nestormedia.com nestorexpo.com nestormarket.com nestorclub.com
на главную новости о проекте, реклама получить rss-ленту

John Scofield - Джэм со Скофилдом


John Scofield - Джэм со Скофилдом  На обложке альбома Джона Скофилда (John Scofield) под названием Uberjam, датированным 2002 годом, изображена специфическая особа: обнаженная фигура Будды с лицом Скофилда, играющего на гитаре. Подобно тому, первая пьеса в этом альбоме начинается фрагментом классического индийского произведения, который вскоре приобретает джазовый характер, когда к исполнению постепенно присоединяются все музыканты джэм-бэнда Скофилда, включая характерную гитару лидера, на этот раз звучанием напоминающую ситар. И тогда все становится понятно: мы окунулись в область, которую Скофилд, неустанный экспериментатор, относительно недавно посетил — область сэмплов и специальных эффектов, грувов и ритмического транса, вампов и сегментной импровизации. Альбом Uberjam — одно из окошек, которое позволяет заглянуть в этот оригинальный мирок звуков; вторым же является последний альбом группы, названный Up All Night, который фирма Verve выпустила в мае 2003 года. Оба альбома доказывают прежде всего одно: Скофилд — это вечно молодой артист, несмотря даже на то, что о себе он говорит "old man Sco".

С Джоном Скофилдом мы встретились в Massachusetts Museum of Contemporary Art за несколько часов до начала концерта его последней группы, которую из-за альбома иногда называют Uberjam. Поскольку сам концерт был объявлен как Uberjam Dance Party, я спросил гитариста, ожидает ли он, что публика начнет танцевать.

Джон Скофилд: Я даже не знал, что этот наш концерт именно так называется (смеется). Мы часто выступаем в различных клубах и люди иногда танцуют, хотя это чаще случается в Штатах, а не в Европе. Сегодня данное направление музыки слушает совершенно новая публика, которая просто любит потанцевать.

Збигнев Гранат: А если б люди не танцевали, ты почувствовал бы разочарование?

Джон Скофилд: Нет, поскольку точно также часто я играю для публики, которая не танцует. Это, конечно, не есть собственно танцевальная музыка, но если у кого-то возникает желание поплясать под нее, то в этом нет ничего плохого. Мы используем много ритмов, которые понуждают людей потанцевать, но это — не цель данной музыки. Это всего лишь побочный продукт.

Збигнев Гранат: Принимаешь ли ты термин "groove music"?

Джон Скофилд: Все термины подобного рода в порядке. Некоторые произведения действительно имеют сильно рафинированные "грувз", большинство из них выдержаны в быстром темпе…

Збигнев Гранат: А сам термин "грув"? Его легче понять как существительное или как глагол?

Джон Скофилд: А-а! Вот это любопытно… Я чаще понимаю его как глагол. Для меня что-то либо "грувирует", либо нет. Кое-кто употребляет вместо этого "свинг". Когда что-то удовлетворяет тебя определенным физическим способом, это чувствуется, и когда это достаточно привлекательно, то вполне может подтолкнуть к тому, чтобы потанцевать.

Збигнев Гранат: Каким образом импровизируется при использовании сэмплов?

Джон Скофилд: Импровизируешь ты сам, а не сэмплы. Но ты можешь импровизировать и при использовании сэмплов, чтобы манипулировать их вступлениями и окончаниями. К примеру, инструмент, который я использую, — это гитарный сэмплер. Он работает так, что когда я сыграю какую-либо фразу, он запоминает ее, а поскольку у него есть система включения и выключения, который приводится в действие ногой, я могу эту фразу ускорить или проиграть в обратном порядке. И таким образом эту фразу можно врубить в музыку, когда только нажмешь на педаль. Вот так и импровизируют, используя сэмплы. И другой участник нашей группы, который также занимается сэмплированием, Ави Бортник, живьем импровизирует с сэмплами. Некоторые из них — это нечто из разряда малых грувов, коротких, повторяющихся ритмических фигур, которые создают статический фон. Иные вещи — это звуковые эффекты, использование которых может быть самое разное. Можно, например, их выключить в период ожидания и включить повторно.

Збигнев Гранат: Хотелось бы назвать тебе пару противоположных понятий и попросить кратко прокомментировать их. Возьмем для начала понятия звук и тишина.

Джон Скофилд: Ну что ж, если бы мне хотелось играть просто без перерыва, это было бы для меня нудно. Мы обязаны использовать расстояния между звуками: как джазмены, как музыканты, мы делаем это постоянно.

