Janiva Magness - Хождение по проторенным путям

Мне однажды уже приходи­лось писать, что я не био­граф, а сегодня скажу, что я и не географ. "Причем здесь эпго?" — спросите вы. Да при­том, что не знаю, какова гус­тота населения блюзовиков на один квадратный кило­метр, или какой их процент припадает на примерно де­сятимиллионное население нашей страны. Впрочем, это совершенно и не важно, а важно то, что население США составляег около 250 (тоже, весьма приблизитель­но) миллионов человек. Вы все ровно ничего не noнимаете? Объясняю: если количе­ство блюзовиков в Беларуси примем за число X, то их ко­личество в США будет как минимум 25Х. Иногда узнаю о совершенно неизвестных белорусских блюзовых музы­кантах, которые показывают совсем не банальный уро­вень игры. А поскольку коли­чество иногда имеет тенден­цию преобразовываться в качество, то в США я бы узна­вал о них либо в 25 раз чаще, либо тот, о ком бы я узнавал, поражал меня в 25 раз силь­нее.

К музыканту, о котором сегодня поговорим, вполне применим послед­ний вариант. Все началось с того момента, когда узнал, что на главную блюзовую премию (бывшую W.C. Наndy Award) номинирова­на доселе неизвестная вока­листка Janiva Magness. Не долго думая, я зашел вече­ром в один очень интерес­ный музыкальный магазин, к котором (в этом я был абсолютно уверен) можно бы­ло без труда найти ее пластинку. Так я приобрел по­следний альбом Джанивы Do I Move You? и не пожалел об этом. Затем из всемир­ной паутины узнал о ней много интересного. Пора­зительнее всего то, что Джа­нива совсем не новичок, а ветеран блюза. Но за свою уже более чем 30-летнюю карьеру она только недавно начала добиваться успеха. Однако обо всем по порядку, а то вы никогда не поймете, почему же я назвал статью "Хождение по проторен­ным путям".

Ровно 49 лет назад роди­лась Джанива в самом проле­тарском городе Америки, в Детройте. Родители ее по­знакомились в Далласе. Там на местной радиостанции подрабатывала будущая мать Джанивы, которая в то время училась в университете. Bнешне этот брак может пюказаться счастливым, так как он продолжился удач­ными родами аж пяте­рых детей. Однако де­тишки не принесли счастья в семью. Мои скромные до­гадки ограничи­ваются предпо­ложением о разном со­циальном статусе родителей . Мать - интеллигентка, не знаю, правда, в каком колене, а отец был простым охранником.

Непрост отец был только в одном. Он играл на гармо­нике и даже принимал учас­тие в музыкальном бэнде. Кроме того, у отца была большая коллекция пласти­нок, из которой Джанива по­черпнула свои первые музы­кальные пристрастия. А нра­вились ей тогда в основном всевозможные исполните­ли традиционной для белых американцев музыки кант­ри.

Когда Джаниве исполни­лось 13 лет, мать покидает се­мью. Джанива комментирует это событие так: "Происшед­шее особенно не обсужда­лось. Мама просто начала новую жизнь". Первой не вы­держала сама Джанива — че­рез год убежала из дому. За два года скитаний она сме­нила около дюжины семей. Потом не выдержал отец — самовольно ушел из жизни. Уже подростком Джанива много пила, курила, и не муд­рено, что принимала нарко­тики. В 17 лет она "залетела", но после родов ее лишили родительских прав, а ребен­ка отдали на воспитание приемным родителям. В до­вершение ко всему, ее забра­ли в психиатрическую кли­нику, поместив в отделение для "буйных".

Выйдя на свободу, Джани­ва записалась на подготови­тельные курсы звукотехников. Какое ни какое общение с музыкой разбудило то, что передалось ей по наследству от отца. Она прослышала о запланированном выступ лении Отиса Раша (Otis Rush) в Миннеаполисе, в заведении Union Ваг. Чтобы туда попасть, мало было просто заплатить два доллара за вход, Джаниве при­шлось еще ав­тостопом проехать не одну сотню километров. Зачем ей это нужно было? Вполне за­кономерный вопрос, но от­вет на него пришел лишь спустя много лет. Джанива делится пережитым: "Я тол­ком не знала, кто такой Отис, но я слышала, что он музы­кант, и хотела на него взглянуть... От того, что он делал, мне просто снесло крышу. Отис заставил меня почувст­вовать вещи, с которыми я не знала, что делать. Его музыка обращалась к тем уголкам моего существа, которые раньше никто не тревожил. Словно в запечатанный склеп впервые впустили кислород".

Джанива стала зарабаты­вать кое-какую копейку, ко­торою по вечерам "проса­живала" в заведениях, где иг­рали полюбившуюся ей му­зыку. Но один случай на ра­боте стал знаковым в ее жиз­ни. Она сидела поздно вече­ром за микшером, как вдруг тишину в студии нарушили "нежданные гости". Их просьба оказалась для Джанивы весьма неожиданной — ее попросили спеть. Это не был случай из разряда "и вдруг она запела!", а из разря­да "эй, детка, нам тут кое-что напеть надо". Как бы там ни было, но Джанива осталась довольна собой. В начале восьмидесятых она переез­жает в Феникс. Там Джанива познакомилась с Бобом Тей­том (Bob Tate), который по­мог ей сколотить свою пер­вую группу. В конце концов, группа добилась некоторого успеха на клубных подмост­ках и положительных отзы­вов на газетных страницах. В прессе музыкантов награди­ли титулом "лучшей коман­ды города".

В 1986 году Джанива опять меняет прописку. Ее новым пристанищем становится Лос-Анджелес. Она продол­жала жить в мире музыки: Джанива ходила по блюзо­вым клубам города ангелов, каждый раз испытывая на прочность своего "ангела хранителя". По прошествии года Джанива уже пела в не­скольких составах.

Следующее поворотное событие произошло в са­мом начале девяностых, когда Джанива познакоми­лась с Джеффом Тормсом (Jeff Thorms). Этот творчес­кий союз закончился же­нитьбой. А первым серьез­ным результатом стал аль­бом It Takes One То Know One, вышедший в 1997 году на лэйбле Fat Head. Затем пошли альбомы: My Bad Luck Soul, вышедший в 1999 году, Blues Ain't Pretty, уви­девший свет в 2001 году, и Use What You Got, релиз ко­торого состоялся в 2003-м. Эти пластинки выходили весьма ограниченными ти­ражами на небольшом лэй­бле Blues Leaf, В 2004 году удалось подписать контракт со знаменитым лэйблом Nothern Blues. В том же году "из под пера" Джанивы вы­ходит следующая пластинка Bury Him at the Crossroads. В марте 2006 года появилась на свет ее последняя запись Do I Move You?. Она оказа­лась "прорывной" не только с номинацией на премию, но и с подписанием первого контракта на гастрольный тур.

Вот такой был путь к успе­ху, к обретению собственно­го голоса у блюзовой певицы Джанивы Мэгнесс. Путь, про­торенный до нее сотнями музыкантов. Хочешь петь блюз? Что ж, ничего не поде­лаешь, придется идти этой дорогой...

Джанива спрашивает: "Do I Move You? (Двигаю ли, заде­ваю ли я тебя?)". Могу ска­зать со всей уверенностью, что это вопрос риторичес­кий, так как я уже давно дер­гаюсь в ритме Джанивы Мэг­несс. И не хочу останавли­ваться.
Алесь ОСТРОВЦОВ Jr.
JAZZ-Квадрат, №5/2006