nestormedia.com nestorexpo.com nestormarket.com nestorclub.com
на главную новости о проекте, реклама получить rss-ленту

Esperanza Spalding – Многообещающая надежда

стиль:

Esperanza Spalding – Многообещающая надежда
Говорят, кровь в человеческом организме полностью обновляется в течение нескольких лет. Говорят, что именно это обстоятельство позволяет нам жить – в противном случае мы бы хирели и умирали очень быстро. Очевидно, что такое обновление, свежая кровь, в прямом и переносном смысле, необходимо любым организмам – не только отдельно взятому человеку, но и футбольной команде, театральной труппе, структурам управления государством. В противном случае их ждет застой, увядание, смерть. Эта логика развития действенна и для такой сферы музыкального искусства, как джаз. И дело тут не в формальной смене стилей (в развитии джаза был период, когда каждое десятилетие на авансцену выходило новое направление), а в появлении новых имен, новых людей с креативными идеями, новыми подходами к творчеству, свежим взглядом на музыку, которую они играют. Именно появление таких людей дарит надежду, что джаз и далее будет жить и развиваться, дарить радость своим поклонникам, пусть поначалу некоторые идеи и взгляды будут казаться чересчур смелыми и даже еретическими. «Надежда» по-испански – «эсперанса». Я далек от мысли, что симпатичная молодая басистка и вокалистка по имени Эсперанса Сполдинг, стремительно ворвавшаяся в элиту мирового джаза на рубеже первого десятилетия нового века, - это мессия, призванная спасти джаз, этакая Жанна д’ Арк со свингом. Да и не умирает пока моя любимая музыка, хотя признаки старения организма все же наблюдаются. Но очень приятно и, надеюсь, симптоматично, появление этой талантливой исполнительницы, да еще со столь символическим именем. JazzQuad.ru просто не мог пройти мимо истории ее пока еще короткой, но впечатляющей карьеры.

Эсперанса родилась на западе США, в городе Портленд, штат Орегон 18 октября 1984 года. Американцы, говоря о населении своей страны, любят сравнивать ее с плавильным котлом. В этом смысле Эсперанса – идеальный пример такого рода плавильных процессов. В ее жилах течет кровь самых разных народов. Отец Эсперансы – афроамериканец, а предки матери жили в Испании, Уэльсе и здесь же, на земле Америки – среди них были и индейцы. Отец не жил с семьей, и мать одна воспитывала Эсперансу и ее брата. Не знаю, чьи гены повлияли на музыкальные таланты девочки, но матери Эсперанса обязана качествами, за которые она всегда вспоминает ее с огромной благодарностью. Та была очень волевой, энергичной и деятельной женщиной, не гнушавшейся любой работой, чтобы обеспечить детям воспитание на должном уровне, да вдобавок принимавшей активное участие в профсоюзной работе совместно с известным организатором независимого профсоюза сельскохозяйственных рабочих Сезаром Чавесом. Росла Эсперанса в мультикультурной и многоязычной среде, чему способствовал тот факт, что с ранних лет ее опекала няня-кубинка, обучившая девочку испанскому языку.

Учеба в школе у Эсперансы не задалась. И болела она часто, и в классе чувствовала себя не очень уютно – стандартная схема обучения этому конкретному ребенку явно не подходила: девочка решительно не принимала методику, по которой все ученики должны сидеть в классе и слушать педагога. Никаких сравнений, но, насколько я помню, некто Альберт Эйнштейн тоже не ладил со школьными порядками и считался тугодумом… У Эсперансы во избежание психологических травм первоначальное образование происходило в основном в привычной домашней обстановке. Планируй она в дальнейшем карьеру ученого или инженера, это бы заметно осложнило ее будущее, но Эсперанса, к счастью, принадлежала к той немногочисленной группе детей, которые уже с ранних лет ясно представляли, чем они будут заниматься в дальнейшем.