Збигнев Гранат: Кажется, что ты используешь это пространство глубже, чем другие музыканты. Оно, несомненно, один из элементов твоего такого легко угадываемого звучания.

Джон Скофилд: Гитара — такой инструмент, который не требует передышки: достаточно взять ее в руки и начать трогать струны. Поэтому можно очень легко забыть про паузы и играть так долго, сколько получится. Но поскольку я сам всегда любил вокалистов, духовиков и вокальную экспрессию, то также начал брать передышки в музыке.

Збигнев Гранат: В твоем случае это было чем-то естественным или же тем, чему пришлось научиться?

Джон Скофилд: Я просто должен был над этим поработать. Когда я слушал музыкантов, которых люблю, то понял, что все они оперируют пространством, и это показалось мне естественным. В этом что-то очень человеческое, как язык. Есть такие паузы, которые музыка воспринимает, правда? Когда я начинал играть на гитаре, временами об этом забывал, поскольку человек концентрируется на функциях, мелодических линиях и всем тем, что ты хочешь вместить в музыку. Поэтому в определенный момент я заставил себя играть с использованием пространства.

Збигнев Гранат: Ты один из немногих музыкантов, которые способны манипулировать в музыке временем.

Джон Скофилд: Я думаю, что все хорошие джазмены делают это. Если ты это не делаешь, твое исполнение звучит слишком технично. Возможно, в какой-то пьесе кто-то и желает утопить слушателя в непрерывных каскадах звуков, но все хорошие музыканты должны уметь взять паузу.

Збигнев Гранат: А тебе нравилось, каким образом Майлс Дэвис использовал в музыке пространство?

Джон Скофилд: О да, Майлс, с которым я играл, постоянно это делал. Его музыка была в большой мере реакцией на хард-боп, тем она и выделялась. Ибо Майлс предложил переоценку джаза в тот момент, когда это была действительно тяжелая музыка, полная парней, которые поигрывали на своих инструментах только лишь функции и работали так быстро, насколько могли.

Збигнев Гранат: Чувствовал ли ты свободу, входя в группу Майлса?

Джон Скофилд: По правде говоря, нет. Это значит, что когда я играл с Майлсом, то знал, чего он хотел, чтобы мы выражали самих себя полностью, правдиво и искренне. Но одновременно я чувствовал себя так, будто постоянно нахожусь под микроскопом, поскольку Майлс всегда был очень критически настроен.

Збигнев Гранат: Вернемся на минутку к тому, что ты сказал о вокальной экспрессии, потому что это восхищает. Когда я слушаю твои пьесы, то пробую ухватить сущность того, что делает твое исполнение таким характерным. Твое гитарное звучание только слегка искажено, оно как бы висит вне времени и колеблется между областями тональности и атональности; но когда это все соединяется в одно целое, то по сути своей становится голосом очень лиричным.

Джон Скофилд: Спасибо. По-моему, все хорошие джазовые музыканты — импровизаторы, которым я удивляюсь, — обладают лирическими голосами. Возьмем, к примеру, Кита Джарретта: он играет на фортепиано, которое не предоставляет возможность задержать звук подобно инструментам духовым или же вокалу, однако я слышу в его исполнении мелодию, голос, я слышу слова к его мелодии, вокальные звучания — не только те, которые он сам из себя извергает. Знаешь, что меня заботит? Когда я слушаю трубачей или саксофонистов, то иногда кто-то из них исполнит фразу, в которой порой можно услышать чуть ли не слова, и не только в теме, но и в импровизации. Меня такие моменты всегда восхищают. Я также люблю блюзовых гитаристов, они всегда играют лирично.

Збигнев Гранат: Хорошее ли это сравнение, когда кто-то говорит, что в импровизации ты рассказываешь какую-то историю?

Джон Скофилд: Это сказал Лестер Янг. И так говорят все джазмены: "I'll tell a story". Для меня это означает: у тебя есть что сказать, то, что ты играешь, имеет какое-то значение, все это не только ряд ходов или риффов. Хотя на самом деле ты не рассказываешь никакой истории, у которой был бы некий сюжет, — это рассказ без слов. В конце концов, это ведь музыка, которая существует в иной сфере, а не наставление.
Я как-то читал высказывание Джонни Митчелл в статье, посвященной Уэйну Шортеру. Она сказала, что Уэйн – единственный музыкант, который импровизирует в форме гиперболы или чего-то подобного. Не понимаю, что она имела в виду. Ибо музыка — это нечто такое, что существует в иной плоскости. Иногда она, возможно, приближается к литературе и прочим вещам, и я думаю, что это часто происходит. Но мое исполнение — когда, например, сыграю одну пьесу, а потом что-то другое, после чего опять вернусь к той первой, — просто поэзия. Знаешь, поэзия — это лирика, она ритмична и способна забрать тебя путешествовать в неизведанном (и для меня все это переводится в слова), но одновременно она что-то совершенно иное. В конце концов, это ведь музыка, правда? Вот это и восхищает меня в джазе.

