Viktar Siamashka - Calavera

Если бы я не знал о других проектах Виктора Семашко, реализованных в 2013 году, свидетельством чему служит соседняя рецензия на Źnianacku, я назвал бы Calaverа творческим отчетом за упомянутый год. А так, этот альбом, выложенный в феврале года нынешнего в сетевом лейбле Tape-Safe, больше напоминает, если обратиться к литературе, томик «Избранного». В него вошли три объемные, каждая несколько больше двадцати минут, композиции, исполненные в разное время в прошлом году на разных минских сценах и не связанные некоей общей идеей. Объединяет их другое: во всех трех случаях мы слышим авторскую импровизационную музыку в сольном исполнении самого автора.

Однако, слушая альбом, вам непросто будет в это поверить, учитывая тот факт, что все записи – концертные и ни о какой студийной алхимии здесь речь не идет. Тем не менее, подчас возникает ощущение, что звучит целый ансамбль, и ансамбль не маленький. Современные луперы и прочие электронные примочки помогли Виктору, играющему здесь на различных духовых и перкуссионных инструментах, а также на фортепьяно, добиваться такого впечатляющего эффекта.

Вы сможете оценить его уже после нескольких минут звучания первой, самой крупной и давшей имя всему альбому композиции Calavera. Сначала здесь звучит духовое соло, потом оно превращается в дуэт, потом, постепенно, добавляется перкуссия, возникает трио, затем квартет, а затем… затем я сбился со счета. Но дело, разумеется, не в этих эффектах, как таковых. Дело в другом – в яркой фантазии исполнителя, в творческой изобретательности, в мастерстве импровизации. Музыку Виктора слушаешь, словно читаешь увлекательную книгу, от которой невозможно оторваться, пока не дойдешь до конца. Так и тут: завороженно следишь за развитием композиции, за сменой тем и ритмов, за чередованием сольных и «ансамблевых» кусков, за внезапными поворотами сюжета, вроде вторгающегося в музыкальную ткань птичьего щебета, и так вплоть до коды, сохраняя литературные аналогии, напоминающей открытый финал повествования, позволяющий самому поразмышлять над тем, что же там могло быть дальше…

Вторая композиция, Emak Bakia крепче привязана к конкретному сюжету, если, конечно, знаком с ним. Дело в том, что она представляет собой созданный Виктором Семашко саундтрек к одноименному немому фильму, исполненный на фестивале немого кино и современной музыки, прошедшем в Минске в 2013 году в музее-мастерской Заира Азгура. Известный американский авангардист Ман Рей, работавший преимущественно во Франции и связанный сначала с дадаизмом, а затем с сюрреализмом, снял Emak Bakia в 1926 году. Рей прославился в основном, как фотограф-сюрреалист, хотя охотно прибегал и к синтезу искусств (например, сотрудничал с поэтом Полем Элюаром). Его сюрреалистические эксперименты в сфере кино заметно уступают по степени известности аналогичным работам, скажем, Бунюэля и Дали. Emak Bakia я никогда не видел, на упомянутом фестивале побывать не пришлось, поэтому саундтрек Семашко слушал, как абсолютно самостоятельное произведение. С фильмом Мана Рея эту музыку для меня связывает лишь голос, торжественно возглашающий в финале пьесы это название. Не знаю, насколько это связано с сюжетом (что, вообще говоря, для сюрреалистического фильма есть понятие условное), но мне показалось, что Виктор сознательно придал этой музыке, особенно в средней части, где звучит фортепьяно, оттенок некоей нарочитой карикатурности, подчеркивающий условность всего действа.

И, наконец, третья композиция альбома с громким названием Bolero. Достаточно долго слушатель пребывает в недоумении в связи с этим названием. Виктор, словно опытный рассказчик, стремящийся преподнести свою историю поэффектнее, очень долго водит слушателя «окольными тропами», пока, наконец, - вот оно! На последней трети звучания в композиции прорезаются узнаваемые интонации равелевского «хита». Но просто следовать за одной из самых популярных тем академической музыки настоящему импровизатору, конечно же, скучно. И Виктор направляет свою вариацию на тему необычным путем: знакомый остинатный ритм неожиданно приобретает ощутимый белорусский акцент, а заканчивается все почти академическим фортепьянным росчерком.

Calaverа может нравиться или не нравиться (лично я занимаю место в рядах тех, кому «нравится»), но неоспоримо, что музыкант-импровизатор Виктор Семашко не остановился в развитии, и в 2013-м работал много и результативно, его музыкальный язык столь же узнаваем, сколь и индивидуален – а это уже свидетельство класса. Что-то принесет год текущий?

2014 Tape-Safe TaSe-57
3 tks / 65 mins
(Viktar Siamashka – all instruments;)
Линк предоставил Виктор Семашко

Леонид Аускерн