nestormedia.com nestorexpo.com nestormarket.com nestorclub.com
на главную новости о проекте, реклама получить rss-ленту

Ежи Радлинский - Гражданин Джаз (часть 4, Слуга поэтов)

стиль:

Ежи Радлинский - Гражданин Джаз (часть 4, Слуга поэтов)
Слуга поэтов

21 января 1965 года на афише театра СТС146 в Варшаве появилась очередная программа – «… и чёрту огарок»147 Веслава Дымного148. Это событие не заняло бы нашего внимания, если бы не тот факт, что спектакль этот был творением… джазфэнов. И каких!

Дымный, автор томика прозы «Обыкновенные рассказы» (1964 год), является молодым и талантливым художником-графиком из Кракова, а заодно и всем известным поклонником джаза. Он принадлежит к категории фэнов, симпатии которых к синкопированной музыке не проходят с возрастом и для которых джаз – не только «ласка для уха», но также и вдохновение к художественному высказыванию.

СТС-совский спектакль является сценической адаптацией одного из рассказов, входящих в упомянутый том. Об удивительных приключениях героев Дымного Вилуся и Кани, рассказывает Войцех Симеон, один из самых выдающихся актёров молодого поколения (родился в 1928 году, в 1950-м окончил студию PWST149 в Варшаве). Представлять его читателям, пожалуй, излишне, он работал на сцене столичных драматических театров, выступал в многочисленных телевизионных спектаклях и фильмах, сыграл десятки незабываемых ролей. В настоящее время он член труппы Народного Театра и собирает аплодисменты в «Слове о Якубе Шеле» Бруно Ясенского150, «Жизни Иосифа» Николая Рея из Нагловиц151, а также в «Истории о преславном воскресении Господнем» Николая из Вильковецка152; в этой последней пьесе представляет играет роль… Иисуса Христа.

Великолепный чтец поэзии и прозы. На сцене СТС'а он создал настоящий «театр Войцеха Симеона», в котором уже представлял цикл нашумевших сольных концертов. Благодаря его актёрскому мастерству строфы польской народной поэзии, рассказы Исаака Бабеля153 или проповеди провинциального ксёндза пера Анджея Ярецкого154 поднялись до уровня монодрам. Событием идентичного формата была также инсценировка Симеоном повести Булата Окуджавы «Ещё поживёшь»155 на сцене Еврейского Театра156.

Как меломан и как актёр он является большим любителем джаза. Программа «…и чёрту огарок» – очередная манифестация этой любви. Интерлюдиями между отдельными приключениями Вилуся и Кани являются песни Агнешки Осецкой157, музыку к которым в стиле, близком к джазу, создали Войцех Соляж158 (режиссёр спектакля) и Марек Люстиг159. Состав группы, сопровождающей десять поющих девушек, – труба, фортепьяно, контрабас, барабаны, в ней доминирующую функцию выполняет труба, подчёркивая характер музыки. Выбор такого, сориентированного на джаз, музыкального оформления представления не мог остаться без влияния вкуса и художественных концепций Симеона. Именно о них пойдёт речь ниже.

– Войтек, среди известных актёров младшего поколения ты являешься тем, чьи отношения с джазовой музыкой являются наиболее последовательными.

– И довольно давними. Мои первые попытки сочетания поэзии с джазом имели место в Кракове в 1957 году. Мы тогда с Анджеем Тшасковским создали программу, состоящую из стихов Галчинского и импровизированных джазовых произведений; представили мы её в Клубе художников на Лобзовской улице160. Потом, уже в Варшаве, я играл в «Балу в опере» Тувима161, поставленном Театром Розмаитости162; джазовую музыку к этой постановке подготовил Юлиуш Божим163. Вместе с Кшыштофом Тшчинским и Анджеем Курылевичем я выступал, читая под джаз, в польских художественных программах на международных фестивалях молодёжи и студентов в Москве (1957 год) и Вене (1959 год). Затем, на одном из Jamborees, я участвовал в программе «Джаз и поэзия», в которой сочетались композиции Кшыштофа Комеды и стихи Ежи Сито164.

