nestormedia.com nestorexpo.com nestormarket.com nestorclub.com
на главную новости о проекте, реклама получить rss-ленту

Charlie Musselwhite - Белый негр

стиль:

Charlie Musselwhite - Белый негр

Музыкант, родив­шийся в 40-х го­дах прошлого ве­ка в Дельте Мис­сисипи, в юности изучавший сек­реты блюза в Мемфисе, затем ставший вместе с Мадди Уотерсом завсегдатаем на сценах черных баров знаме­нитой Южной Стороны Чика­го, а в хипповских 60-х пере­ехавший в новую блюзовую Мекку — Калифорнию, и пере­тянувший за собой своего друга Джона Ли Хукера — все в этой биографии, казалось бы, чуть ли не обязательно для образцо­вого блюзмена. За одним ис­ключением. Чарли Масселуайт — белый. Но такой белый, кото­рого сами чернокожие испол­нители и слушатели с самого начала считали за своего.

Масселуайт — удивительный человек Белый, влюбленный в "черную" музыку, интеллектуал без образования, "минималист­ский" лидер, порой играющий меньше соло, чем участники его бэнда, профессиональней­ший блюзмен, ставший тако­вым буквально против своей воли, он вроде бы не делал ни­чего, чтобы целенаправленно добиваться успеха. Он просто больше всего на свете любил и любит музыку. И она платит ему взаимностью. Его блюз серье­зен и легок, прост и глубок од­новременно. На его концертах можно видеть людей и танцую­щих с безмятежным выражени­ем на лице, и погруженных в задумчивое сосредоточенное слушание. Причем во время од­ной и той же песни. Масселуайт — счастливый человек.

"Я чувствую себя сейчас лучше, чем когда мне было двадцать лет. Я смотрю только вперед и играю только то, что мне нравится".
- Чарли Масселуайт, 1996 г.

Давайте разберемся, как же он дошел до жизни такой...

Родился будущий блюзовый герой в городе Костюшко, штат Миссисипи, 31 января 1944 года. В его семье на каких-нибудь инструментах играли все. Oтец, в жилах которого текла изрядная доля крови индейцев чоктo, умел управляться с гитарой, мандолиной и губной гармоникой. Мать играла на фортепиано и пела. И был еще легендарный дядя — человек-оркестр, состоящий одновременно из гитары, гармоники и барабана его собственного изобретения и изготовления. Разумеется, никто из них не за­рабатывал на жизнь музыкой, она служила просто развлече­нием и удовольствием.

Когда Чарли было около де­сяти лет, вся его семья перебра­лась в Мемфис в поисках более оплачиваемой работы. На Юге США тогда простому рабочему нелегко было найти хорошее место. Все же старшие Масселу- айты как-то устроились, а млад­ший продолжил обучение в школе.

Мемфис — очень музыкаль­ный город Это верно и сейчас, а в пятидесятые годы, когда толь­ко-только зарождался рок-н-ролл, на пике популярности были джаз, кантри, Мемфис просто переполнялся музыкой. Чарли нравились и рок-н-ролл, и кантри, но когда он впервые услышал блюз, настоящий де­ревенский блюз, он моменталь­но понял: это именно то, что всего ему ближе. Он частенько забирался на сельские окраины города и лежал там где-нибудь в тени, слушая, как поют рабочие в полях. Это пение действовало на него магически — он мог ле­жать и слушать блюзы часами.

Такая любовь к блюзу неиз­бежно сблизила его с черноко­жими исполнителями (белые тогда о блюзе зачастую вовсе не имели понятия), да и вообще с негритянской молодежью. По тем временам на Юге США это было довольно необычным, смелым и вызывающим поведе­нием для белого подростка. В школе на него махнули рукой, сочли невоспитуемым, и за ним прочно укрепилась репутация бунтовщика. Плохие оценки и дурная слава уничтожили для Чарли перспективы дальней­шего образования после шко­лы. Дома обстановка тоже скла­дывалась не очень, и юноша совсем в джеккеруаковском духе убегал от действительности в музыку и отчаянные приключения. Во время грозы он уходил бродить в лес, а в теплые ночи порой шел спать на большое кладбище времен Гражданской войны. Он точно знал, что там-го никто не потревожит.