В четыре года, увидев по телевизору выступление знаменитого виолончелиста Йо Йо Ма, она поняла, что это – ее путь. Меньше, чем через год девочка практически самостоятельно (!) научилась играть на скрипке и в пять лет уже начала играть на этом инструменте в Обществе камерной музыки Орегона, куда в равной степени был открыт доступ и детям, и взрослым. Допускаю, что источники могут лукавить, но даже если так, пусть с помощью взрослых – но ведь Эсперансу действительно в пятилетнем возрасте приняли в этот состав – значит, было за что, а это ли не свидетельство раннего проявления редкого таланта. И дальнейшие события только подтверждают этот неоспоримый факт. Десять лет Эсперанса играла в этом составе и к 15 годам стала в нем концертмейстером. И в этом же возрасте она впервые вышла на профессиональную сцену, играя … блюз на контрабасе в одном из местных клубов с музыкантами, многие из которых годились ей в отцы! Эта девочка действительно была рождена для музыки – с удивительным, прирожденным чувством ритма и гармонии и потрясающей жадностью как можно больше и как можно скорее попробовать все в этом мире звуков!

Эсперанса отнюдь не ограничилась скрипкой и академической музыкой. Ей было интересно все – рок, хип-хоп, рэп, блюз, джаз. Мать училась играть на гитаре – восьмилетняя девочка ходила с ней на уроки и потом дома воспроизводила мамины экзерсисы на фортепьяно. Эсперанса освоила гобой, кларнет, начала сама сочинять песни – и музыку, и стихи. Но когда она впервые увидела контрабас, именно этот большой, казалось бы, совсем не женский инструмент, полностью завладел ее сердцем. Почему именно он – не знаю, как не знаю, почему она в итоге выбрала для себя именно джазовую дорогу, хотя другие музыкальные пути явно обещали больше коммерческих лавров. Это ведь, как любовь – она возникает и тут трудно найти какие-то рациональные объяснения. В 2008 году, отвечая на вопрос интервьюера о выборе инструмента, она так и сказала, что выбор контрабаса можно сравнить с ситуацией, когда «…просыпаешься одним прекрасным утром и обнаруживаешь, что влюблена в своего коллегу по работе».

Во всяком случае, в 16 лет она, получив специальную стипендию, начала учебу в Портлендском университете именно как басистка. Ее главные кумиры в игре на контрабасе – Рон Картер и Дэйв Холланд. Параллельно Эсперанса брала частные уроки вокала (сегодня она поет не только на английском, но и на испанском и португальском). Еще одна параллельная линия – Эсперанса Сполдинг становится практически лидером поп-роковой группы Noise for Pretend, для которой она пишет песни на любые темы. Именно в рамках этого состава она впервые попробовала одновременно петь и играть на контрабасе – главная «фишка» всей ее последующей карьеры. Местные рамки вскоре становятся тесны для Эсперансы – педагоги в Портленде почувствовали это раньше юного дарования и посоветовали ей продолжить учебу в самом знаменитом музыкальном педагогическом центре Америки - Berklee College of Music в Бостоне.

Это было страшновато! Пересечь весь континент со своим столь громоздким другом-контрабасом и отправиться из теплых (во всех отношениях) родных краев в неведомую Новую Англию. Да и элементарная, прозаическая проблема: нет денег! Нет денег – но есть друзья. Они устроили Эсперансе концерт-бенефис, собрали 1000 долларов и с этой «грандиозной» суммой она все-таки полетела в Бостон. Разумеется, цветами ее там никто не встречал. Помимо чисто бытовых трудностей, Эсперансе пришлось осознать, что Беркли – место, где вместе с ней учатся самые способные и самые целеустремленные молодые музыканты не только из разных уголков Америки, но и из самых разных стран всех континентов. Однако, и в этой пестрой компании талантов, пусть не сразу, но она заставила говорить о себе. Эсперансу оценил ее первый педагог по классу контрабаса Джон Локвуд, легендарный Пэт Мэтини продюсировал запись студенческого ансамбля с ее участием и, наконец, сам вице-президент Беркли, не менее легендарный Гэри Бартон, очень тепло и очень лестно отозвался в 2004 году о молодой исполнительнице: «У нее великолепное чувство ритма, она уверенно читает самые сложные композиции, и она вкладывает весь свой жизнерадостный темперамент в любую исполняемую музыку. Она полностью готова к большой карьере, и это произойдет очень скоро».

