Salvador Santana - Яблоко от яблони...

Широко известна легенда о том, что яблоко, упавшее с де­рева, натолкнуло великого физика сэра Айзека Ньютона на формулировку закона все­мирного тяготения. Яблоко упало, естественно, с яблони. Яблоко от яблони недалеко падает, гласит народная муд­рость. Ну, а насколько недале­ко? Увы, не нашлось еще сво­его Ньютона среди генети­ков. который смог бы досто­верно определить, каким за­конам подчиняется расстоя­ние от яблони до яблока, а за­одно и почему. Ведь есть же и еще одна распространенная народная мудрость, диамет­рально противоположного свойства - природа на детях отдыхает. Какая же из этих сентенций ближе к истине? Боюсь, что обе от нее при­мерно равноудалены, этакие два полюса. По крайней мере, жизнь терпеливо собирает материалы в пользу и той, и другой теории для будущего Ньютона от науки о наслед­ственности.

И в музыке, причем в лю­бом из ее жанров, таких мате­риалов собрано немало. Да­вид Ойстрах и Игорь Ойст- рах, Джон Леннон iи Джулиан Леннон. а также Шон Оно Леннон. Дюк Эллингтон и Мерсер Эллингтон. Уверен, каждый сможет подбросить еще с десяток-другой приме­ров. В этом материале копил­ку примеров хотелось бы по­полнить и мне. Речь тут пой­дет о примере довольно све­жем, о музыканте, только-только выходящем на широ­кую сцену, о лидере ансамбля, в аббревиатуре названия ко­торого "спрятано" его имя. Ансамбль этот называется SSB — Salvador Santana Band.

Да, Сальвадор Сантана, или Сэл, как его называют близ­кие — сын Сантаны. Того са­мого, Сантаны Великого, де­сятикратного лауреата пре­мии Грэмми, чье имя офици­ально вписано в Зал славы рок-н-ролла, того самого Карлоса Сантаны, чье имя у большинства наших читате­лей, уверен, вызывает, как ми­нимум, уважение. Сам же я, при достаточно спокойном отношение к самому ком­мерчески успешному альбо­му Сантаны-старшего Supernatural, очень люблю его творчество конца 60-х — семидесятых годов. Почитаю его работы этих лет за один из самых прекрасных и орга­ничных образцов синтеза лучшего в роке, народной му­зыке и джазе. Впрочем, я, ка­жется, увлекся. Вернемся к Сантане—младшему, чье по­явление на сцене уже в силу вышесказанного не могло не вызвать совершенно особого интереса.

Как вы сами понимаете, сын такого папы не мог не за­интересоваться музыкой с самого детства. Причем, дело тут не только в папе. У яблони сорта "сантана" чрезвычай­но мощные и глубокие кор­ни. Помимо отца, музыкан­том является и дядя Сэла, Хорхе Сантана. Дедушка Сэ­ла Хосе Сантана, отец Карло­са и Хорхе, был мексикан­ским марьячо — народным музыкантом. Он играл на скрипке и руководил оркест­ром. При этом, Хосе Сантана в кругах марьячос слыл очень известным исполни­телем, и его слава далеко пе­решагнула за региональный уровень. Но и это еще не все. Дедушка Сэла по материн­ской линии, Сондерс Кинг (Saunders King), легендар­ный тенорист и гитарист, был одним из пионеров аф­роамериканского блюза на Западном побережье США в 40-е годы. Мама Сэла, Дебора Сантана — талантливая по­этесса. Ее первая книга с многозначным названием Space Between The Stars ("Пространство между звез­дами") увидела свет в 2005 го­ду. Музыку к аудио-версии этой книги совместно сочи­нили ее сын и ее муж—Саль­вадор и Карлос Сантана.

