Гарлем - 1920-е (История джаза от Timeless)

Итак, 1925 — 1931... Во вторую половину двадцатых годов Соединенные Штаты вступали во власти лучезарных надежд на дальнейшее процветание, начавшееся после I мировой войны. Страна богатела. Экономика успешно развивалась, и тем большим ударом стал внезапный, как гром среди ясного неба, экономический кризис, разразившийся в 1929 г. Наступил мучительный и тяжелый период Великой депрессии, которому к 1931 г. еще не было видно конца. Все эти годы страна жила в условиях сухого закона, контрабанда спиртного приносила преступному миру неслыханные доходы. На каждом шагу можно было встретить заведения, которые американцы с юмором называли "Speak Easy" ("Говори тише"), где из-под полы угощали любыми напитками. Зачастую в этих кафе и ресторанах звучал джаз.

Джаз жил в эти годы под знаком развития разнородных тенденций. Одной из них был оркестровый джаз. Мне кажется, название этого альбома "Биг-бэнды Гарлема", чуть не точно. Составы, представленные здесь, по численности не дотягивают до биг-бэнда в современном понимании. В них играет по 10-12 музыкантов против биг-бэндов позднего периода, где число исполнителей доходило до 20 и более. Но начиналось все именно так. И в значительной степени именно в Гарлеме. Нью-Йорк оставался крупнейшим джазовым центром страны, а Гарлем в те годы еще не был районом, куда страшно забрести человеку не с черным цветом кожи. Наоборот, большинство гарлемских клубов составляло программы своих шоу в расчете именно на белую публику. Между ними царила острая конкуренция, и естественный отбор выявлял сильнейших. Это стимулировало и совершенствование оркестров. К концу 20-х годов, как вспоминает тромбонист Клайд Бернхардт (Clyde Bernhardt), музыкант, не знавший нотной грамоты, уже не мог рассчитывать на место в составе. Многие музыканты брали специальные уроки игры в секциях, и профессия музыкального педагога была в те годы очень прибыльной. Именно в Нью-Йорке выдвинулись прославленные оркестры Флетчера Хендерсона, Дюка Эллингтона, Чика Уэбба. Но в этом альбоме мы их не услышим. Здесь нас ждет встреча с другими составами, которые играли важную роль на сценах Гарлема. Именно они задавали тот достаточно высокий уровень, от которого будут отталкиваться биг-бэнды "эры свинга" в свою золотую пору 30-х годов.

Ровно половину CD занимают работы оркестра Чарльза Джонсона (Charles Johnson). Мы можем проследить, как развивался этот состав с 1925 по 1929 год. Бэнд Джонсона работал в ночном клубе "Paradise", принадлежавшем Эду Смоллсу (Ed Smalls), одному из немногих темнокожих владельцев клубов. "Paradise", в отличие от известных "Cotton Club" и "Connie's Inn", ориентировался больше на афроамериканских посетителей, и даже танцовщицы в нем были с более темным оттенком кожи. Джон Хэммонд (John Hammond) вспоминал, что "Paradise" привлекал еще и отменной китайской кухней, выгодно отличаясь от "Cotton" с дорогим и невкусным столом и "Connie's", где вообще не кормили. Сам Джонсон играл на фортепиано, но лидером был не очень сильным. Зато музыканты его состава отличались весьма высоким классом.

Это заметно уже в записях 1925 г., например, в "Meddlin' With The Blues", где играет постоянный ударник состава Джордж Стаффорд (George Stafford) и трубач Гас Айкен (Gus Aiken), хотя стройности в игре бэнда еще явно не достает. Надо сказать, что у Джонсона и в дальнейшем были очень сильные трубачи: Джаббо Смит (Jabbo Smith), которого безуспешно пытался переманить Эллингтон, в записях 1927—28 гг. (отличное соло в "Paradise Wobble") и Сидней де Пэрис (Sidney De Paris) в 1928—29 гг. (солирует в "Hot-Tempered Blues" и "The Boy In The Boat"). Оба они играли в манере Сачмо. Тромбонист Чарльз Ирвис (Charlie Irvis) перешел к Джонсону от Эллингтона, позже его сменил Джимми Харрисон (Jimmy Harrison), а затем Джордж Стивенсон (George Stevenson). Все трое были ведущими мастерами тромбона в то время.

Есть среди записей оркестра и четыре вокальных номера. Однако певица Монетт Мур (Monette Moore) вряд ли может претендовать на особое место в истории джазового вокала. Зато у Джонсона начинали Бенни Картер (Benny Carter) (записи 1927 г.) и Бенни Уотерс (Benny Waters) (записи 1928—29 гг.). Оба делали отличные аранжировки ("Charleston Is The Best Dance After All" — Картер, "The Boy In The Boat" — Уотерс), придававшие звучанию бэнда особый блеск. Уотерс считал, что в 1926-29 гг. бэнд Джонсона был сильнее эллингтоновского.

Братья Ллойд и Сесил Скотты привезли свой оркестр в Нью-Йорк из Огайо. Вначале лидером был барабанщик Ллойд, позже кларнетист и саксофонист Сесил, и состав больше известен под названием "Cecil Scott And His Bright Boys". С 1927 г. этот оркестр работал как хауз-бэнд в известном танцзале "Savoy" на Манхэттене. Уровень состава был не слишком высок: в "Savoy" приходили танцевать, а не слушать музыку, что не способствовало росту качества исполнения. Тем не менее в записях 1927 и 1929 г. мы можем услышать прекрасного тромбониста Дикки Уэллса (Dicky Wells) — "Bright Boy Blues", "Springfield Stomp", а также "фирменный" хит Сесила Скотта "Lawd, Lawd" с вокалом трубача Фрэнки Ньютона (Frankie Newton).

Зато оркестр Луиса Рассела (Luis Russel) был одним из самых сильных составов своего времени. Как ни в одном другом составе, здесь было очень много нью-орлеанских музыкантов, придававших общему саунду соответствующий колорит. Секцию труб возглавлял Генри Ред Аллен (Henry "Red" Allen), один из немногих трубачей, пытавшихся идти своим путем, не подражая Армстронгу. На кларнете играл Элберт Николас (Albert Nicholas), а великолепную ритм-группу составляли басист Попс Фостер (Pops Foster) и ударник Пол Барбарин (Paul Barbarin). В этом же составе мы встречаем знакомые уже имена Уэллса и Айкена. В записях 1931 г. (их всего четыре) оркестр звучит мощно, слаженно, с отличными соло.

И, наконец, в одной пьесе, "I've Found A New Baby" (1927 г.), мы слышим "Andy Preer And The Cotton Club Orchestra". Этот состав раннее назывался "The Missourians", проработал он в "Cotton Club" недолго, так как лидер бэнда, Энди Прир, умер в том же году. Его оркестр впоследствии возглавил Кэб Кэллоуэй (Cab Calloway), а хозяева "Cotton" после отказа Кинга Оливера пригласили к себе бэнд Дюка Эллингтона, и эта страница стала одной из самых славных в истории великого оркестра. Но это уже совсем другая история...

Отличный диск, где подавляющее большинство записей выглядит вполне современно (для традиционного джаза). Думаю, он доставит истинное наслаждение любителям музыки больших оркестров. Правда, Прир и, к большому сожалению, Рассел представлены весьма фрагментарно, но зато "Johnson's Orchestra Story" выглядит весьма обстоятельно. Две пьесы Джонсона — "Hot-Tempered Blues" и "The Boy In The Boat", а также "You, Rascal, You" из репертуара Рассела — мои фавориты этого альбома.

Подготовил Евгений ДОЛГИХ