Збигнев Гранат: И таким образом импровизация отличается, например, от симфонии Бетховена, в которой вначале появляется какой-то музыкальный герой, развитие судьбы которого можно проследить на протяжении всего произведения.

Джон Скофилд: Конечно, это нечто совершенно иное. И я даже думаю, что те, кто слушает джаз, также хотели бы узнавать таких музыкальных героев. Но там их нет. Джаз есть тем, чем он является, и потому мы должны научиться слушать его чуток глубже, познакомиться с ним, после чего он сам нам откроется. Это музыка, подобная природе и нам самим, это импровизация, что-то такое, что мы делаем, когда, например, разговариваем, нечто такое, что существует в данное мгновение, когда одну вещь тут же сменяет другая. Но то, что в джазе интереснее всего и что я сам люблю, — это определенная специфическая форма, которая рождается во время импровизации. Как и природа имеет свою форму, хорошо нам знакомую, иногда и наша музыкальная "болтовня" подсознательно приводит нас к форме, у которой есть какие-то части, а потом окончание. И если задуматься над этим поглубже, то окажется, что у всего есть форма. Потому что достаточно всего лишь начать и затем закончить, чтобы то, что есть в середине, приобрело форму. В одном случае это может быть АБВГДЕЖЗИКЛМНОПР, в другом АБВГ АБВ АБ БББ и т.д. И в результате рождается та музыкальная форма, которую вообще никоим образом нельзя придумать заранее. И я знаю, что тебе это уже известно, но это трудно объяснить другим фанам джаза, которые, кажется, ожидают чего-то большего, чего-то такого более… буквального.

Збигнев Гранат: В своей музыке ты издавна сочетаешь различные элементы. Глядя с более широкой перспективы, сегодня различного вида слияния происходят не только в джазе, но и в музыке вообще. Я допускаю, что "фьюжн" — положительное явление.

Джон Скофилд: Не знаю. Некоторые вещи не подвластны синтезу, их и не нужно соединять вместе, в то время как другие сливаются практически естественным путем.

Збигнев Гранат: Так как первая пьеса на твоем диске Uberjam, где…

Джон Скофилд: …этот индийский кусочек, точно (смеется).

Збигнев Гранат: Можно ли рискнуть и сказать, что "фьюжн" в самом общем смысле — основное течение современного джаза?

Джон Скофилд: Думаю, основное течение современного джаза по-прежнему мэйнстрим. Тот самый мэйнстрим, который доминировал в те еще времена. Фьюжн очень часто может принести разочарование, если ты ищешь по-настоящему творческую музыку. Это не значит, что ее там нет, но наверняка не так много, как в джазе мэйнстрима. Если ты, например, хочешь послушать какой-то стандарт, скажем, разучиваешь How Deеp Is The Ocеan и желаешь услышать какую-то из версий этой песенки, ты легко можешь найти 50 разных записей этой темы в самых различных стилистических версиях. Но если бы ты захотел послушать кого-то, кто импровизирует на вампах или играет хороший фанк, ты найдешь буквально лишь несколько человек. И в то же время вокруг тебя обилие очень слабого смус-джаза, музыки фьюжн, которая просто плохая музыка. Поэтому я думаю, что в этом смысле фьюжн не является современным мэйнстримом, хотя, конечно же, в 2003 году он насчитывает уже 30 лет и силой вещей — это самое новое явление в джазе.

Збигнев Гранат: Попробуем еще пару противоположностей: джаз акустический — джаз электрический.

Джон Скофилд: Знаешь что? Я — электрический гитарист. Но гитара — это инструмент акустический в сравнении хотя бы с синтезатором. Суть инструмента — струна, которая генерирует звук, но еще есть электро-магнитный pick-up, который амплифицирует этот звук. И получается так, будто ты играешь на двух инструментах: вроде бы играешь на гитаре, но одновременно извлекаешь звук, который выходит из динамика и который отличается от звука самой гитары. Таким образом, я не пуританин, хотя и думаю, что на долгий срок высказался бы за акустические инструменты, потому что они красивые, теплые, потому что не должны зависеть от динамиков и электричества и могут существовать совершенно иным образом. И в то же время я люблю электронику.

