nestormedia.com nestorexpo.com nestormarket.com nestorclub.com
на главную новости о проекте, реклама получить rss-ленту

Сыграй мне джаз, бэби…

стиль:

По свидетельству негритянского пианиста и композитора Кларенса Уильямса до 1916 года слово "джаз" никому не было известно. Но однажды, когда ансамбль Уильямса играл в одном из чикагских баров, какая-то леди подошла к пианисту и, положив ему руку на плечо, томным голосом прошептала: "Сыграй мне джаз, бэби…".

С 7 по 9 декабря в зале местной филармонии проходил 2-й Международный фестиваль "Снежный джаз", организованный московским пианистом Даниилом Крамером.

Джаз в филармонии и не только…

Да, уж, действительно "снежный", потому что такого количества снега я давно не видел. Ну, а что касается музыки – то бывало и получше, бывало и похуже, бывало и как в этот раз. Т.е. очень приличный уровень респектабельности и организации [это о филармонии], стереотипные байки о "мировых звездах" [это о Крамере] и продукция, вполне соответствующая статусу солидного учреждения. В общем, все как обычно и "по протоколу". Никаких новых открытий и внезапных озарений мы не услышали: знакомая вторичная музыка, которую всегда любят и ждут филармонические поклонники Даниила Крамера. А большая часть джазового сообщества в филармонию не ходит, поскольку там отсутствуют дух и демократичность подлинного джаза, которые до некоторой степени проявляются в огромном и не очень уютном (из-за коммунистического прошлого) зале Театра эстрады на ежегодных джазовых фестивалях. Филармонические же люди не посещают другие джазовые площадки, даже если сам Луис Армстронг со своей трубой вдруг встанет из гроба. Еще одна разновидность публики – интеллектуальная и художественная элита, а также продвинутая молодежь – предпочитает творческую музыку (т.е. фри-джаз и различные экспериментальные направления), которую в этом и будущем году продолжает культивировать Екатеринбургский Центр современного искусства.

Любопытно, что каждая из этих разновидностей существует достаточно автономно, и пересекаются они гораздо реже, чем того хотелось бы автору настоящей статьи, который призывает уважаемых "традиционалистов" и "авангардистов" к эстетическому и культурному расконсервированию.
Музыка, музыканты и публика – первый день.

А теперь приглашаю читателей-слушателей вернуться в филармонический зал, чтобы отдаться "искрометному джазовому свингу", потоку импровизаций и прочему в этом роде в исполнении широко разрекламированных Крамером "звезд мирового и европейского джаза". В этом году в типично крамеровское клише наряду с действительно признанными мастерами европейского и российского джаза – пианистом Леонидом Винцкевичем, трубачом Сергеем Пронем и двумя барабанщиками Чеславом Бартковским и Олегом Юдановым – непостижимым образом затесалась полусамодеятельная команда ульяновского диксиленда "Академик-бэнд". [Еще один бэнд того же названия возглавляет москвич Анатолий Кролл - вот только кто у кого заимствовал?] Но как бы то ни было, за исключением лидера, тромбониста Николая Новичкова, в ульяновской группе нет ни одного мало-мальски приличного солиста-импровизатора. Тем более невероятной представляется мне разрекламированная на фестивале высокая репутация ансамбля на родине джаза.

Польское трио пианиста Анджея Ягоджинского выступало с программой музыки Шопена – затея довольно рискованная для польской джазовой сцены и совершенно беспроигрышная для российской. На пресс-конференции пан Анджей сказал, что в его композициях Шопена и Ягоджинского будет примерно поровну. Так оно и оказалось, только вот незадача – из ансамбля "выпал" контрабас (очень плохая подзвучка плюс довольно средний музыкант). Что касается самого лидера, то он продемонстрировал не только понимание духа и буквы (т.е. гармонических изысков) Шопена, но и завидное мастерство в работе с исходным материалом. Особенно красноречивым было тонкое, почти неуловимое превращение музыки великого польского композитора в собственную музыку Ягоджинского – главный содержательный элемент! Жаль только, что догматы традиционной джазовой формы (регулярный ритм, чередование сольных партий и пр.) то и дело сдерживали и ограничивали свободный полет фантазии польского пианиста.
Ну и что? Переполненный зал, завороженный псевдо-громкими именами, одинаково восторженно реагировал на полу-самодеятельную стилистическую мешанину, выдуваемую ульяновским диксилендом, и вполне достойный джаз европейского уровня, показанный польскими музыкантами. Более того, ульяновцы получили море цветов [не иначе как от компартии], а поляки – фигу. В который уже раз приходится сожалеть о пресловутой "вежливости" нашей публики, которой все едино, хотя за десять лет "крамеровского" филармонического джаза пора бы научиться отличать подлинное искусство от халтуры (хотя и очень жизнерадостной).

