nestormedia.com nestorexpo.com nestormarket.com nestorclub.com
на главную новости о проекте, реклама получить rss-ленту

Bessie Smith - Жизнь и смерть императрицы блюза

стиль:

Bessie Smith - Жизнь и смерть императрицы блюза
"Величайшая в мире певица блюза,
которая никогда не перестанет петь —
Бесси Смит
1895 — 1937"
(надпись на надгробном камне)

Джазовый мир положительно помешался на вокалистках. После громкого коммерческого успеха Дайаны Кролл последовал новый, еще более грандиозный бум вокруг Норы Джонс. Все крупнейшие лейблы старательно ищут все новых и новых вокалисток, способных повторить и превзойти достижения упомянутых выше певиц. Похоже, женщины своими тонкими каблучками протаптывают джазу изрядно заросшую сорными травами тропинку к настоящему коммерческому успеху.

Ажиотаж вокруг поющих джаз дам вполне закономерно вызывает желание вспомнить: а что же было до?.. И тогда в памяти всплывают десятка два имен отличных вокалисток последней четверти века, как говорится, хорошо известных в узких кругах, поскольку их успехи оставались всецело в рамках джазового сообщества и за его границы почти не выходили. За ними же, если продолжить ретроспективу, возвышаются титанические фигуры великих джазовых певиц: Эллы Фитцджеральд, Билли Холидей, Сары Воэн. Вклад этих вокалисток в историю джаза столь грандиозен, что мы сравнительно редко пытаемся всмотреться во времена еще более ранние, в первую четверть ушедшего ХХ века. А ведь и там были прекрасные певицы, среди которых, по крайней мере одна по масштабам своего таланта не уступала самым великим. Ее звали Бесси Смит, а еще она носила гордое прозвище — "императрица блюза".

Двадцатые годы того века были счастливым временем и для Бесси Смит, и для Америки в целом. Страна вышла из Первой мировой войны заметно накачавшей экономические мускулы на военных заказах и выдвинувшейся в первые ряды мировых держав. Вплоть до "черного четверга" 24 октября 1929 года, когда рухнула нью-йоркская биржа и началась Великая депрессия, в Соединенных Штатах пили (украдкой, из-за сухого закона), танцевали и веселились. То была эпоха, которую Френсис Скотт Фитцджеральд определил словосочетанием "век джаза", уже давно ставшим нарицательным. Он писал чуть позже: "...Но иногда нереальная дробь барабанов и астматический шепот тромбонов отсылают меня обратно в 1925-й год, когда мы пили алкоголь и ежедневно чем-то неизменно улучшали самих себя, когда состоялось первое укорачивание юбок и девушки стали все одинаковыми, когда казалось, что не более, чем через несколько лет предыдущее поколение уйдет и разрешит, чтобы мир управлялся теми, кто видел вещи именно такими, какими они были; все казалось розовым и романтичным нам, которые тогда были молодыми, потому что мы никогда больше не почувствуем так сильно, как тогда, свою обстановку".

Впрочем, даже тогда весело было не всем. В первую очередь мало кому из темнокожих американцев, в отличие от Скотта Фитцджеральда, действительность казалась "розовой и романтичной". Почти через шестьдесят лет после отмены рабства они продолжали оставаться париями. Среди них сильнее всего свирепствовали нищета и безработица, среди них было больше всего людей с низким уровнем образования, они могли рассчитывать в основном на самую грязную и не престижную работу. На хлопковых полях Юга и в тесных трущобах крупных городов Севера черные американцы жили скверно. Они тоже слушали музыку и их музыкой был блюз. Музыканты блюза говорили на одном языке со своими слушателями, языке прямом и откровенном, чувственном и грустном, грубом и не выбирающем изысканных выражений, какая бы тема не затрагивалась.

И так уж случилось, что с самого начала двадцатых годов блюз, а шире — и вся черная Америка, вдруг оказались в центре внимания наиболее благополучной части Америки белой. Интерес к темнокожим соотечественникам для многих был совершенно искренним и сочувственным. Правда, в двадцатые годы еще очень немногие белые осознавали свое равенство с этими людьми. Во многом их взгляд на проблемы черных американцев был взглядом сверху, с позиций своего априорного интеллектуального превосходства. Так, писатель Карл ван Вехтен с большой симпатией к своим героям написал роман "Ниггер хэвен" ("Негритянское небо"), одно название которого до сих пор вызывает ярость у афроамериканцев. Но был и "Император Джонс" Юджина О' Нила, был и появившийся в 1922 году "Коттон Клаб", куда пускали только белых, но где выступали исключительно темнокожие артисты и музыканты, и, наконец, были джаз и блюз, фундамент осознания которых, как общеамериканской ценности, закладывался именно в эти годы.