Неожиданно Чарли сделал другое открытие. Блюз и рок-музыканты буквально окружали его в городе, в клубах и просто на улице постоянно звучала музыка, а некоторые знаменитости, вроде звезды рокабилли Джонни Барнетта, и вовсе жили рядом с ним. Его познакомили с Элвисом Пресли, и он ходил на его шоу, которые устраивались по ночам в ближайшем киноте­атре. Постепенно Масселуайт перезнакомился и с местными блюзменами — Фэрри Льюи­сом, Эрлом Беллом, Уиллом Шейдом, Уилли Би, Гасом Кэн­ноном, Милтоном Роби. Он учился, глядя на них, играть на губной гармонике и на гитаре. Техника слайд-гитары далась ему на удивление легко, но все же гармоника больше нрави­лась стеснительному юноше — она легко пряталась в кармане, и с ней он не так привлекал к се­бе внимание окружающих.

Чарли всегда жутко смущал­ся, когда его вытаскивали на сцену и давали поиграть. Для него музыка была всего лишь любимым хобби, бегством от тупой реальности, но посте­пенно он стал завсегдатаем клу­бов западного Мемфиса — Cotton Club, Danny's, The Plantation. Он играл по ночам с местными знаменитостями все чаще и чаще, а днем пытался найти себе работу.

"Я просто шатался по всем этим мес­там и впитывал в себя как можно больше блюза. У меня и мысли не возникало о том, чтобы самому зарабатывать музыкой на жизнь - это представлялось совершенно нереальным. Я любил блюз и хотел лишь играть его для себя".
- Чарли Масселуайт


А с работой для 18-летнего парня, окончившего школу без всякой надежды на последую­щее образование, было совсем плохо. Побывал он и укладчи­ком бетона, и даже занимался контрабандной доставкой са­могона из деревни в мемфис­ские закусочные. Но все это бы­ла не та работа, которая бы го­дилась на роль постоянной. По­этому в один прекрасный мо­мент, когда полиция наконец засекла молодого контрабанди­ста, он собрался и уехал со сво­им другом Гэйроном Тернером искать работу в Чикаго. Все в Мемфисе говорили, что в "горо­де ветров" на фабриках обыч­ным рабочим платят целых три доллара в час, а мест хватает с избытком. Шел 1962 год.

Заметьте, молодой блюзмен ехал в Чикаго исключительно потому, что надеялся получить постоянную работу. Он поня­тия не имел, что там блюза ни­чуть не меньше, чем в Мемфисе, и даже больше. Он вообще ни­чего не знал о Чикаго.

Время шло, сбережения тая­ли, а мечты не сбывались. Друзья попросту приехали в Чикаго в неудачное время, в межсезонье, когда на рынке труда наступало временное затишье. Друг Чарли не выдержал и уехал обратно, да и сам Масселуайт подумывал о том же. Но туг он попал в южные районы города и с удивлением увидел расклеенные повсюду объявления о предстоящих вы­ступлениях Мадци Уотерса, Хаулина Вулфа, Литтл Уолтера, Эл­мора Джеймса, которых пре­красно знал по пластинкам и га­стролям в Мемфисе, но понятия не имел, что они живут и рабо­тают здесь, в городе, в который он сам приехал искать работу Чарли в тот же вечер пошел на концерт и после него твердо ре­шил держаться в Чикаго, что го­ворится, до последнего.

У него была рекомендация от Биг Уолтер Хортона, и благода­ря ей он начал выступать с блюз­менами "второй шеренги" — Джонни Янгом, Джоном Ли Грандерсоном и другими. Это уже давало кое-какой зарабо­ток, но совершенно недоста­точный для жизни. И тут Масселуайту повезло. Его порекомен­довали Мадди Уотерсу, как мо­лодого интересного гармошечника, и Мадди пригласил его сы­грать вместе пару вещей на од­ном из своих концертов. Моло­дой музыкант настолько понра­вился Уотерсу, что тот стал зазы­вать его в свой бэнд все чаще и чаще. Так Чарли заработал пер­вую известность — еще бы, ведь он регулярно играл на одной сцене не просто с Мадди Уотер­сом, а еще с Отисом Спэнном, Джеймсом Коттоном, Уилли Смитом и другими звездами, входившими в его группу.

Завязывались новые интерес­ные знакомства. В издательстве The Jazz Record Mart ему расска­зали о фолковых клубах Север­ной стороны Чикаго — Blind Pig и Fickle Pickle. Там, помимо не­пременных исполнителей кан­три, он увидел и услышал музы­кантов, играющих акустичес­кий блюз, а также познакомился с молодым белым гитаристом Майком Блумфилдом. Блум­филд поразил Чарли невероят­ной памятью, желанием на­учиться всем возможным при­емам игры на гитаре, а также своеобразному чувству юмора и диким трюкам — Майк умел тушить сигарету о собственный язык, прятать бритвенное лез­вие во рту и многое другое. Они сдружились и много выступали вместе на Северной стороне.