Прозорливый ветеран не ошибся. За три года, проведенные в Бостоне, Сполдинг не только получила степень бакалавра. Почти сразу после этого, в том же 2004 году, она сменила студенческую скамью на преподавательское кресло, будучи принятой в штат преподавательского корпуса Беркли, и став в свои 20 лет самым юным педагогом за всю историю колледжа! Это само по себе уникальное достижение, но еще важнее для всего ее последующего роста, о котором говорил Бартон, было другое: Эсперанса приобрела бесценный исполнительский опыт, играя в бостонских клубах с самыми разными партнерами, а также участвуя в различных проектах с по-настоящему большими мастерами, такими, как пианист Мишель Камило, вибрафонист Дэйв Сэмюэлс, басист Стенли Кларк, саксофонисты Дональд Харрисон и Джо Ловано, певица Патти Остин. Все эти столь разные люди почувствовали в девушке именно того партнера, который был им необходим. Сама Эсперанса особенно выделяла среди них Джо Ловано: «Работать с Джо было страшновато, но он – чрезвычайно великодушный человек. Не знаю, была ли я готова к выступлениям, но он очень в меня верил. Это был потрясающе полезный урок». Эсперанса явно созрела для старта собственной карьеры.

Дебютный альбом Эсперансы Сполдинг, названный Junjo увидел свет 18 апреля 2006 года на лейбле Ayva Music. Его испанское название не случайно. Альбом записывался в трио с музыкантами латинского происхождения – пианистом Аруаном Ортисом и ударником Франсиско Мела, да и в музыке здесь много латинского, с бразильскими и аргентинскими мотивами. Но в целом и критики, и сама Эсперанса отнесли этот проект к сфере музыки фьюжн. Эсперанса комментировала это так: «Я люблю музыку фьюжн. В ней есть та чудесная искра, которая появилась сорок лет назад, когда люди начали внедрять современное звучание в свою музыку. Вы слышите то, что находило во мне отклик». В Junjo Эсперанса уже «выложила на стол» свои главные козыри – экспрессивную манеру пения и густой, сочный звук и безукоризненную тенику в игре на контрабасе. Другой вопрос, что, несмотря на благосклонную реакцию публики и критики, особой революции этот дебют не произвел: еще один первый диск молодого исполнителя, каких десятки появляются каждый месяц. Интересно, что сама Эсперанса порой даже не относила этот проект к своим сольным работам, считая его скорее плодом усилий всего трио.

Ну, а зато собственная роль в записи второго альбома не вызывала уже сомнений даже у самой исполнительницы. Не зря же он получил короткое, но емкое название: Esperanza. Этот диск дал старт продолжающемуся по сей день сотрудничеству Эсперансы с лейблом Heads Up International, отделением известной компании Concord Music Group. Появился он в мае 2008 года. Эсперанса в этом проекте по-прежнему поет (на трех языках) и играет на акустическом контрабасе, но также и на электрической бас-гитаре. Ассистировала ей при записи уже куда более обширная команда музыкантов – клавишник Лео Дженовезе, перкуссионист Джейми Хаддад, барабанщик Отис Браун, а также еще четверо музыкантов, включая саксофониста Дональда Харрисона, в отдельных треках. Из двенадцати композиций альбома девять сочинила сама Эсперанса, а три – каверы. Два из них – пьесы классиков бразильского джаза: Ponta de Areia Милтона Насименто и Фернандо Роча и Samba Em Preludio Винишиуса Де Мораеса и Баден Пауэлла, а третьим кавером Сполдинг «покусилась» на один из самых знаменитых стандартов в истории джаза - Body & Soul, исполнив его на ... испанском языке.