– Я помню тот концерт. Это было в последний день фестиваля "Jazz 60"165, увековеченного участием в нём феноменального Стэна Гетца166. Давний барак «Стодолы» на Эмилии Плятер не так часто был таким многолюдным, а густая горячая атмосфера, какую создали сообща артисты и публика, делала из концерта что-то наподобие мистерии. Превосходная музыка Комеды, прекрасные стихи Сито и твоё актёрство сложились в зрелище единодушно признанное событием высокого уровня; оказалось, что эта форма искусства является необыкновенно впечатляющей и привлекательной равно как для джазменов, так и для почитателей поэзии.

– Эта программа была повторена парой месяцев позже, на майском джазовом концерте в Национальной Филармонии. Принимала в нём участие также Халина Миколайская167. С точки зрения художественного поиска этот вечер был очень интересным.

– Из более поздних новаторскими представлялись также твои пробы сочетания поэзии с джазом в радиопередачах «Полдник перед микрофоном», особенно в «Полднике» с участием познаньского виброфониста Ежи Милиана168.

– Несколько раз я декламировал в «Полдниках» короткую, чарующую простотой лирику Озга-Михальского169, используя предыдущие джазово-поэтические эксперименты на поприще ритмической организации литературного текста. Я читал эти стихи с одним, но каждый раз с иными инструментами: ксилофоном, киношным органом170, вибрафоном, барабанами, контрабасом. Эти незатейливые народные строфы:

ty pójdziesz górą ja pójdę
górą może doliną
może doliną
może doliną
spłynie zły urok171,

поданные в свинговом ритме, обрели особую прозрачность и экспрессию. Эти пробы убедительны, я намерен продолжать их дальше и с духовыми инструментами.

– Что тебя как актёра больше всего интересует в джазе?

– Прежде всего, метод организации художественного материала, иначе говоря, - способ передачи художественного переживания. Например: Appolinaire172, говорят, декламировал как бы в себя, «в жилетку», не обращая внимания на слушателя, который должен был вслушиваться внимательно, ибо поэт говорил тихо, не реагируя на резонанс зрительного зала. Иначе Маяковский: могучим голосом и широким жестом он буквально забрасывал залы поэзией, и чем больше возрастало напряжение слушателей, тем чаще потребитель ощущал всё более сильные средства давления на него. Подобным образом, как Маяковский, ведёт себя и джазмен: выдаёт своё искусство, а всякое проявление одобрения отражает в музыке, доводя до крайности аплодисменты и эмоциональное напряжение слушателей. Я, как актёр, также непрестанно ищу пути подачи слушателям слов стиха или драмы. Из опыта джаза я беру то, что является для меня с точки зрения театрального ремесла наиболее ценным: способ отклика на реакцию публики.

– То, о чём ты говоришь, касается, скорее всего, исключительно традиционного джаза.

– Способ доставки слушателю – да, но меня интересуют все элементы этой музыки.

– Из этого следует, что джаз для тебя является чем-то большим, нежели только форма передачи переживаний.

– Очевидно. И это для меня не только как слушателя, но и как актёра. Я хотел бы остановиться пока на последнем.

Технически место джаза и его характер в этом двуединстве у меня связаны со способом передачи слова. Традиционная форма сочетания поэзии с музыкой – мелочтение – организованно таким образом, что каждое слово получает соответствующую музыкальную окраску. Например, если в стихотворении речь идёт о крестьянском дворе, то одновременно звучит свирель пастушка̀, а если слово обращается к историческим бурям, эффект достигается «Революционным этюдом» Шопена. В таком случае ролью музыки является идеальное подчёркивание цвета слов. Иначе с джазом: в сочетании с ним поэзии на первый план выдвигается ритмическая организация целостности. Отсюда немаловажный вывод: не актёр, а музыкант является автором художественного материала. И тотчас напрашивается разрыв с традиционным значением слова. Процедура с виду формальная, но, в сущности, даёт совершенно новое понимание поэзии. Я уже делал попытки сочетания поэзии барокко или регулярных стихов173 Галчинского с джазом, они давали поразительный эффект. Заключался он в том, что открывал ценность слова самого в себе. Даже в словолействе барокко организация поэтического материала, которую навязывает джаз, открывает в стихе новое содержание. Декламируя стих с джазовой музыкой, я трактую его содержание не поэтически, а музыкально.

