окрасками инструментов сделали эти альбомы одними из самых заметных явлений в наци­ональной пост-фолковой дискографии. И это не рек­ламный пассаж- как одна из самых самобытных групп, Ur’ia стала в какой-то сте­пени лицом современной белорусской культуры в Ев­ропе. И делают музыканты это довольно успешно, хотя на концерты для любите­лей творчества группы Ur’ia в Беларуси часто не хватает времени.

Зато дома музы­кантам лучше работается в студии. Вот и сейчас музы­канты группы Ur’ia, пользу­ясь сезонным перерывом в концертных поездках по Европе, закончили запись нового альбома, с которым музыканты собираются участвовать в крупных му­зыкальных фестивалях во многих странах Старого Света. Значит, есть повод поговорить с лидером груп­пы Ur’ia Юрием Выдронком о сегодняшнем дне его команды, о новом альбоме и том, что сегодня волнует музыканта.

Анатолий Мельгуй: Юрий, в каком органи­зационном формате те­перь работает группа Ur’ia? Можно ли назвать сегодняшний состав кол­лектива оптимальным для наших музыкальных условий?


Юрий «Франц» Выдронак: Скорее всего, наша группа - некая международ­ная музыкальная субстан­ция. Последний в прошлом сезоне концерт группа Ur’ia сыграла в Варшаве. Там уже мы выходили на сцену соста­вом, состоящим наполовину из польских музыкантов, на­половину - из белорусских. Сегодня стоит вопрос об ук­реплении именно белорус­ского состава музыкантов Ur’ia.

Слава Богу, что с вокалис­тками в группе все в поряд­ке. На сегодняшний день я наиболее активно сотруд­ничаю с Ольгой Рыжковой, с которой мы постоянно совершенствуем ее манеру архаичного пения. Но в Ur’ia работают и более молодые исполнительницы из фоль­клорного ансамбля «Грамнщы». Очень талантливые девушки: есть и голоса, и желание работать в нашей команде.

У меня очень серьезные, даже прецизионные тре­бования, в первую очередь к вокалистам. Белорусская архаичная певческая куль­тура очень древняя и имет свои законы. Я уверен, что вокалист имеет право на изменение мелодической линии, только если он в со­вершенстве владеет тради­цией. Может, потому среди вокалистов у нас происхо­дит постоянная ротация. Не всякому нравится такая изнурительная работа. Но участие в группе Ur’ia позво­ляет девушкам совершенс­твоваться, петь все лучше и лучше. Например, бывшая участница нашей группы Наталья Матылицкая успеш­но начала сольную карьеру, издав дебютный альбом «Пчолачка». Меня этот факт радует. Ведь он свидетельс­твует о том, что после груп­пы Ur’ia исполнительский уровень надолго останется высоким. Это уже марка ка­чества!

Хотя, в нашем составе есть музыкатны, например гитарист и исполнитель на ситаре Юрий Задиран, ко­торый работает в группе со дня основания.

Вы упомянули о поль­ском составе вашей груп­пы. С кем из известных исполнителей вам при­шлось работать в этой стране?

Сначала несколько слов о том, почему так происхо­дит. Шансов найти музы­кантов в группу Ur’ia у меня больше, как ни странно, не в Беларуси, а в соседних стра­нах. Там чуть более высокий исполнительский уровень, чуть больший выбор. Поэ­тому сегодня мы наиболее плотно работаем с музы­кантами из Польши. Напри­мер, Ur’ia концертировала с замечательным польским джазовым барабанщиком и перкуссионистом Богданом Халицким (Bogdan Halicki), который известен в Европе своими экспериментами в области этнобиофоники - музыки, которая благотво­рно воздействует на организм человека. Богдан - инициатор проекта джа­зовых обработок музыки С. Монюшки и многих других интересных начинаний.

Может, так происходит потому, что тот стиль, в ко­тором работает Ur’ia, боль­ше интересен в Европе, чем в самой Беларуси. Судите сами: на своей родине, со времени проведения пос­леднего пост-фолк-фести­валя «Таукачыki», ни одно­го концерта группы UR’IA не удалось провести! Зато, мы дали несколько очень удачных концертов на Ук­раине, в Литве, Польше... Я связываю такое положение с уровнем вкуса наших слу­шателей, с тем, что масс-медиа в Беларуси прививают склонность к более легкой, попсовой музычке...

Юрий, еще совсем не­давно критики задава­лись одним вопросом: какое отношение к бе­лорусскому фольклору имеет индийский ситар, который вы используете в своих аранжировках? Чем же обусловлено на­личие в составе группы Ur’ia такого экзотичес­кого инструмента?


Во-первых, ситар - такой инструмент, с помощью ко­торого можно очень тонко передать сложную мело­дическую линию, высокую музыкальную атмосферу... На фортепиано есть только черные и белые клавиши. А между ними на этом инс­трументе невозможно взять микролад. А на ситаре такое сделать можно! А это новые нюансы: дополнительная звуковая и мелодическая окраска, напоминание о связях европейских культур, в том числе и белорусской, с общими индоевропейски­ми корнями.