При такой наследственно­сти вполне понятно, почему уже в двухлетнем возрасте маленький Сэл (родился он в 1983 году в Северной Кали­форнии, в Сан-Рафаэле, где постоянно живет семья Сан­тана) начал тоже заниматься музыкой. Его первой любо­вью стали ударные инстру­менты. Юному драммеру раскладывали целую бата­рею кастрюль и сковородок, и он от всей души колотил по ним ложками. Смех смехом, но какие-то первичные представления о ритме, на­верное, в подсознании от­кладывались. Вы скажете, что каждый может припомнить подобные детские экзерси­сы. Так-то оно так, но обычно родители быстро пресекают разрывающую барабанные перепонки какофонию, а в семействе Сантана эти уп­ражнения, напротив, поощ­рялись, а затем получили и более серьезное продолже­ние. С шестилетнего возрас­та Сальвадор начал основа­тельно обучаться игре на фортепьяно. Сначала, как во­дится, это были музыкаль­ные азы, затем классическая музыка, а дальше воображе­нием юного Сэла прочно за­владел джаз.

Его любимыми пианистами стали Херби Хэнкок, МакКой Тайнер, Кит Джарретт, Чик Кориа. Конеч­но же, сын великого гитарис­та научился играть и на гита­ре. Однако, как ни странно, этот инструмент так и не стал для Сэла главным. Как он сам объяснял впоследствии, тому было две причины. Од­на — иррациональная: над Сантаной-младшим слиш­ком сильно психологически довлел авторитет Сантаны-старшего. Возможно, Саль­вадор уже тогда осознавал, что ему ни при каких обстоя­тельствах не удастся пре­взойти отца в мастерстве иг­ры на гитаре, а быть всего лишь бледной тенью Карло­са Сантаны он не хотел. Вто­рая же причина носила бо­лее прозаичный характер: у юного Сэла была слишком нежная кожа на пальцах рук. Ги тарные струны быстро ос­тавляли на ней мозоли. Сэл злился, начинал плакать, и особой дружбы с гитарой у него так и не получилось. Другое дело, что в будущем он все же видел себя только музыкантом, как и отец. И, строя это будущее, он реши­тельно предпочел струнам клавиши.

И сегодня Сэл лишь изред­ка, на домашних репетициях, берет в руки гитару, если счи­тает, что тот или иной фраг­мент ему легче вначале разо­брать таким образом, глав­ными же его инструментами остаются рояль и электрон­ные клавишные. При этом, если вначале он рассматри­вал фортепьяно как чисто мелодический инструмент, то со временем все активнее использует его и как своеоб­разную ударную установку, осваивая и эту сторону воз­можностей фортепьяно.

Но вернемся к временам более ранним. По мере взросления Сальвадор слу­шал все больше самой раз­ной музыки — и модный хип-хоп, и музыку времен молодости его отца. Круг его музыкальных фаворитов по­степенно расширялся, в него попали Телониус Монк и Джими Хендрикс, Майлс Дэ­вис и Джон Колтрейн, Боб Мэрли и Билли Кобэм. Сэл все более уверенно играл на фортепьяно и начал зани­маться также и композицией (в 1999 году один из самых громких хитов альбома Supernatural, получившую Грэмми композицию El Farol написали совместно Карлос Сантана и его шеспнадцатилетний сын).

Высшее музыкальное об­разование Сэл получал в из­вестной Школе Искусств в Сан-Франциско, пойдя по стопам одной из своих стар­ших сестер, а затем в Кали­форнийском Художествен­ном Университете в городе Валенсия. Здесь он познако­мился с самыми разнообраз­ными музыкальными экзотами, вроде яванского гаме- лана или африканских "го­ворящих" барабанов, но в центре его внимания теперь были поиски собственного пути в музыке и "вербовка" единомышленников по этим поискам. Одним из пер­вых таких единомышленни­ков стал басист Эмерсон Карденас (Emerson Carde­nas), который со своим джа­зовым ансамблем выступал в студенческом городке Шко­лы Искусств. Вместе с ним, а также с барабанщиком из Чикаго Дженом Койе, пер­куссионистом Эриком Мен­десом и вокалистом и по­этом Сэмми Тота Сальвадор сформировал в начале 2004 года самый первый состав Salvador Santana Band. Чуть позже к ним присоединился гитарист Рене дель Фьерро. Первые репетиции и первые выступления привели к веренице персональных измене­ний, в которых 'уцелел", кро­ме лидера группы, только Карденас. В SSB появилась вокалистка из Саусалито Карла Холбрук (Carla Holb­rook), гитарист Мэтт Хьюлигг (Matt Heulitt), барабан­щик Тони Остин (Tony Aus­tin), выступающий также с Соломоном Барком, и саксо­фонист, флейтист и вока­лист из группы Ozomatli Хо­се "Крунчи" Эспиноса (Jоse "Crunchy" Espinosa). Сам Сан­тана не только играет на кла­вишных и сочиняет музыку, но еще и поет.