Блюзовый бум начался в 1920 году, когда увидела свет пластинка певицы Мэми Смит Crazy Blues. Этот диск неожиданно для многих стал необычайно популярным, за первый месяц после его выпуска было распродано около ста тысяч экземпляров, и вслед за открывшей Мэми фирмой OКeh Records, другие фирмы грамзаписи начали лихорадочно прочесывать города и веси в поисках темнокожих блюзовых вокалисток и записывать так называемые race records. Имена этих певиц вошли сегодня в историю американской музыки. Это и Гертруда "Ма" Рэйни, "мать блюза", как ее называли; одна из первых выдающихся исполнительниц, перенесших на сцену блюз, бытовавший до того в качестве специфичного, городского и сельского фольклора. Это и уже упомянутая Мэми Смит, и Клара Смит, и Трикси Смит (так уж получилось, что тогда одновременно работало сразу несколько не являвшихся родственницами "Кузнецовых", обладательниц одной из самых распространенных в англоязычном мире фамилий), и Айда Кокс, и Берта "Чиппи" Хилл, и Элберта Хантер и некоторые другие певицы. Но всех их, и тогда, в двадцатые годы, и в коллективной памяти историографов американской музыки затмила "императрица блюза" (такой пышный титул печатали на афишах, извещавших о концертах Бесси Смит). Ее творчество считается вершиной классического блюза двадцатых годов.

Мы сегодня знаем не слишком много о юности этой замечательной певицы. Даже точная дата ее рождения остается неизвестной. Разные источники называют 1894-й, 1895-й, 1896-й, 1898-й и даже 1900-й годы. Большинство специалистов, вслед за Крисом Албертсоном, автором "Бесси" (1972), одной из самых лучших биографических книг в джазовой литературе, сегодня склоняется к первой цифре. Достоверно известно, что родилась Бесси Смит в Чаттануге, штат Теннесси. В семье было семеро детей. И отец, и мать Бесси умерли очень рано и уже в возрасте восьми лет она осталась сиротой. Уже в девять Бесси начала петь на улицах, зарабатывая медяки исполнением популярных в те годы песенок под скромный аккомпанемент кого-то из младших братцев. Возможно, она так бы и осталась уличной певичкой, но судьбе было угодно, чтобы в 1912 году в Чаттанугу приехала со своей шоу-труппой Rubbit Foot Minstrels Гертруда Ма Рэйни. "Мать блюза" услышала пение Бесси и, оценив ее тогда заметные незаурядные способности, забрала ее с собой. Многому, и хорошему, и плохому Бесси научилась у нее. От Ма Рэйни она унаследовала страсть к пышным сценическим нарядам, у Ма Рэйни она узнала многие тонкости вокального мастерства, в этой же труппе она пристрастилась к джину и страсть к алкоголю будет в дальнейшем неизменно осложнять ей жизнь.

C тех пор для Бесси Смит и началась бесконечная круговерть выступлений в цирковых и ярмарочных шоу в самых разных уголках страны, но в первую очередь на Юге, где ее ждали самые благодарные слушатели и где, как ни в одном другом месте она чувствовала себя дома. До 1915 года Бесси оставалась в труппе, которую возглавляли Ма Рэйни со своим мужем, а позже перешла под крыло организации ТОВА (Theatre Owners Booking Association), которая занималась устройством гастролей. Из-за жесткого прессинга на артистов и низких гонорарных ставок, остряки-музыканты расшифровывали это название еще и как Tough On Black Artists ("Угнетение черных артистов"), а иногда и как Tough On Black Asses (без перевода). Постепенно, к началу двадцатых годов Бесси Смит стала одной из самых популярных исполнительниц блюза на юге и юго-востоке США. Но до общеамериканской известности было еще далеко.

