The Thing Матса Густафссона в Москве: "Понаехали"

17 февраля скандинавское трио The Thing под руководством саксофониста Матса Густафссона выступило в культурном центре "ДОМ". Матс Густафссон – один из немногочисленных знаковых представителей современной шведской импровизационной сцены, в 90-х навязчиво рекламируемый как "восходящая звезда европейского джаза" и тогда уже активно сотрудничавший с американской фри-джазовой тусовкой.

В авангардных кругах Густафссон известен различными коллаборациями: будь то участие в Chicago Tentet Петера Брётцманна, New Orchestra Барри Гая или записи с американским саксофонистом и кларнетистом Кеном Вандермарком, а также не менее известными чикагскими музыкантами Джимом О'Рурком и Хамидом Дрейком, который в свою очередь недавно посетил Москву в составе квартета Уильяма Паркера. В этой довольно тесной среде Густафссону повезло найти своё звуковое пространство и "поле экспериментов", что и было продемонстрировано в Москве.

The Thing начали концерт в лучших своих традициях: отрывисто, агрессивно, мощно. Фри-джаз Густафссона рожден из буйного драйва панк-рока, и это, пожалуй, его самая заметная и ценная особенность, благодаря которой типичный джазовый состав трио создает буквально ощутимый по плотности и напору звук.

Уже в течение первых минут импровизации в духе последнего студийного альбома Action Jazz Матс во время короткого соло контрабаса сменил баритон-саксофон на альт, а позже продемонстрировал игру на слайд-саксофоне (редчайший вид инструмента, выпуск которого прекратили в 30-х годах прошлого века). Ритм-секция не отставала: Ингебригт Хокер Флатен экспериментировал со сменой строя (подтягивая и спуская колки контрабаса), а ударник Пол Нильссен-Лав …. с цепью.

Помимо этого, у Густафссона стоял специальных столик, на котором было несколько примочек, с помощью которых в импровизации добавлялся жесткий нойз, столь непривычный для фри-джазового концерта, но учитывая упомянутую специфику The Thing, вполне уместный. Электроникой увлекался и Хокер Флатен, сбивший всех с толку чемоданчиком с примочками, замаскированным под Макинтош.

Сквозь свободные импровизации в духе Дерека Бейли и Петера Брётцмана возникали звуки композиции Чарльза Мингуса ("Goodbye Porkpie Hat") и нестареющая классика хард-рока "Iron Man" от Black Sabbath. На бис (коих было несколько) прозвучал ещё один кавер – "Aluminum" The White Stripes. Всё это The Thing делают легко и непринуждённо, вставляя в ударную канонаду и стихийный посыл гаражного рока декламацию и рекламу техасской забегаловки, чей бренд украшает их "фирменные концертные" футболки. Всполошенная публика теперь долго не утихнет, как минимум до марта, когда Густафссон явится в составе очередного трио - Sonore с Вандермарком и Брётцманном – лица всё знакомые.

Илья Белоруков, Мария Зотова

2008г.