И вот тут резонанс был уже качественно иным. В чартах журнала Billboard в области современного джаза альбом продержался более 70 недель. Об Эсперансе Сполдинг начали писать, и в очень теплых тонах, не только специализированные издания, но и главные игроки на мировом медиа-рынке, вроде «Нью-Йорк Таймс». Грег Барк так экспрессивно описывал концерт Эсперансы в «Лос-Анджелес Таймс»: « (она)… обнимает свой инструмент, как друга. Кажется, ее пальцы спонтанно летают вверх и вниз по грифу. Когда ее голос – высокий и воздушный, но с прочной основой – срывается в скэт или мелизмы, ее руки словно говорят вместе с ее связками, помогая друг другу». Эсперанса замелькала в самых модных телевизионных шоу – «гуру» голубого экрана вдруг озарило: талант, внешние данные, мультикультурные корни – и все «в одном флаконе»! Впрочем, не только они заметили такое выигрышное и политкорректное сочетание, но об этом несколькими строками ниже…

Основной «урожай» лавров за Esperanza пришелся на 2009 год. Ассоциация джазовых журналистов вручила Эсперансе Сполдинг премию за 2009 год в категории «Восходящая звезда» - оценка справедливая, и, что на мой взгляд особенно ценно, выставленная людьми из своего же, джазового цеха. JazzWeek увенчала альбом Esperanza титулом «альбом года». Сполдинг стала желанным гостем на таких престижных джазовых фестивалях, как ньюпортский и нью-йоркский, дважды выступила на приемах в Белом Доме. И вот тут есть явная связь со случившимся в конце года событием, которое, даже брось Эсперанса с тех пор музыку вообще, навсегда занесло ее имя в разнообразные скрижали. В 2009 году, по совершенно непонятным (во всяком случае мне) причинам, Нобелевский комитет присудил первому афроамериканскому президенту США Нобелевскую премию мира. Вручение оной, как известно, сопровождается торжественной церемонией, а затем специальным концертом в честь нового лауреата. Так вот, отправляясь за премией в Осло, Барак Обама лично выбрал Эсперансу Сполдинг для выступления на этом концерте, и 10 декабря 2010 года она приняла участие в проходивших в Норвегии торжествах.

В 2009 году Эсперанса приняла участие и в двух очень интересных проектах других музыкантов. Она и ранее уже записывалась, к примеру, со Стенли Кларком (Toys Of Men, 2007), Крисченом Скоттом (Anthem, 2007), группой Fourplay (Energy, 2008). Но кооперации 2009 года были особенно значимыми. Во-первых, Сполдинг попала в длинный список гостей, созванных известным гитаристом Майком Стерном для записи альбома Big Neighborhood, а во-вторых, она играла на басу в альбоме Джо Ловано Folk Art. Этот проект стал дебютным для нового квинтета выдающегося мастера, названного Us Five. Ловано решил, что ему нужны свежие идеи и свежая энергия: в новый коллектив он пригласил и саму Эсперансу Сполдинг, и ее партнеров по прежним записям, ударников Отиса Брауна и Франсиско Мела.

В целом же, в карьере Эсперансы Сполдинг наблюдается пока забавная тенденция: в четные годы она записывает и выпускает свои новые альбомы, а в нечетные – пожинает аппетитные плоды этих работ в виде самых высоких наград. За доказательствами тут далеко ходить не приходится: давайте проследим за следующими этапами творческого пути Эсперансы. Итак, лето 2010-го – в продажу поступает третий альбом Сполдинг под названием, явно навеянным воспоминаниями об ее первых музыкальных шагах в Орегоне: Chamber Music Society. В принципе, в основе этой работы лежат те же музыкальные идеи, которые демонстрировали и ее предыдущие альбомы, но здесь все они реализованы как бы с иной точки зрения, под углом связи джазовых и этнических (все тех же латинских) мотивов с академической музыкой, чему в немалой степени способствовало введение в звуковую палитру струнного трио с виолончелистом Дэвидом Эггаром, скрипачом Енчо Тодоровым и виолистом Луисом Мартином. Если за клавишами здесь по-прежнему сидит Лео Дженовезе, то место за ударной установкой заняла известная и тоже весьма креативная дама – Терри Линн Кэррингтон, что послужило началу их дальнейшего сотрудничества в будущем. Но главной новой фигурой, появившейся в команде Эсперансы в работе над Chamber Music Society, был опытнейший и известнейший Гил Голдстейн. Вместе они продюсировали этот проект, вместе сделали все аранжировки для струнных. Опыт и мастерство Голдстейна несомненно помогли более тщательной шлифовке композиций и приданию работе в целом особого блеска. Из одиннадцати композиций большинство опять написано самой Эсперансой. Особое место тут принадлежит открывающей диск композиции Little Fly, в которой Сполдинг положила на музыку стихи знаменитого английского поэта XVIII века Уильяма Блейка – клип, снятый по этому треку, был очень популярен, как, впрочем, и сам альбом.