– Узы, связавшие тебя с джазом, случайны, или тоже вытекают из личных пристрастий?

– Вопрос сформулирован неудачно. Я отвечу на него с точки зрения потребителя, а не моих эстетических наклонностей. Для актёра добиться расположения слушателя является проблемой наивысшей важности. Из моих наблюдений следует, что вечера джаза и поэзии имеют определённо больший успех среди молодёжи (а в таком потребителе я заинтересован больше всего), нежели «обычные» вечера поэзии. Почему? Это не только вопрос моды и популярности джаза среди молодёжи, а также результат притягательной силы, которая коренится в любой новой форме. Соединение поэзии с джазом не является для меня самоцелью; посредством джаза я завоёвываю для поэзии какую-то часть молодёжи, которая по отношению к ней доныне была безразлична и пассивна.

– Стало быть, джаз для тебя является, прежде всего, если это можно так определить, делом поэтическим?

– В сущности это так. Недаром меня называют слугой поэтов.

– Такие возможности приобщения к поэзии новых слушателей и нахождения новых способов навязывания им слова создаёт только джаз, или же вся современная музыка?

– Современная поэзия довольно трудна, поэтому не стоит её усложнять авангардной музыкой XX века. К восприятию джаза, как традиционного, так и современного, слушатель уже привык; novum174 же состоит только в объединении обоих видов искусства. С другой стороны, если речь идёт о творчестве самого молодого поколения польских поэтов, как, например, Гроховяка175, Ярослава Марка Рымкевича176 или Гжешчака177, то это также поиски ритмического типа, в моём понимании более приближённые к ритмике джаза, чем вообще к современной музыке. А, стало быть, не мои наклонности, а современные поэты подталкивают меня к тому, что формы подачи поэзии я должен искать в джазе.

Несомненно, поэзия Ружевича178 больше подходила бы к музыке Бэрда179 или Пендерецкого180, однако творчество поэтов самой молодой генерации уже явно подталкивает меня в сторону джазовой музыки. Возможно, в будущем появится Творец, который проторит поэзии совершенно новые пути; тогда, кто знает, может я буду вынужден искать где-нибудь, например, в какой-то иной конкретной музыке.

– Ты говорил о сочетании поэзии с джазом как о новой форме передачи слова. Не ограничивает ли она чтеца?

– Думаю, что это так, так как способ навязывания слушателям поэзии задаю не я, а музыкант. Комеда делает это замечательно. Оказалось, что такая высокая ритмическая дисциплина, которую диктует джазовый замысел, прекрасно служит для подчёркивания и достижения самого существенного содержания поэзии… Но хотя я и работаю так, как мне говорит музыкант, всё же выбор музыканта принадлежит мне. Я говорил в начале об отличиях в способе подачи поэзии Аполлинера и Маяковского. Разные формы джаза имеют соответствующие им средства. Мои прежние пробы замыкались главным образом на сочетании поэзии с современным джазом. Пару раз я экспериментировал также с традиционным джазом, но это не дало ожидаемых результатов.

– Например?

– Пытаясь проработать поэму Харасымовича181 об Армстронге . Неудачу повлекла в конечном итоге не музыка, а текст; после долгих размышлений я констатировал, что, вопреки кажущемуся, тематический материал недостаточен для того, чтобы стих оказался джазовым.

– Какое у тебя самое сильное переживание, связанное с джазом?

– Это было у Кшиштофа Комеды в подвале «Гибридов»182. В кругу друзей сымпровизировали мы вечер джаза и поэзии. Всё делалось спонтанно, незапланированно, не договариваясь: слушатели, стихи, музыка. Уже не помню, что я тогда говорил и что играл Кшышек, но впечатление, однако, от того вечера, несмотря на утекшие года, осталось во мне очень сильным. Не исключено, что мы ещё вернёмся к подобному эксперименту.