Масселуайт таки путешество­вал по всему Чикаго — белым и негритянским районам (в чер­ные клубы помимо него заходило тогда в одиночку очень- очень мало белых) — и незамет­но для себя начал получать серь­езные ангажементы. Только те­перь он понял, что действитель­но можно зарабатывать на жизнь блюзом, хотя платили музыкантам в Чикаго совсем не­много, и приходилось высту­пать как можно чаще. Короче, он вроде бы мог и бросить осто­чертевшую фабрику, но к сожа­лению, постоянной работы для него на сцене все-таки не было. В плохие сезоны приходилось идти наниматься обратно в це­ха. Он сам, конечно, предпочел бы заниматься только блюзом, но была тут одна закавыка. Чар­ли так и остался страшно стес­нительным. Он все еще стеснял­ся носить с собой гитару, чтоб не привлекать внимание. Гар­моника в кармане по-прежнему больше его устраивала — если не нравилось место или люди, всегда можно было сказать, что ее с собой нет, и не играть.

Тот же Блумфилд был полной противоположностью Чарли. Он заходил в любой клуб, неся впереди себя гитару и уже с по­рога начинал вопить,- "Привет, а вот и я! Я хочу поиграть — кто со мной!?" И чтобы преодолеть природную застенчивость, Масселуайт постепенно стал прибегать к надежному, прове­ренному поколениями блюзменов, да и вообще артистов, средству — пропускал стакан­чик перед выходом на сцену. Это помогало, хотя и создало в будущем изрядную проблему.

В издательстве и музыкаль­ном агентстве The Jazz Record Mart Чарли получил предложе­ние на годичный контракт с группой знаменитого гитарис­та и певца Биг Джо Уильямса. Уильямс стал его первым насто­ящим другом. Они даже жили вместе в подвале издательства, когда у них случились пробле­мы с жильем. Биг Джо дал Чарли очень многое, в числе прочего он фактически научил его петь.

Уильямс, Масселуайт и при­мкнувший к ним Блумфилд (ко­торый в этом составе играл на фортепиано) обосновались в белом клубе Северной стороны под названием Big John’s. Это было фактически началом про­никновения электрического черного блюза в белый регион Чикаго. А когда контракт Биг Джо Уильямса закончился, и тот уехал, то Чарли с Майком убедили владельца клуба устра­ивать у него выступления Мад- ди Уотерса, Отиса Раша, Хаулин Вулфа и других звезд блюза из черных Южной и Западной сторон города. В общем, Масселуайта и Блумфилда вполне можно считать инициаторами внезапного увлечения в сере­дине 60-х белой общественно­сти Чикаго черным городским электрическим блюзом.

Сам Масселуайт продолжал выступать в черных клубах. Ему посчастливилось играть с дву­мя великими мастерами губной гармоники — полными тезка­ми — Биг Уолтером Хортоном и Литтл Уолтером Хортоном. Очень многому в своем стиле он обязан старшему Биг Уолте­ру, а изобретательный Литтл Уолтер продемонстрировал ему все преимущества электри­фицированной гармоники, с которой Чарли теперь не рас­ставался на концертах. Он по­дружился и играл вместе с дру­гими известными впоследст­вии мастерами губной гармо­ники — Кэри Беллом, Полом Баттерфилдом, Джуниором Уэллсом... и гитары — Бадди Га­ем, Мэджик Сэмом, Джоном Ли Хукером...

Вообще-то нравы в не самых престижных негритянских ба­рах и клубах тогда были те еще! Например, любимым развлече­нием Мадди Уотерса и Хаулин Вулфа, когда они выступали в подобных заведениях, был сле­дующий трюк Пока их сайдмены были заняты своими соло, они брали бутылку пива, засовы­вали ее в брюки через ширинку, взбалтывали хорошенько и ког­да подходила их очередь петь, одной рукой брали микрофон, а другой откупоривали торча­щую из штанов бутылку и под песню поливали пивом первые ряды и сцену. Зрители были в полном восторге, особенно женщины. Мадди обычно про­делывал это шоу под блюз I'm а Man ("Я — мужчина").