В поддержку Chamber Music Society Эсперанса совершила большой концертный тур, причем, не ограничиваясь только США и Европой. Она выступила в клубе Blue Note в Токио, на джазовом фестивале в Кейптауне, Южная Африка – словом, в прямом смысле пронесла Chamber Music Society по всем континентам. Но самую высокую оценку, прямо связанную с этой работой, Эсперанса получила дома. В феврале 2011 года в Лос-Анджелесе Национальная Академия звукозаписи США проводила торжественную церемонию вручения премий Грэмми за 2010 год. Эсперанса Сполдинг попала в шорт-лист претендентов на премию Грэмми в категории «Лучший новый артист» или «Открытие года» (мне лично больше нравится второй вариант интерпретации этого названия по-русски), что само по себе было уже большим успехом. Джазовые записи уже много лет при распределении Грэмми жрецами из Академии скромно довольствуются отведенными им резервациями-номинациями и крайне редко что-то завоевывают в общих категориях. Сенсацией 2008 года стало вручение Грэмми Херби Хэнкоку за альбом River: The Joni Letters в категории «Альбом года» - такого не было уже лет пятьдесят! Но в 2011 году произошла сенсация еще более громкая: Эсперанса Сподинг получила Грэмми в категории «Открытие года», обойдя других номинантов – исполнителя хип-хоп Дрэйка, поп-роковую группу Florence and the Machine, британский фолк-рок состав Mumford & Sons и главного фаворита, идола тинейджеров всего мира, канадского поп-исполнителя Джастина Бибера!

Журналисты дружно объявили, что еще никогда джазовый исполнитель не завоевывал Грэмми в этой категории, которая считается одной из самых престижных. Тут можно поспорить, дело в том, что в 2003 году сразу пять премий Грэмми, в том числе и в этой категории получила вокалистка Нора Джонс, чье творчество также связано с джазом, но, в любом случае, громадного успеха Эсперансы Сполдинг этот факт не умаляет. Естественно, на фоне такого события объемы продаж Chamber Music Society, как и популярность Эсперансы (несмотря на гневные стенания разобиженных фанаток Бибера) резко выросли. По объемам продаж Chamber Music Society стал самым успешным джазовым альбомом 2011 года. В ноябре Эсперанса была еще удостоена и музыкальной премии Бостона в категории «Джазовый исполнитель года». Любопытно, что и в 2011 году, второй раз подряд, Сполдинг была номинирована на премию Ассоциации джазовых журналистов в категории «Восходящая звезда», но уже ее не получила. Что ж, и в этом случае, профессионалы, на мой взгляд, рассудили все правильно: полноте, какая там восходящая звезда, после получения Грэмми Эсперанса стала звездой без всяких дополнительных эпитетов!