– Что послужило причиной тому, что тот вечер оказался незабываемым?

– По сути, существом театра является контакт между актёром и зрителем. Не знаю, ни из чего он вытекает, ни повод его возникновения, ни того, что служит его причиной его наличия или отсутствия. В повседневной жизни иногда говорится о людях: они понимают друг друга без слов. Это именно то. Думаю, что наибольшее удовлетворение даёт человеку возможность взаимопонимания, достигнутая средствами не обычно принятыми. То, что возникло в тот вечер между Кшыштофом и мной и между нами и аудиторией, было чем-то таким, что случается неслыханно редко. Я думаю, что сущность джазовых встреч заключается в обретении такого совершенного сообщества. Может быть, рождается оно из того, что существует некий организующий фактор в виде ритма? А, может быть, слабые электромагнитные волны, которые распространяет человеческий ум, чрезвычайно совместимы с ритмами джаза? Понятия не имею.

– Какие у тебя джазовые планы на будущее?

– Уже два года намереваюсь проработать «Бесплодную землю» Элиота183; музыку обещал написать Кшыштоф Тшчинский. Есть у меня также два новых джазово-поэтических сценария, и совместно с Анджеем Курылевичем, который уже сочинил музыку, готовим необыкновенно интересную штуку.

– Приоткроешь завесу тайны?

– Первый – это «Серёжки Изольды»184 Галчинского. Зато другой, наверное, приведёт тебя в недоумение – это «Повествование о жизни и смерти Кароля Вальтера-Сверчевского, рабочего и генерала»185 Владислава Броневского.

– Действительно! Броневский и джаз?!

– Уже теперь можно и нужно говорить, что джаз является музыкой народной; не в смысле народности негритянской, а в смысле всеобщности его потребления. В случае с Броневским мы говорим об использовании брехтовского эффекта отчуждения. Брехт говорит, что, в сущности, мы всегда говорим об одном и том же – о жизни, меняется только способ высказывания. Искусство состоит именно в прочтении новым методом. Итак – чуждый. Так, например, как поэзии Броневского чуждым является джаз в прежнем традиционном его восприятии. Если, однако, джаз является народной музыкой, народным является Вальтер – герой поэмы, и народным поэтом – Броневский, то почему бы не объединить эти общие элементы?

– Всё это ты поведал как актёр. А чем же является джаз для тебя как для слушателя?

– Люблю ли я его? Пожалуй, ответом на это является и тот вечер, который я пережил в «Гибридах» с Кшыштофом Комедой и те ночи в Гарлеме и Париже, которые я проводил, бродя до рассвета по джазовым клубам. Моё отношение к этой музыке – попросту необыкновенное очарование джазом.