Она пришла с началом блюзового бума, когда за певицами блюза началась настоящая охота. И надо сказать, что лейбл OKeh, открывший дорогу блюзу записями Мэми Смит, мог добиться огромного успеха, если бы здесь повнимательнее прислушались к Бесси, но ... исторический шанс был упущен. В 1921 году темнокожий пианист и композитор Кларенс Уильямс привозил Бесси в Нью-Йорк и рекомендовал ее OKeh Records, но здесь ее пение показалось слишком вызывающим. Вердикт гласил: "Слишком грубо" и Бесси ни с чем отправилась домой, на Юг. Зато ее голос запомнился другому человеку, который предрассудками не страдал. Это был Фрэнк Уокер, продюсер и селекционер фирмы Columbia, впервые услышавший Бесси в 1917 году, в маленьком смрадном кабачке, где подавали джин, в городке Сельм, штат Алабама. И в 1923 году Уокер отправляет Кларенса Уильямса на розыски Бесси и требует привезти ее в Нью-Йорк. В том же году состоялся фонографический дебют Бесси Смит на фирме Columbia. Под аккомпанемент фортепиано Кларенса Уильямса она спела два блюза: Gulf Coast Blues был записан на одной стороне пластинки, а Down Hearted Blues — на другой.

И свершилось чудо. До конца года (запись была сделана в феврале 1923 г.) было продано около 800 тысяч экземпляров этой пластинки — цифра совершенно неслыханная по тем временам! Акции фирмы — а она в то время была недалека от банкротства — резко пошли вверх, ну а Бесси Смит сразу же стала настоящей звездой. Теперь она выступала в лучших концертных залах крупнейших городов Америки, гастролировала по всей стране, не забывая при этом и о родном Юге. Смит превратилась в самую высоко оплачиваемую темнокожую исполнительницу: никому другому не платили в двадцатые годы по 1500 долларов в неделю. Редкий случай: певица была чрезвычайно популярна как у белых, так и у афроамериканцев, которые просто боготворили "свою" звезду. Вот как восторженно, например, описывает ее появление на сцене темнокожий поэт Роберт Хэйден в стихотворении "Послание к императрице блюза": "Она вышла на сцену вся в метровых ожерельях, появившись как желанное виденье, она придала блеск своей золотой улыбке и стала петь".

Разумеется, она много и с неизменным коммерческим успехом записывалась в эти годы, так как лейблы предпочитали ковать железо, пока оно горячо. При этом партнерами Бесси выступали самые известные джазовые музыканты того времени. Наибольшее количество продаж имел Empty Bed Blues, записанный в 1928 году с тромбонистом Чарли Грином (кстати, в Бостоне эту композицию сочли слишком неприличной: цензора насторожило слово "кровать" и там этот диск был запрещен к продаже). В творческом же плане особенно выделяются записи, где Бесси аккомпанировал на корнете Луис Армстронг: в первую очередь знаменитый St. Louis Blues, а также Reckless Blues, You've Been A Good Ole Wagon, Sobbin' Hearted Blues, Cold In Hand Blues, Careless Love Blues, Nashville Woman's Blues, I Ain't Gonna Play No Second Fiddle и J. C. Holmes Blues. Все эти блюзы Бесси и Луис записывали в 1925 году. Среди других знаменитых партнеров Бесси Смит нельзя не упомянуть Флетчера Хендерсона, Джеймса Пи Джонсона, Коулмена Хокинса и Дона Редмена. Один-единственный раз Бесси Смит снялась в кино: в 1929 году на экраны вышел короткометражный фильм St. Louis Blues, где певица выступила вместе с Джеймсом Пи Джонсоном и музыкантами из оркестра Флетчера Хендерсона.

Сегодня оценить достоинства этих записей и просто послушать, как же пела Бесси Смит, можно по многочисленным переизданиям, в том числе и переведенным "на цифру", в виде компакт-дисков. От природы певица обладала глубоким, очень сильным, низкого тембра голосом, с годами она научилась великолепно подчеркивать все интонационные оттенки блюза, блестяще владела артикуляцией. Блюз Бесси Смит — это обычно страстный, из глубины души идущий вопль тяжко страдающего человека. Сила и нежность сплетены в ее голосе неразрывно. Как отмечал Йоахим-Эрнст Берендт, именно в ее исполнении сильнее всего ощущалась связь блюза и спиричуэллс, несмотря на все тематические отличия между приземленным, говорящим иногда о самых темных сторонах жизни блюзом и обращенными к небесам духовными песнопениями. Виднейший отечественный исследователь американской музыки Валентина Конен считала, что "...по сей день ее импровизации остаются непревзойденным эталоном блюзового искусства". И позволю себе привести еще одно высказывание весьма компетентного современника и партнера Бесси Смит. Луис Армстронг так говорил о ее пении: "Едва начав петь, она сразу трогала меня до глубины души. В ее голосе и в ее технике звучания было нечто недосягаемое ни для одного другого блюзового вокалиста. Музыка была у нее в душе. Она переживала то, о чем пела. Искренность ее музыки порождена вдохновением". При этом надо добавить, что Бесси и сама сочинила немало ярких блюзов, продемонстрировав незаурядный и композиторский, и поэтический талант.