Именно в этом качестве Сполдинг начала работу над новым своим альбомом - Radio Music Society. Он был выпущен все тем же лейблом Heads up International в марте 2012 года. По сходству названий с предыдущей работой можно было бы предположить, что это будет некий сиквел. С другой стороны, уже согретая лучами славы, Эсперанса могла резко повернуть в сторону более коммерческого, то есть, говоря прямо, попсового звучания. Но ничуть не бывало! В Radio Music Society можно обнаружить, пожалуй, большее влияние современной музыки соул и хип-хопа, но в целом и этот проект, безусловно, находится в джазовом поле. Несколько каверов, включая I Can't Help It Стиви Уандера и Endangered Species Уэйна Шортера, дополняют блок очень крепких, ярких тем самой Эсперансы. В записи альбома принимало участие много гостей, причем гостей знаменитых. Скажем, легендарный Джек Де Джонетт был звездой, когда Эсперанса еще не появилась на свет. Дженовезе и Кэррингтон можно считать уже постоянными партнерами Сполдинг, но вот Джо Ловано, с которым Эсперанса работает параллельно своей собственной карьере, в ее проекте появился впервые – он солирует в I Can't Help It и Jazz Ain't Nothin But Soul (название, очень подходит для характеристики большей части этого альбома в целом). А еще надо не забыть и таких участников проекта, как Билли Харт, Лионель Люке, певец хип-хопа Q-Tip, вокалисток Блесетт, Хэтауэй, Парлато, Штерн, Стивенс, а также, что вызывает особенное уважение, смешанное с умилением – гостей из еще не столь далекой юности Эсперансы, портлендских музыкантов, которые также внесли вклад в ее творческий рост – Джэнис Скроггинс и Д-ра Тару Мемори.

Очень тщательно прорабатывалась и концепция самого издания. Альбом увидел свет как в обычном варианте, так и в специальном CD/DVD, где каждый трек сопровождается концептуальным видео сюжетом, помогающим Эсперансе точнее донести идею композиции до своих слушателей/зрителей. Клипы для альбома снимались в Нью-Йорке, Барселоне и на родине исполнительницы, в Портленде. Сполдинг явно стремилась шагнуть вперед, как в смысле самого материала, так и способа его подачи. О том, насколько ей это удалось, поговорим чуть ниже, а пока есть смысл пробежаться по «гостевым» проектам Эсперансы, исходя из принципа «скажи мне, кто твой друг…»

И здесь мы, без особого удивления, обнаруживаем преимущественно альбомы людей, которые участвуют и в ее проектах. В 2010 году она появляется в альбоме талантливого гитариста из Бенина Лионеля Люке Mwaliko, продолжается и крепнет сотрудничество Эсперансы с Джо Ловано: в рамках Us Five она участвовала в записи альбомов Bird Songs (2011) и Cross Culture (2013). Для концертов с Us Five Сполдинг прервала даже собственный тур в поддержку Radio Music Society. Вместе с другими известными исполнительницами джаза Эсперанса участвовала в записи альбома Терри Линн Кэррингтон Mosaic Project (2011), а с Кэррингтон и пианисткой Джери Аллен она еще составляет очень симпатичное классическое фортепьянное трио из настоящих джазовых королев. Де Джонетт также пригласил Сполдинг в свой проект Sound Travels – этот альбом вышел в 2012 году, как и новый диск Майка Стерна All Over The Place ( у него Эсперанса записывалась уже второй раз). А кроме этого, ее имя можно найти в альбомах классного новоорлеанского трубача Николаса Пэйтона (Bitches, 2011), малийского музыканта Салифа Кейты (Tale, 2013) и в целом ряде других проектов.