145 Wojciech Juliusz Siemion (1928–2010) – выдающийся польский актёр театра и кино, режиссер, декламатор, знаток слова, почитатель и знаток джаза и поэзии. Скончался от тяжёлых повреждений, полученных в результате дорожной аварии.
146 STS (Studencki Teatr Satyryków) – Студенческий Театр Сатириков (СТС) - молодежный театр-кабаре, действовавший в Варшаве в 1954-1975 годах.
147 "...i diabłu ogarek" (от польск. пословицы: "Bogu świeczka, a diabłu ogarek", аналогично рус. «Ни богу свечка, ни чёрту кочерга») – сценическая адаптация известного рассказа Веслава Дымного "Обвиняемый" ("Oskarżony"). Спектакль "A diabłu ogarek" рассказывает о необычной дружбе двух поляков, силой вовлечённых в немецкую армию во время Второй мировой войны .
148 Wiesław Dymny (1936-1978) – известный польский поэт, прозаик, сценарист, актёр, сатирик. В 1964-1969 г.г. был автором текстов и художественным руководителем краковской биг-битовой группы "Szwagry".
149 PWST – Państwowa Wyższa Szkoła Teatralna (до 1996 г.). Теперь—Akademia Teatralna im. Aleksandra Zelwerowicza w Warszawie.
150 Bruno Jasieński, наст. имя и фамилия Виктор Яковлевич Зисман, польск. Wiktor Zysman (1901-1938)– польский и еврейский, а также советский писатель, поэт, драматург. Поэма "Slowo о Jakubie Szeli" – о восстании польских крестьян 1846-1848 г.г.
151 Mikołaj Rej z Nagłowic (1505-1569) – знаменитый польский поэт, прозаик, названный «отцом польской письменности». "Żywot Jòzefa" – драма, сюжет которой – жизнь ветхозаветного Иосифа.
152 Mikołaj z Wilkowiecka (род. в I пол. XVI века – умер в 1601 г.) – польский монах, католический апологет, поэт. "Historja о chwalebnym Zmartwychwstaniu Pańskim" – средневековая мистерия рождественского цикла.
153 Бабель Исаак Эммануилович (при рождении: Бобель Исаак Маньевич); (1894-1949) – русский писатель и драматург.
154 Andrzej Jarecki (1933-1993) – польский драматург, поэт, сатирик, театральный критик и переводчик. Один из создателей, авторов и актёров театра СТС в Варшаве. В 1990 стал советником по культуре посольства Польской республики в Вашингтоне.
155 Булат Шалвович Окуджава (1924-1997) – советский и российский поэт, композитор, литератор, прозаик и сценарист. Его повесть «Будь здоров, школяр» вышла в Польше под названием «Ты еще поживешь» (польск. " Jeszcze pożyjesz").
156 Teatr Żydowski im. Estery Racheli i Idy Kamińskiej – c 1955 г. находится в Варшаве. Представления проводятся на польском языке и идиш.
157 Agnieszka Osiecka (1936-1997) – польская поэтесса, автор стихов к многочисленным песням; известна также произведениями в прозе, работой над театральными и телевизионными спектаклями, а также журналистской работой.
158 Wojciech Solarz (1934) – польский режиссёр, сценарист и актёр.
159 Marek Andrzej Lusztig (1932-1972) – польский композитор, один из создателей театра СТС в Варшаве. Погиб трагически в автокатастрофе.
160 Klub Plastyków "Wyspiański" – Краков, ул. Лобзовская, 3. Станислав Выспяньский (польск. Stanisław Mateusz Ignacy Wyspiański;1869-1907) – польский поэт, драматург, живописец, дизайнер мебели и интерьеров.
161 Julian Tuwim (1894-1953) – один из величайших польских поэтов, прозаик. Его поэма "Bal w Operze", сатирически изображающая польское правительство, была запрещена цензурой; опубликована только после войны.
162 Teatr Rozmaitości (рус. Театр Розмаитости) с 2003 года – TR Warszawa (рус. ТР-Варшава) в Варшаве на ул. Маршалковской, 8. Польск. "rozmaitość" – «всякая всячина».
163 Juliusz Borzym (1925-2010) – польский пианист, органист, композитор, создатель музыки к фильмам.
164 Jerzy Stanisław Sito (1934-2011) – польский поэт, переводчик (в основном, произведений Шекспира).
165 "Jazz 60" – джазовый фестиваль, проходил в Варшаве 27-30 октября 1960 г. История варшавских джазовых фестивалей "Jazz Jamboree" ведётся с 1958 г.; тем не менее, в 1960 г. этот фестиваль имел название "Jazz 60". 166 Stan Getz (наст. имя Стенли Гаецкий); (1927-1991) – американский джазовый саксофонист, руководитель ансамбля, композитор. Король боса-новы. Прозвище "The Sound" («Звук») получил из-за очень красивого звучания.