Выживать блюзменам в Чи­каго в 60-х, если они не были звездами вроде Мадди или Вул­фа, или Сонни Бой Уильямсона, было очень нелегко. Всегда на­ходился бэнд, готовый играть за меньшую плату, чем твой. Владельцы клубов пользова­лись конкуренцией и заставля­ли музыкантов работать за тот же гонорар всю ночь — по шесть-семь сетов длиной 45 минут с пятнадцатиминутны­ми перерывами. Это была рабо­та на износ.

Как бы то ни было, но этот многолетний блюзовый мара­фон принес свои плоды. В 1967 году Масселуайту предложили записать альбом. Предложения поступили сразу от двух компа­ний — Electra и Vanguard, но Чарли знал, что на Электре только что вышел диск его кол­леги Пола Баттерфилда, и ре­шил выбрать другой лэйбл. Так появился его первый альбом Stand Back! Here Comes Charlie Musselwhite's Southside Blues Band. Он получил очень хоро­шую прессу, и буквально месяц спустя Чарли вместе с группой пригласили на гастроли в Кали­форнию.

Они попали в Сан-Францис­ко в самый разгар "психодели­ческого" движения. Вокруг ца­рила полная свобода нравов и буквально повсюду звучала са­мая разная музыка. В городе бы­ло много FM-станций, в том числе и подпольных, которые крутили блюз и психоделичес­кий рок, причем у ди-джеев не было никаких плейлистов — каждый ставил то, что ему нра­вится. Масселуайт с изумлени­ем узнал, что его новый диск то­же крутят по радио в Сан-Франциско, чего и в помине не на­блюдалось в Чикаго. В Кали­форнии про них уже знали!

Их сразу ангажировали в са­мые известные клубы: Fillmorf West, Avalon Ballroom и Straight' Theatre. Чарли был ошеломлен условиями. За два 45-минутных сета они получали в три раза больше, чем за семь таких же сетов в Чикаго, да еще и играя в прекрасных залах и на отличной аппаратуре. К тому же в Сан-Франциско Масселуайт впервые понял важность дл музыканта юридической стороны шоу-бизнеса. Он впервые в жизни подписал контракт на свои выступления — в Чикаго об этом и не упоминали. А еще он увидел, как можно организовывать концерты фестивального типа — с большим количеством приглашенных музыкантов — и привлекать этим 6yквально толпы публики. Работа на Западе США сразу показапа ему, что шоу-бизнес — вещь серьезная, и тут люди зарабатывают хорошие деньги.

Увидев, что в Калифорнии не только их любят, но еще и наперебой предлагают работу, Маселуайт просто-напросто решил здесь остаться. Об этом он никогда не жалел, да и сейчас живет там же. Конец 60-х и практически все 70-е были для него очень удачным и плодотворным временем. Постоянные гастроли, причем не только в США и выходящие один другим альбомы дали ему возможность нормально существовать, несмотря на начинаю­щийся в стране упадок интереса к блюзу. Но в начале 80-х на нем печально сказалась совсем другая, его личная застарелая проблема. Выпивка.

Чарли настолько привык выпивать перед концертами, что постепенно стал это делать каждый день, а его ежедневная доза доходила до полутора литров, в основном чего-нибудь крепкого. То, что помогало в работе, когда он только-только начинал выступать на сцене, теперь серьезно мешало. Многих музыкантов алкоголизм сгубил окончательно, но Масселуайт нашел в себе силы преодолеть эту привычку, хотя отняло это нe один год. После того, как у него не получилось бросить пить одним махом, он начал сознательно переключаться с крепких напитков на хорошее вино, принимать витамины, всегда закусывать, делать по утрам зарядку, чтобы быть в форме...

Не сразу, но такая тактика стала приносить плоды. Чарли чувствовал себя все лучше, но покончить с выпивкой окончательно никак не удавалось. Вне­запный перелом наступил только в 87 году. Он ехал на ра­боту, когда по радио передали историю о маленькой девочке из Техаса, которая попала в за­брошенную шахту и заблуди­лась в темноте. Ее искали не­сколько дней, за событием сле­дила вся Америка, а когда на­шли, то оказалось, что она не впала в панику и все время под­бадривала себя детскими пе­сенками, напевая их вслух в темноте.

Масселуайт сказал себе: "Если эта девочка смогла ТАК себя ве­сти, то и я смогу с сегодняшнего дня бросить пить".