Когда говорят, что творчество того или иного исполнителя во многом автобиографично, то в отношении Бесси Смит это утверждение особенно справедливо. Затаенная печаль, прячущаяся за внешней грубостью, были присущи Бесси и на сцене и вне ее. Она была не слишком красива: высокая, под метр восемьдесят, дама из тех, кого, чтобы не очень обидеть, стыдливо называют "фактурными": вес Бесси превышал стокилограммовую отметку. Она была не слишком счастлива в личной жизни. Первый муж Бесси Эрл Лав умер рано, еще до того, как она стала знаменитостью. Второй супруг, ставший менеджером певицы бывший ночной сторож Джек Джи, пьяница, хам и транжира, беззастенчиво тянул деньги у Бесси, чтобы немедленно прокутить их с легкодоступными девицами. Оба они не принесли ей счастья, равно как и череда любовников (по некоторым данным — обоего пола). И зная обстоятельства ее биографии, по-иному воспринимаешь такие блюзы, как Nobody Knows You When You're Down and Out, Foolish Man Blues или Please Help Me Get Him Off My Mind.

В характере Бесси поразительно и не слишком гармонично уживались широта души и резкость, недоверчивость и обезоруживающая наивность. Она очень настороженно относилась к белым и предпочитала общаться только с людьми своего цвета кожи. Лишь Фрэнк Уокер, "открывший" Бесси продюсер, и Карл ван Вехтен, много снимавший Бесси профессиональный фотограф и тот самый писатель, чье имя сегодня вызывает аллергию у афроамериканских радикалов, могли похвастаться дружескими отношениями с Бесси Смит. Зато вокруг нее всегда роился сонм прихлебателей, близких и дальних родственников, сомнительных друзей, падких на чужие деньги и всегда готовых принять участие в "халявной" попойке. Бесси никогда не следила за деньгами и пока их было много, они текли рекой. Она щедро сорила долларами, поила и кормила ораву собутыльников и, к сожалению, очень много пила сама. Джин, которому она посвятила такие песни, как Gin House Blues и Me and My Gin, губил ее голос, отнимал здоровье и ощутимо способствовал росту финансовых проблем.

А к концу двадцатых годов денежная река начала интенсивно мелеть. Менялась музыкальная мода, широкая публика постепенно переставала интересоваться блюзом, а приспособиться к новым веяниям, к наступающей эре свинга, Бесси не удавалось. Экономический кризис потряс всю Америку, в том числе и шоу-бизнес. Слава Бесси Смит начала быстро тускнеть. С ней остались лишь самые верные поклонники ее таланта. В начале тридцатых она выступала уже не в крупнейших залах Нью-Йорка, Чикаго или Филадельфии, а опять колесила по пыльным дорогам Юга от одного небольшого городка к другому. В 1933 году молодой тогда джазовый меценат и продюсер Джон Хэммонд сумел за свой счет организовать для Бесси сессию звукозаписи на OKeh Records, которая оказалась последней в ее карьере. 24 ноября того года певице аккомпанировали такие первоклассные мастера, как тромбонист Джек Тигарден, тенор-саксофонист Чу Берри или кларнетист Бенни Гудмен. Бесси Смит спела тогда Take Me For a Buggy Ride, Do Your Duty, I'm Down In the Dumps, а также мрачный и при этом весьма реалистичный, а одновременно потрясающе мощно исполненный Gimme a Pigfoot "Дай мне свиную ножку"): "Там, в Гарлеме, каждый субботний вечер, когда собираются негры, царит волшебство. Все собираются для одного танца, который длится всю ночь. Старая Ханна Браун, которая живет в другом конце города, набирается виски и танцует брэк-даун и под утро вы можете услышать старую Ханну, которая говорит: "Дай мне свиную ножку и бутылку пива, дай мне экстаз, друг, потому что мне все равно. Я хочу быть сумасшедшей, наливай пианисту, потому что он мне начинает надоедать. О да, у него есть ритм, когда он стучит каблуком по полу, но на меня он наводит сон. Будьте осторожны, прячьте бритвы и пистолеты, мы все должны танцевать, когда приедет большая полицейская телега. Я хочу свиную ножку и еще бутылку пива, дай мне экстаз, потому что мне все равно, уложи меня, потому что мне все равно. Танцуйте шимми до рассвета, а мне дай сигарету с марихуаной и стакан джина, уложи меня, потому что я грешница, уложи меня, потому что я полна джина." Этот блюз стал одним из самых знаменитых блюзов Бесси Смит.