Одним из наиболее знако­вых среди первых выступле­ний SSB было участие в кон­церте Карлоса Сантаны и Santana Band в известном Warfield Theater в Сан-Франциско. Хотя Сальвадор со своей группой, естественно, играл в этом концерте толь­ко на "разогреве" перед вы­ступлением отца, это собы­тие сразу привлекло к Сантане-младшему пристальное внимание прессы. Теперь уже почти каждое из много­численных выступлений SSB в клубах Сан-Франциско и других городов Калифор­нии, совместные туры с ан­самблями Ozomatli и Los Lonely Boys вызывали теплые отклики в печати. Летом и осенью того же 2004 года ко­личество этих откликов за­метно возросло после поезд­ки ансамблей отца и сына Сантана в Европу, где SSB вновь разогревал публику перед Santana Band в Праге, Загребе, Будапеште и других европейских столицах. Надо сказать, что сголь доброе от­ношение журналистов и критиков к проекту Сальва­дора Сантаны выглядело вполне оправданным. Моло­дой ансамбль словно излу­чал энергию и обаяние, да и музыка его выглядела доста­точно оригинальной. Сэл довольно смело придумал даже ей стилистическое оп­ределение "новый сорт". Вот как он говорил об этом в од­ном из интервью: "Это ком­бинация, я называю ее "но­вый сорт". Что я при этом имею ввиду... Я беру лучшее из всего, что мне нравится — джаз, блюз, рок-н-ролл, рэгги, немножко хип-хопа и не­множко рэпа, а также латина — например, сальса. Если бы я был шеф-поваром, мне бы не хотелось готовить по чу­жим рецептам. Я просто беру чьи-то специи, которые из­вестны уже много лет, и пы­таюсь с их помощью создать свой собственный рецепт, свое собственное блюдо, ко­торое бы понравилось лю­дям."

Надо сказать, что при этом Сальвадор очень вниматель­но прислушивается к советам опытных "шефов", первый из которых, разумеется, отец, а также такие звезды, как Уэйн Шортер и Херби Хэнкок. Позволю себе привести еще одну цитату из высказываний Сэла на этот счет, довольно длин­ную, но весьма любопытную: "Думаю, что наибольшее вли­яние на мою музыку, из числа тех, с кем мне доводилось об­щаться лично, оказали такие люди, как Уэйн Шортер...У не­го своеобразная манера об­щаться, но если тебе удается угнаться за ходом его мыслей, то открываешь для себя массу интересного. И вот однажды он посоветовал мне упорно идти своим путем и не давать сбить себя с этой дороги. Не давать кому-либо убедить се­бя в том, что ты не прав. Не те­рять веру в себя. Услышать от него такое было просто по­трясающе. Но в еще большей степени, чем Уэйн, повлиял на меня Херби Хэнкок, уже хотя бы потому, что он играет на том же инструменте, что и я. Это один из самых скром­ных людей, которых мне ког­да-либо довелось видеть. Мне кажется, если бы я обладал та­ким талантом, как у него, то был бы самым эгоистичным человеком в мире. Он как-то подошел ко мне и сказал-. "По­слушай, мне нравится, как ты играешь". Я был поражен. О Боже, Херби Хэнкоку нравит­ся моя игра! Иисус! Пожалуй, мне надо срочно присесть где-нибудь с кружкой пива и осмыслить то, что он сказал! Именно эти два человека и повлияли на меня больше всего за последние пару лет. Их теплые слова и дружеская поддержка помогли мне ук­репиться в мысли, что я на верном пути".

