Bobby McFerrin - Голос как чудо

О концертах МакФеррина хочется писать подробно, не упуская ни одну грань этого искрящегося экспромтами алмаза, но столь же виртуозно, сколь заслуживает тема. С Богом!

Его концерты во всем мире похожи на чудо. И вот уже второй раз удача выпала на долю России. Идея устраи­вать сравнения нынешнего и прошлого — бессмысленна: первое знакомство с Бобби — драгоценность, ревниво хранящаяся в тайниках серд­ца и души. Там, куда оно на­правлено, там. куда все труд­нее пробиваться чистому ис­кусству, но макферриновский рецепт действует бе­зотказно. "Мое сокровище", — сказал бы один писатель. Мое сокровище — повторяю я вслед за ним, хотя осознаю, что человек на сцене не при­надлежит ни мне, ни залу. По­сле каждой исполненной композиции он склоняет го­лову перед руками, сложен­ными ладонь к ладони, и едва заметно, как шевелятся его губы. К кому он обращается — догадаться не трудно.

Застать момент появления Маэстро на сцене удалось не всем представителям не­спешно пропускаемой в "святая святых" пресс-братии. "Все такой же, как в про­шлом году",—слышится реп­лика из зала. "Но в ботинках",— возникает спонтанная мысль. На недавно приобре­тенном мной (вероятно ев­ропейском) концертнике Бобби на сцене бос и трога­тельно шевелит пальчиками во время пения. На отечест­венной неотесанной рампе певец так не рискует. Гуру — согласен, но не йог.

Концерты Макферрина во многом импровизационны, но есть и "необходимый на­бор' '.Так, сверяясь по памяти с сет-листом годичной давнос­ти, легко находим "общее" уже на второй композиции — битловского "Черного дроз­да" успели окрестить "талис­маном" Бобби Макферрина. Его "крест"—другая популяр­ная композиция (авторская), от которой Бобби "осатанел" уж 18 лет как. Прежде чем продолжить — оговоримся. В случае с Макферрином пе­нять на неисключительность репертуара второго москов­ского концерта — не будем. Он сам здесь—как чудо, появ­ляется как нежданная манна с небес и покидает, не оставляя сколь определенных чаяний. "Если Бог пожелает, — я при­еду еще", — вот это по-макферриновски.

Вернемся в зал. К демонст­рации виртуозности Бобби потихоньку начинает при­мешивать другие ингредиен­ты — комические. Подража­ние автомобильному двига­телю — буквально "заводит" зал. Искра зажжена, и как опытный (пред)водитель Бобби доверяет публике ис­полнить несложные паттер­ны. Чисто отечественный и, не побоюсь этого слова, дур­ной порыв пылко отхлопы­вать "на сильную" погашен безапелляционно, со свойст­венной убедительной кор­ректностью. Зал должен быть готов, когда приходит к Боб­би Макферрину. На традици­онной Ave Maria публика про­верку на профпригодность проходит — акустическое полотно хрупкое, но вполне узнаваемо. Увы, не все тради­ции так крепки. Исполнен­ная ближе к концу Over the Rainbow из "Волшебника страны Оз" на этот раз с трес­ком провалилась, оказав­шись "по зубам" единицам... единице! "Вот, вот она одна здесь поет. Ты, иди сюда!" — тонкий слух дирижера вы­лавливает из зала голос ради­вой ученицы. Совместное с Бобби исполнение со сцены проваленного соотечествен­никами хита — заслуженная награда для поклонницы.

Другая коллаборация с Макферрином в этот вечер осуществлялась при помощи отечественных профессио­налов. Нынешний выбор ор­ганизаторов — Трио Гараняна. Не долго думая, музыканты вдарили по джазовым стан­дартам, исполнив помимо прочего такие шедевры как "Осенние листья" и Brazil. Макферрин успел более чем убедительно посоревновать­ся с Гараняном "на саксах", а также "перепробовать" по од­ному весь состав Трио. Отли­чительную прьггь продемон­стрировал при этом гордость современного отечественно­го форте и пиано—Денис Ма­цуев, а меняющиеся струнни­ки окончательно запутали объявлявшую их даму. Запута­лись и мы, но контрабасы и виолончели в тот вечер при­надлежали смычкам Борисла­ва Струлева и Андрея Иванова.

Sweet Ноте Chicago — еще один непременный номер, о котором нечего сказать более, чем напомнить вскользь его "категорию" — блюз. Динами­ка концерта продолжала кру­жить в вихре страстей. То на сцене танцевала "доброволица", импровизируя с подачи понятно-чьего музыкального сопровождения. То Бобби пус­кался на поиски талантов не­посредственно в зал, правда на этот раз "талант" вызвался и подошел сам — еще у одного сбылась мечта. Состоялся и коронный "объединенный хор быстрого приготовле­ния" под управлением Бобби Макферрина. В общем — ши­рочайшие возможности для самореализации были предо­ставлены, и кто хотел — вос­пользовался, остальные про­сто получали удовольствие.

На бис публике предложи­ли удовлетворить любопыт­ство, но надо признать, этой возможностью никто из зала с толком не воспользовался. Журналисты тоже помалки­вали (видимо они слишком много знали). Бобби терпе­ливо выслушал прозаичес­кое "Where are you from?", за­явил, что поет с одного года, что впереди 20 с лишним концертов, после чего он осядет дома за новым мате­риалом. "О, я не видел, что вас так много!" — поприветство­вал на прощание третий ам­фитеатр, подвешенный под самым потолком, и скрыва­ясь под аплодисменты за ку­лисами, указал страждущим куда пройти за автографом.

P.S. Творчество Макферри­на —тема, о которой интерес­но рассуждать, что уже само по себе свидетельствует о его бу­дущности. Кто бы мне сказал, какое оно — будущее чуда Макферрина? Ведь подражать ему—реально, если уж это де­монстрирует наша неизбало­ванная его визитами публика. Есть певцы с широким диапа­зоном, есть блестящие импро­визаторы. Но второго такого Бобби, сочетающего уникаль­ный талант музыканта и непо­вторимое человеческое обая­ние, уже не будет.

"Если Бог пожелает — он вернется!"

Мария ЗОТОВА



JAZZ-KBAДlPAT №5'2005