Хоть ситар более поз­дний инструмент, но его звучание, исполнительские возможности в примене­нии микролада для мело­дической линии являются отражением многовековых культурных традиций и вза­имосвязей. А в нашей тра­диционной музыкальной культуре есть такие нюансы, которые можно передать только с помощью микрола­да. Во время записи нашего нового альбома мы пробуем применять его и при игре на гитаре. Да и в вокале эта тра­диция тоже присутствует.

Почему от аутентич­ных фольклорных мело­дий музыканты группы Ur’ia перешли к авто­рским композициям?


Даже когда нами создают­ся авторские композиции, чаще всего они являются авторскими фантазиями на темы фольклора. Такой под­ход к созданию композиций был и в то время, когда я ра­ботал и в группе «Палац», и в Kriwi. Поэтому многие ав­торские темы того периода воспринимались как народ­ные.

Мне всегда интересно заниматься традицией, но интересно и делать что-то свое, авторское. Если ты за­нимаешься творчеством, то имеешь право на выражение своих эмоций и мыслей в ав­торской форме. Не думаю, что авторские произведения могут идти как-то в разрез с творческой концепцией фолк-рок-группы Ur’ia. По­тому, что главный постулат нашей идеологии - тради­ция плюс индивидуальность каждого музыканта.

В своих композициях музыканты группы Ur’ia используют сложные аранжировки, полифо­нический вокал. Есть ли место в вашей музыке для импровизации?


Есть, и очень много. Вот и на концертах группы Ur’ia в Варшаве и Киеве, за исклю­чением чисто «рокового» выступления в Вильнюсе, мы постоянно импровизи­ровали. В творчестве Ur’ia присутствуют базовые бло­ки, которые, как и в джазе, остаются неизменными, все остальное - плод спонтан­ного музыкального твор­чества. Импровизации у нас временами бывает даже больше, чем у некоторых джазмэнов, которые огра­ничивают себя традицион­ным квадратом. У нас же нет границ для импровизации и эксперимента. На концер­тах Ur’ia можно исполнять все. Но то, что звучит на сцене или в студии, должно гармонично соотноситься с базовой основой нашей музыки. Иначе, будут ощу­щаться музыкальные диссо­нансы. Наша цель - стрем­ление к гармонии.

Когда импровизируют музыканты группы Ur’ia, то в общей канве всегда акценти­ровано звучит контрапункт. К тому же, у нас большая свобода в гармонии, в отли­чие от джаза. На мой взгляд, джаз ограничен гармонич­ной традицией. У группы Ur’ia доминирует музыка на стыке импровизации и музыкального авангарда. Многие джазовые музыкан­ты всегда хотели поиграть на концертах группы Ur’ia. Поэтому нас приглашали и на джазовые, и на фестивали авангардной музыки. Очень интересным в этом смыс­ле для нас было участие в фестивале Transkrypcja. Мы не ожидали приглашения на такой джазовый форум потому, что в Беларуси Ur’ia считается фолк-модерн или рок-группой, в зависимости от восприятия.

Мы все были удивлены: а не испугаем ли мы свои­ми драйв-гитарами и ар­хаичностью почтенную джазовую публику? Оказа­лось, нет! Мы выступали в качестве гостей фестиваля Transkrypcja и своим кон­цертом завершали фести­валь. Публика приняла Ur’ia очень тепло - восемь раз вызывала на «бис»! Для нас это был отличный опыт выступления с польскими джазовыми музыкантами. После этого успеха у меня были намерения сделать аналогичный концерт с участием этих музыкантов в Минске. Жаль, что у нас нет ни одной концертной организации, которая бы взяла на себя то, что делают для Ur’ia продюсеры за рубе­жами Беларуси...

Группа много работа­ет в студии. Вот и сейчас, когда у вас гастрольно­концертное межсезонье, вы не теряли время да­ром, работали в студии. Наверное, порадуете сво­их слушателей новыми записями?


Да, мы закончили запись нового альбома. Он назы­вается «Рай коню». На его трэках будут представлены песни, за которые я брался еще четыре-пять лет тому назад, но реализовать свои планы по разным причинам не смог. На диске будут, на­пример, песни «Мамачка», «Конiк», которые мы записы­вали, но они нам не нрави­лись. Эти варианты каждый раз стирались, и я приступал к новым пробам. Будут и но­вые композиции из нашей концертной программы, но не записанные ранее.

Особенность компози­ций этого альбома в том, что мы не только обраща­лись к нашей фишке - сита­ру, но и гитара будет звучать, так сказать, с микроладом в мелодичной линии и арха­ичным вокалом. Сравни­тельно много в песнях будет использовано вокала ис­ключительно самобытных народных певиц - бабушек из белорусских деревень Глусского района Могилев­ской области. Кроме этого, на альбоме будет немало полярных противополож­ностей - например, очень «тяжелого» metal-звучания и, например, элементов симфонизма. Возможно, та­кое смешение вызовет шоку слушателей и приверженцев той и другой музыки. Но это оправдано с точки зрения нашего творчества!