167 Halina Mikołajska (1925-1989) – польская актриса театра и кино, режиссёр.
168 Milian Jerzy Stanisław "Smukły" ("Smukły" – «Тонкий»;1935) – известный польский джазовый пианист, вибрафонист, художник, композитор.
169 Józef Ozga-Michalski (1919-2002) – польский прозаик, поэт, многолетний государственный деятель периода Польской Народной Республики.
170 Киношные органы, называемые также театральными, - инструменты для звуковой иллюстрации театральных спектаклей и фильмов. Способны имитировать звучание фортепиано, а также воспроизводить различные шумовые эффекты — звуки колоколов, клаксонов, ветра и т. д.
171 Примерно: «Ты пойдёшь горой Я пойду долиной… … Исчезнет злой навет».
172 Гийом Аполлинер (фр. Guillaume Apollinaire; настоящее имя – польск. Wilhelm Albert Vladimir Apollinaris de Wąż-Kostrowicki – Вильгельм Альберт Владимир Александр Аполлинарий Вонж-Костровицкий; 1880-1918) – французский поэт, влиятельный деятель европейского авангарда начала XX века. Рождён польской аристократкой Анжеликой Костровицкой.
173 Регулярный стих – стих, в котором какой-то фрагмент повторяется часто и интенсивно.
174 Novum (лат.) – новизна.
175 Stanisław Grochowiak (1934-1976) – польский поэт, прозаик, драматург.
176 Jarosław Marek Rymkiewicz (1935; первоначальное имя J.M. Szulc) – польский поэт, автор эссе, драматург, литературный критик, профессор филологии.
177 Marian Grześczak (1934-2010) – польский поэт, прозаик, драматург, автор эссе, переводчик художественной литературы, литературный критик.
178 Tadeusz Różewicz (1921) – польский поэт, драматург, прозаик и сценарист. Известен как автор «нагой», аскетичной лирики.
179 Tadeusz Baird (1928-1981) – польский композитор шотландского происхождения.
180 Krzysztof Eugeniusz Penderecki (1933) – польский композитор и дирижёр, один из самых знаменитых творцов современной музыки.
181 Jerzy Harasymowicz-Broniuszyc (1933-1999) – польский поэт.
182 Klub Hybrydy – один из старейших и наиболее известных студенческих клубов столицы Польши (сегодня на ул Злота, 7/9). Центр студенческой культуры и артистического мира, из которого выросли многие литераторы, музыканты, театральные и кинематографические деятели. "Гибриды" действуют с перерывами с конца 50 г.г. XX в. В клубе вначале господствовал джаз. Открыт он был в марте 1957 г. и занимал 4-этажное здание с подвалом по адресу: ул. Мокотовская, 48; а 12 мая 1957 г. наступило торжественное открытие Хот-Клуба. Почему Хот, а не Джаз? Для отличия от клубов, состоявших, в основном, из фэнов, любителей этой музыки. Хот-Клуб «Гибриды» должен был быть местом для музыкантов.
183 Thomas Stearns Eliot (англ.) – Томас Стернз Элиот (1888-1965)—американо-английский поэт, драматург и литературный критик, представитель модернизма в поэзии. Поэма «Бесплодная земля» – его самое значительное произведение, воплотившее настроения «потерянного поколения» после Первой мировой войны. 184 "Kolczyki Izoldy" (польск.) – гротескная поэма-сюита Константы Ильдефонса Галчиньского.
185 "Opowieść o życiu i śmierci Karola Waltera-Świerczewskiego, robotnika i Generała"(1949) – короткая поэма Владислава Броневского. Кароль Сверчевский (в Испании генерал Вальтер;1807-1947) – коммунистический деятель, советский, испанский и польский генерал.

Перевод с польского, комментарии и примечания: Георгий Искендеров (Россия, Москва, 1974 г., 2013 г.)
Литературный редактор: Михаил Кулль (Израиль, Иехуд, 2013 г.)


страна
Польша
Расскажи друзьям:

Еще из раздела проза
Трио Ганелина - отрывки из книги Владимира Тарасова "ТРИО" (часть 3) Трио Ганелина - отрывки из книги Владимира Тарасова "ТРИО" (часть 2) Владимир Мощенко - "На мрачной долине Хераго" Трио Ганелина - отрывки из книги Владимира Тарасова "ТРИО" (часть 1)
© 2017 Jazz-квадрат

Сайт работает на платформе Nestorclub.com