В тот вечер он впервые в жиз­ни вышел на сцену трезвым. Но­ги тряслись, его бросало то в жар, то в холодный пот, но он выдержал. И, что называется, за­вязал окончательно. А еще ему повезло с третьей женой, Ген­риеттой, которая поддержива­ла его как могла все эти годы борьбы с алкоголизмом и фак­тически стала его менеджером, причем очень квалифициро­ванным.

Выздоровление удачно сов­пало с возрождением интереса к блюзу в девяностых годах Он подписал контракт с беском­промиссным независимым блюзовым лейблом Alligator Records и выпустил несколько альбомов, сразу же заработав несколько номинаций на пре­мию им. У. Хэнди. Можно ска­зать, что с того времени он по­лучал эту премию почти каж­дый год — в основном в номи­нации "Лучший инструмента­лист года (губная гармоника)". Появлялся он и в номинациях на Грэмми, и на другие музы­кальные призы, в общем, успех больше не изменял ему.

Ранние и средние работы Масселуайта почти все выдер­жаны в традиционном мощном чикагском стиле и выделяются в основном превосходной гар­моникой и общей искреннос­тью музыки. Но его последние эксперименты очень интерес­ны уже совсем другим — напри­мер, сочетанием блюза с кубин­ским стилем "son" на альбоме Continental Drifter, блюзовым взглядом на кантри в проекте One Night In America и законо­мерным возвращением к са­мым корням его любимой му­зыки в работе 2004 года Sanctuary. Ему удается везде со­хранить настоящую традици­онную блюзовую атмосферу, но при этом насытить ее какими-то новыми, современными зву­чаниями, очень гармоничными и свежими. А в игре на губной гармонике Масселуайт в конце концов пришел к удивительно­му минималистскому стилю — двумя-тремя пассажами он до­бивается большего эффекта и впечатления, чем некоторые гармошечники за весь сет.

Об одном жалеет теперь Чар­ли Масселуайт, достигнув в ка­рьере того, чего и в мыслях не держал сорок лет назад — вовсе не о делах. Он с печалью и нос­тальгией вспоминает времена, когда постоянно бывал в кругу почти всех тогдашних блюзо­вых звезд, и говорит, что если бы он только отдавал себе в этом отчет, то мог бы сделать столько уникальных фотогра­фий, записей, заметок, а теперь приходится полагаться исклю­чительно на память...

Что ж, значит, мы имеем шанс дождаться от него книги воспо­минаний о легендарных блюзо­вых послевоенных десятилети­ях. И это должно быть не менее интересно, чем его альбомы.

Дискография:
1967 Stand Back! Here Comes Ch.Musselwhite's... (Vanguard)
1968 Blues From Chicago (Cherry Red)
1968 Stone Blues (Vanguard)
1968 Louisiana Fog (Blues Legends)
1969 Tennessee Woman (Vanguard)
1969 Chicago Blues Star (Blue Thumb)
1969 Memphis Charlie (Archoolie)
1971 Mylon (Cotillion)
1974 Takin’ My Time (Archoolie)
1975 Goin' Back Down South (Archoolie)
1975 Leave The Blues To Us (Capitol)
1977 Light Of Your Shadow (Sussex)
1978 Times Getting Tougher Than Tough (Crystal Clear)
1979 Harmonica According To Charlie Musselwhite (Blind
Pig)
1984 Memphis Tennessee (Crosscut)
1984 Tell Me Where've All Good Times Gone (Blue Rock'it)
1986 Mellow-Dee (CrosscutO
1990 Ace Of Harps (Alligator)
1991 Signature (Alligator)
1993 Takin' Care Of Business (Kent)
1993 In My Time (Alligator)
1997 Rough News (Virgin)
1998 Curtain Call Cocktails (West Side)
1999 Continental Drifter (Virgin)
2000 Up & Down The Highway Live (Indigo)
2002 One N ight I n America (Telarc)
2004 Sanctuary (Real World)

Евгений ДОЛГИХ



JAZZ-KBAДPAT №4'2004




авторы
Евгений ДОЛГИХ
музыкальный стиль
чикагский блюз
страна
США
Расскажи друзьям:

Еще из раздела исполнители на иных инструментах
Joe Locke - У меня нет близорукости John "Kaizan" Neptune - волшебный мир сякухати Toots Thielemans - всегда "Тутс" Аркадий Шилклопер - золотой рог виртуоза
© 2017 Jazz-квадрат

Сайт работает на платформе Nestorclub.com