...Потом, к середине тридцатых, создалось впечатление, что дела Бесси опять пошли в гору. Во многом это было связано с тем, что ее последней любовью стал Ричард Морган (кстати, дядя Лайонела Хэмптона), который значительно бережнее своих предшественников относился к таланту певицы и стремился продлить ее карьеру. В 1935 году Бесси вновь рукоплескал Apollo Theatre в ньюйоркском Гарлеме. Все изменилось 26 сентября 1937 года. В этот день Джон Хэммонд отправился на Юг, чтобы найти там Бесси и увезти в Нью-Йорк для участия в новых записях. В этот день Бесси Смит и Ричард Морган на автомобиле (Ричард за рулем) выехали из Мемфиса, штат Теннесси, где она выступала, в штат Миссисипи. В этот день недалеко от Кларксдейла, штат Миссисипи, Бесси и Ричард попали в тяжелую автомобильную аварию, в результате которой Бесси Смит погибла.

Обстоятельства ее смерти вызвали много кривотолков. Одну из наиболее распространенных версий в том же году в статье в журнале DownBeat обнародовал Джон Хэммонд. Ссылаясь на неназванных очевидцев, он утверждал, что истекающую кровью Бесси отказались принять в госпитале для белых и она умерла от потери крови по дороге в госпиталь для цветных. Эта версия стала очень популярной и широко использовалась в полемике борцами за расовое равноправие. В 1960 году леволиберальный драматург Эдвард Олби использовал ее в своей пьесе "Смерть Бесси Смит". Жива она и до сих пор. К примеру, такой уважаемый специалист, как Владимир Фейертаг, в своей энциклопедии джаза ХХ века в статье о Бесси Смит привел именно эту версию ее кончины.

Но большинство современных исследователей джаза, и в первую очередь наиболее компетентный в вопросах, касающихся Бесси Смит, специалист Крис Албертсон, склоняются все же к другой версии. Авария произошла в сельской глуши и там просто не нашлось кареты скорой помощи, чтобы отправить Бесси в любую из близлежащих больниц. Ранения, полученные ею при аварии, были слишком тяжелы и у нее просто не оставалось шансов на выживание.

Так или иначе, но императрицы блюза не стало. Как оказалось, после Бесси не осталось вообще никаких денег. Великая певица умерла практически нищей. Она была похоронена за общественный счет на кладбище Маунт Лоун в Шэрон Хилл, штат Пенсильвания и никакого надгробия на ее могиле установлено не было. Имя певицы быстро оказалось забытым, а блюз занял свое место в ряду маргинальных жанров, мало интересных так называемой широкой публике.

Прошли годы. Как поется в одной песне Мадди Уотерса (не совсем точно, но на то это и песня), "...у блюза появился сын и его назвали рок-н-ролл". Молодое поколение рок-н-ролльщиков по обоим берегам Атлантики возродило интерес к блюзу. Были извлечены из небытия имена выдающихся блюзменов, живых и ушедших. Вспомнили и о Бесси Смит. 7 августа 1970 года на могиле певицы появился памятник с надписью, которая вынесена в эпиграф этой статьи. Стоимость памятника и его установки (500 долларов) покрыли Хуанита Грин, дочь бывшей горничной Бесси Смит и Джэнис Джоплин, великая белая певица молодого поколения, которая очень многому научилась у Бесси и которой оставалось лишь несколько месяцев до того, как передозировка наркотиков унесет в легенду и ее имя. Памятником дело не ограничилось. Проснулся интерес и к творческому наследию Бесси. В 1971 году фирма Columbia пошла на беспрецедентное по тем временам переиздание. Все записи Бесси Смит были вновь выпущены комплектом из пяти двойных альбомов под названием Empress Of Blues. Впоследствии они не раз переиздавались в разных вариантах и на компакт-дисках. Изданы и нотные сборники с написанными ею песнями. О Бесси Смит пишут книги, статьи, о ее жизни и творчестве продолжают спорить. Но спорят, в общем-то о частностях. В главном едины все: Бесси Смит остается одной из самых выдающихся певиц в истории джаза и блюза.

Леонид АУСКЕРН

Jazz-Квадрат, №5/03


авторы
Леонид АУСКЕРН
музыкальный стиль
традиционный джаз
страна
США
Расскажи друзьям:

Еще из раздела вокалисты
Ray Charles - (1930-2004) Lena Horne - штормовая погода Nat King Cole - все мои мысли с вами Paul Black & The Flip Kings - блюзовый алхимик
© 2017 Jazz-квадрат

Сайт работает на платформе Nestorclub.com