Симфонические ноты в нашем звучании не случай­ны. У нас есть предложения о выступлении с камерным составом Варшавского сим­фонического оркестра, а после, если будет заинтере­сованность, то и с оркестром Белорусской филармонии. Мне нужно только сесть за написание партитур. А на это времени не хватает. По­этому я начал с симфони­ческих экспериментов для нового альбома Ur’ia.

Полярность в альбоме будет просматриваться не только в музыке, но и в со­держании песен. На его до­рожках будут и музыкаль­ные байки, и композиции философского содержания. Хочу сказать, что особен­ности звучания прошлых альбомов «Весначуха» и «Калi -чакра» - архаичное пение и лампово-гитарный саунд, партии типичного для 60-х годов электронно­го органа Hammond, хиппарская атмосфера музыки, обязательно сохранятся. Но местами в очень тяжелом варианте.

У меня есть желание ор­ганизовать полноценную презентацию альбома «Рай коню», для чего намерен привезти в Минск участни­ков нашего международного состава. Возможно, это про­изойдет во время фестиваля «Таукачыki», который давно собираюсь возобновить.

Как воспринимают европейские слушатели белорусский фолк-мо­дерн в необычном вари­анте группы Ur’ia?


Европейцы воспринима­ют наши выступления очень хорошо! В отличие от Бела­руси, на Западе такая музы­ка довольно востребована. В разных странах континента проходит множество этно-фестивалей с различными стилистическими оттенка­ми. И белорусским испол­нителям нужно чаще высту­пать на таких концертных площадках. Что касается группы Ur’ia, то наша музыка очень хорошо принимается слушателями. Но вот ска­зать, что мы известны в Ев­ропе, то я бы не спешил так утверждать. Для того, чтобы стать узнаваемым в разных странах континента, нужно вкладывать кучу денег в ме­неджмент. У нас такой воз­можности пока нет.

Под впечатлением того успеха, с которым проходи­ли концерты группы Ur’ia в Европе, я начал помогать и другим талантливым бело­русским коллективам: со­действовал установлению контактов, организовал вы­ступления, например, дуэта Александра и Константин, групп OSIMIRA, «Палац», «Яр» и других фолк-испол­нителей. Они тоже молод­цы: очень активно подклю­чались к этому делу!

Последнее время я такой работу не веду - мешают дела группы Ur’ia. Но, если какой-либо интересный для зарубежных продюсеров коллектив я в будущем услы­шу, например, на фестивале « Таукачыki», то обязательно буду помогать их продвиже­нию в Европу.

Юрий, известно, что вы не только лидер груп­пы, но и фольклорист. Удается ли вам сегодня бывать с экспедициями в белорусских селах и записывать народные песни у аутентичных но­сителей традиционной культуры?

Вы знаете, что ранее мне доводилось очень часто бы­вать в фольклорных экспе­дициях. Но сейчас настали трудные времена - баналь­но не хватает средств. У меня есть достаточно ка­чественная записывающая аппаратура, приобрел виде­окамеру, но нет транспорта для того, чтобы добраться до самых отдаленных бело­русских деревень...

Я знаю, что некоторые эн­тузиасты совершают экспе­диционные поездки, но это фрагментарная работа. Ну­жен комплексный подход. В свое время мы издали на магнитофонных кассетах и CD-дисках двойной альбом «Каляды. Рожство. Шчодрэц» с записями традиционной белорусской музыки. А пла­нировали мы всего 12 таких альбомов...

Если сейчас зайти в мага­зин, торгующий музыкаль­ными дисками, то записей национального аутентич­ного фольклора вы там не встретите. Например, Бело­русский институт проблем культуры над этой задачей работает за заработную пла­ту. Где их фольклорные из­дания? Ничего такого нет!

Поэтому сейчас мои мыс­ли заняты проектом созда­ния специального фонда для спасения жемчужин белорусского фольклора. Для этого хочу открыть спе­циальный счет для сбора средств на проведение экс­тренных фольклорных экс­педиций. Нужно записывать те песни, которые еще поют в деревнях. А эти сокровища каждый день умирают вмес­те с их носителями. Буду просить помощи у всех чес­тных людей, чтобы помогли спасти то, что еще спасти можно. Времени для этого осталось очень мало!

Такую программу спасе­ния фольклора я предлагал и Министерству культуры, но там ситуация, что назы­вается, без единого шанса на успех... На них обижаться не следует, ведь по бюрок­ратическим законам этой работой должен занимать­ся тот, кто выступил с такой инициативой. И на свои средства...

Анатолий МЕЛЬГУЙ

Jazz-Квадрат, №2/2007