Путь Сальвадора Сантаны пролегает не только через концертные площадки, но и через студии. Правда, пока дискография его не слишком обширна. SSB выпустил не­большой демо-диск из пяти композиций. Две из них — это пьесы Билли Кобэма, за­ново аранжированные и да­же получившие новые назва­ния: Simple Story Of Love, где в кобэмовской То The Woman появился динамичный вокал и SSB, где за названием ансам­бля Сэла "прячется" популяр­ный хит Билли Кобэма Hip Pockets. Три композиции на диске — это оригинальные сочинения Сальвадора Сан­таны — пульсирующие в рит­мах хип-хопа We Rock Da Mike и Another Rainy Day, а также инструменталка Electric Moon с выразительным соло Сантаны.

Критики дружно отмечают неординарность текстов песен Сантаны-младшего. Сам Сальвадор не отри­цает свою тягу к поэтическо­му слову и видит в этом пря­мое влияние матери-поэтессы. Приобрести демо-диск SSB, насколько мне известно, можно только через сайт Сэ­ла. Там же можно заказать и еще один альбом, в котором есть совместно написанная и исполненная отцом и сыном Сантана композиция Open Up Your Eyes. Это сборник Food For Thought, изданный в поддержку благотворитель­ной организации Milagro Foundation, о которой тоже необходимо сказать пару слов. Организация эта — еще одно семейное дело Сантана. Она была зарегистрирована в Сан-Рафаэле в 1998 году и по­тратила уже более двух мил­лионов долларов на акции в поддержку детей и молодежи в таких сферах, как здравоо­хранение, образование и ис­кусство. А, возвращаясь к за­писям Сальвадора Сантаны, приходится констатировать, что пока вся дискография вы­шеупомянутыми релизами и ограничивается.

Разумеется, Сэл не собирается на этом ос­танавливаться. В настоящее время он активно работает над первым большим альбо­мом SSB, который должен по­явиться предположительно в конце 2006-го или в начале 2007 года. Пока известно о нем лишь то, что Сальвадор пишет песни для этого проек­та в сотрудничестве с Энди Варгасом, музыкантом из группы его отца, Асдру Сьер­ра из Ozomatli и музыкантами еще одного молодого кали­форнийского состава B-Side Players. Возможно, в альбом войдут и его новые песни — Canella, Tengo Yo и кавер-версия War Боба Мэрли, которые группа SSB активно обкаты­вает на своих концертах в этом году.

Живые выступления, как признается сам Сэл, остаются его любимой сферой творче­ской деятельности. Публика стимулирует у музыкантов выброс адреналина, преобра­зующегося в мощный драйв ответного послания публике со сцены. Если судить по тем немногочисленным видеоза­писям выступлений SSB, кото­рые мне довелось лицезреть, Сальвадор и чисто внешне эффектно выглядит на сцене — высокий, под метр девянос­то. брюнет с модными нынче татуировками на руках. В дни, когда пишутся эти строки, на него могут полюбоваться жи­тели многих европейских го­родов. SSB Сальвадора Санта­ны вновь сопровождает Сантану-старшего в большом ев­ропейском концертном туре. Тур этот начался 30 апреля вы­ступлением на известной Hartwall Arena в Хельсинки. Потом последовали концер­ты в Швеции, Дании, Герма­нии. Голландии, Бельгии, Франции, Англии (два кон­церта на Уэмбли прошли 12 и 13 мая). Заканчивается совме­стный тур Santana Band и SSB выступлением в Италии 30 мая.

Многие поклонники Кар­лоса Сантаны в разных стра­нах мира уже смогли сами оценить музыкальные талан­ты его сына. Отрицательных отзывов в прессе я не встре­чал. Что ж, видимо и впрямь в данном случае яблоко укати­лось от яблони не слишком далеко. Талант, помножен­ный на свежесть и динамизм молодости, а в перспективе — еще и на опыт, растущий с каждым новым выступлени­ем, дает основания предпо­лагать, что в недалеком буду­щем имя Сальвадора Санта­ны мы выучим не хуже имени его отца. Дай Бог, поживем — увидим.

Леонид АУСКЕРН

JAZZ-КВАДРАТ №4'2006