Збигнев Гранат: Это та область, в которой мы ныне находимся.

Джон Скофилд: Видимо, так — с перспективы исторической, научной и технологической, мы находимся именно здесь. Это все для нас доступно.

Збигнев Гранат: У меня есть еще одна пара: импровизация сольная — импровизация коллективная.

Джон Скофилд: Я люблю слушать, когда кто-то нарезает, но, если правда, я всегда любил вслушиваться в то, что происходит в группе. Я хочу слушать "call and response" парней, которые играют вместе и при этом вовсе не в контексте коллективной импровизации, где каждый играет соло одновременно, или, если проще, слои, из которых состоит музыка: партию баса, смесь ударных, звучания клавишных, гитариста или духовиков. Я люблю, когда все происходит вместе. И в то же время должен признаться, что стараюсь играть хорошие соло, и думаю, что именно слушание, как это делают другие, было тем самым, что и подтолкнуло меня начать исполнять джаз.

Збигнев Гранат: Уинтон Марсалис говорит нам, что джаз — это очень демократическая музыка. Это на самом деле так?

Джон Скофилд: Думаю, что да, поскольку когда ты играешь, ты можешь быть шефом, но в то же время ты — часть группы. Когда я начинаю играть, я — часть моей группы. Возможно, я самая важная ее часть — кто знает? Но прежде всего я часть ансамбля, в котором никто не в состоянии чего-то добиться без участия остальных. Можно даже сказать, что мы вовсе не демократы, а коммунисты. Мы словно рабочая партия, которая работает сообща во имя блага всех (смеется). Нет, я думаю, что джаз демократичный. Ты не можешь приказать другим, чтобы они играли так, а не иначе. Ты можешь им все только что-то посоветовать, но все и так играют то, что они хотят, когда импровизируют с тобой вместе.

Збигнев Гранат: Легко ли ты находишь музыкантов, которые тебе отвечают?

Джон Скофилд: Это никогда не было легко. Ты ведь хочешь найти именно таких людей, это самое важное. Сегодня в моей группе мне работается совсем неплохо. В будущем году я буду играть со Стивом Свэллоу и Биллом Стюартом, с которыми знаком давно. ScoLoHoFo — это тоже музыканты, которых я знаю уже много лет. Очень важно то, с кем ты играешь, потому что это демократическое мероприятие, и если у тебя в группе нет соответствующих людей, все играют плохо.

Збигнев Гранат: Вот именно, ты не хочешь видеть там всяких республиканцев…

Джон Скофилд: Разве что такого, кто из числа левых или центристов.

Перевод Дмитрия ПОДБЕРЕЗСКОГО

Збигнев ГРАНАТ (Jazz Forum)

2006


стиль
джаз
страна
США
музыкальный стиль
фьюжн

Расскажи друзьям:

Ещё из раздела интервью с гитаристами

  • стиль: джаз, джаз
  • автор: Михаил ТРОФИМОВ
  • страна: Россия
  • музыкальный стиль: фьюжн
Такого еще не было! Игорь Бойко стал первым русским музыкантом, который, подобно величайшим западным гитаристам, стал обладателем своего именного инструмента, изготовленного по личной спецификации всемирно известной фирмой Fender. Как ...
подробнее
  • стиль: джаз, джаз
  • автор: Дмитрий ПОДБЕРЕЗСКИЙ.
  • страна: Беларусь
  • музыкальный стиль: мэйнстрим
"Когда я еще не знал всех этих имен и, понятно, не мог никому подражать, родители купили мне гитару "Musima". Я первую ночь с ней спал: положил рядышком на подушечку, накрыл одеялом... Она давно уже ушла от меня..." Владимир Ткаченко — ...
подробнее
  • стиль: джаз, джаз
  • автор: Ая ГЛАДКИХ
  • страна: США
  • музыкальный стиль: фанк
Порой приходишь в клуб на концерт в ожидании хорошей музыки, приятного вечера, теплого общения. Садишься за столик (стойку), тихонько потягиваешь чай-сок или что-нибудь покрепче. Слушаешь, смотришь на музыкантов, аплодируешь после соло, ...
подробнее
© 2021 Jazz-квадрат
                              

Сайт работает на платформе Nestorclub.com