Музыка и музыканты – второй день.

Он был целиком посвящен мэйнстрим-джазовому вокалу в лице темнокожей американки Рене Мари, которую Д.Крамер остроумно назвал "бывшим нормальным человеком", поскольку эта леди вышла - нет, не из блюза, госпел, джаза или, на худой конец, академической музыки – но… из банка (до начала своей джазовой карьеры пять лет тому назад она была банковским служащим). Ну, а что касается перечисленных жанров, то, судя по ее искреннему, естественному, заразительному драйву, который "завел" не только зал, как говорится, "на всю катушку", но даже самого Крамера – все эти жанры (кроме разве что академической музыки) просто у нее в генах, как почти у любого афро-американца. К сожалению виртуозный пианист оказался далеко неадекватным аккомпаниатором, особенно в диалогах, не говоря уже о ритм-группе: некие безмолвные анонимы с отрешенными лицами. Конечно, у Мари не совсем фирменное интонирование и ограниченный диапазон голоса, но, право же, об этом как-то забываешь, будучи захваченным по-настоящему джазовым свингом – открытым, проникновенным, чувственным, - когда хочется прыгать в кресле, танцевать, отбивать такт ногой и даже поцеловать сидящую рядом симпатичную соседку. И т.д. и т.п. – одним словом, ощущение праздника явно присутствовало в нашем филармоническом зале. И тут самое время отметить екатеринбургского трубача Сергея Проня, который своим участием не только украсил несколько вокальных номеров, но и значительно поднял общий художественный уровень концерта. Браво Рене Мари, браво Сергей, жаль только, что их совместный дуэт так и не состоялся.

Музыка и музыканты – третий день.

Первое отделение было отдано пианисту Леониду Винцкевичу сотоварищи: его сын Николай играл на теноре- и сопрано-саксофонах – играл почти без вибрато, подобно фольклорным музыкантам (довольно редкий и достойный уважения прецедент в джазе). За ударными сидел Олег Юданов – экс-барабанщик знаменитой в прошлом авант-фолк группы "Архангельск". К сожалению, ни по импровизационной изобретательности, ни по разнообразию фразировки сын явно не дотягивал до содержательной глубины и пианистической тонкости отца – одного из самых значительных ветеранов российско-советского джазового фортепьяно. Поэтому некоторые унисонные эпизоды композиций (особенно форте-кульминации) оказались менее содержательными, нежели отдельные сольные партии. К тому же, неподходящая для джазовых концертов акустика филармонического зала довершала впечатление музыкальной невнятности и хаоса. И все-таки грех было бы не признать за Леонидом Винцкевичем и барабанщиком Юдановым умения мыслить за инструментом и направлять музыкальный процесс в его естественное русло – т.е. следовать за музыкой, а не руководствоваться пресловутыми "правилами игры". Вот почему фортепьянные эпизоды Винцкевича-старщего, поддерживаемые чуткой, временами изощренной игрой ударных, слушались с захватывающим интересом, хотя цельной органичной композиции это не создавало.

Во втором отделении все участники фестиваля играли в разных комбинациях, но запомнился лишь неожиданно прекрасный номер Рене Мари, пропевшей, проголосившей, прокричавшей под аккомпанемент двух барабанщиков нечто язычески-ритуальное в духе великой и непревзойденной Мэриам Макебы. Еще раз браво!

Остальные номера гала-концерта превратились в довольно скороспелый коктейль, в котором присутствовали энтузиазм, радость, удовольствие, взаимная любовь – одним словом, почти весь контекст мэйнстрим-джаза, кроме, пожалуй, самой музыки.

Особая благодарность пресс-службе Свердловской филармонии за организационную помощь в подготовке материала.

Геннадий Сахаров

2004


авторы
Геннадий САХАРОВ
страна
Россия
Расскажи друзьям:

Еще из раздела фестивали 2002 - 2004 года
Kaunas Jazz 2003 29-й джазовый фестиваль Северного моря Vilnius Jazz' 2004 - Осень авангарда Единство в различиях
© 2017 Jazz-квадрат

Сайт работает на платформе Nestorclub.com