После этого краткого экскурса самое время вернуться к собственной карьере Эсперансы Сполдинг. Отзывы в прессе на Radio Music Society были весьма теплыми, как в Штатах, так и в Европе. Джон Бэнджи в лондонской «Таймс» отмечал «теплый, воздушный голос» исполнительницы и характеризовал альбом, как «путешествие сквозь соул, госпел, балладный стиль и биг-бэндовый свинг». Уилл Лаймэн, отметая обвинения в коммерциализации творчества Сполдинг, утверждал, что в Radio Music Society Сполдинг «…использует музыку соул, как форму, - но по существу трансформирует ее в джаз на практике». Ну, а любители музыки голосовали за альбом своими кошельками. Radio Music Society дебютировал на 10-м месте в чарте Billboard 200, а среди джазовых альбомов занял первое место. Только за первую неделю было распродано 25 тысяч экземпляров диска – цифра, серьезная не только для джазовых релизов. Ну, а люди из Национальной Академии Звукозаписи, уже присмотревшиеся к Сполдинг в прошлом году и одарившие ее первым Золотым граммофончиком, отреагировали на Radio Music Societу по-своему. 6 декабря 2012 года, когда были объявлены номинанты на очередные премии Грэмми, оказалось, что Эсперанса Сполдинг присутствует сразу в трех номинациях! Вместе с работами Курта Эллинга, Дениз Донателли, Лучианы Соуза и Эла Джерро Radio Music Societу вышел на финишную прямую в борьбе за титул «лучшего альбома вокального джаза». Кроме того, альбом был номинирован на Грэмми, как «лучшее музыкальное видео большого формата» и как «лучшая инструментальная аранжировка аккомпанемента вокалу» (композиция City of Roses).

10 февраля 2013 года, в день вручения премий Грэмми в зале Стэплз Сентер в Лос-Анджелесе, интрига разрешилась. Из трех номинаций победа пришла к Эсперансе Сполдинг в двух! Она завоевала Грэмми за лучший альбом вокального джаза и (вместе с Тарой Мемори, одним из ее бывших учителей) за лучшую инструментальную аранжировку аккомпанемента вокалу. В 28 лет иметь на своем счету уже три премии Грэмми – согласитесь, это блистательный успех! Надеюсь, весь предыдущий текст поможет вам без проблем назвать его основные составляющие – талант, свежие идеи и бесспорная харизматичность. Есть люди, уже внешне сразу располагающие к себе, - Эсперанса Сполдинг из их числа. Сегодня ей еще нет даже тридцати. Но цифры в данном случае – вещь коварная и относительная. В поп-музыке кумиры сменяют друг друга очень быстро, в тридцать лет многие уже пережили свою короткую славу и прочно забыты, надо быть Мадонной, чтобы десятилетиями удерживаться на гребне. А вот для джаза тридцатник – не возраст, да и внешние данные решающей роли не играют. Здесь можно собирать полные залы (правда, увы, не самые большие) и в шестьдесят, и в семьдесят, и в восемьдесят…

Какой путь выберет Эсперанса Сполдинг? В одном из интервью она, несколько парадоксально, назвала Мадонну и … Орнетта Коулмена в качестве людей, чья карьера кажется ей образцовой. В другом случае, отвечая на вопрос о стилистике собственной музыки, она обратилась к аналогиям: «Когда Нора Джонс сделала свою первую запись, ее отнесли к категории джаза. Когда продажи пошли вверх, ее переместили в категорию поп-музыки. Возникает вопрос, в каком же жанре работает Нора Джонс? Наверное, не в джазе». Пока же Эсперанса уверенно и с полным правом осваивается в кругах именно джазовой элиты. 30 апреля вместе с ведущими джазовыми музыкантами из разных стран она участвовала в гала-концерте в честь Международного дня джаза в Стамбуле. В августе ее ждут на концерте в честь восьмидесятилетия Уэйна Шортера. Она – желанный гость на любом джазовом фестивале или благотворительном концерте. Наш рассказ об Эсперансе Сполдинг не имеет и не может, к счастью, иметь логического завершения. Он прерван, можно сказать, на полуслове. Эсперанса Сполдинг еще в начале своего пути. Хочется, чтобы этот путь был долгим и радовал любителей музыки и почитателей таланта этой молодой исполнительницы, которая данное ей от Бога приумножает с умом, энергией и трезвой осмотрительностью.

Леонид АУСКЕРН
Май 2013г.


авторы
Леонид АУСКЕРН
музыкальный стиль
Латинский джаз, мэйнстрим
страна
США
Расскажи друзьям:

Еще из раздела басисты
Charles Mingus - жизнь, как струна Jaco Pastorius - Хроника легенды Marcus Miller - бас-сказы Bill Wyman's Rhythm Kings - первое место в британских чартах!
© 2017 Jazz-квадрат

Сайт работает на платформе Nestorclub.com