nestormedia.com nestorexpo.com nestormarket.com nestorclub.com
на главную новости о проекте, реклама получить rss-ленту

Tata Guines – мастер звуковой логики

стиль:

Tata Guines – мастер звуковой логики В современном музыкальном мире далеко не каждому удаётся оставить после себя значительный творческий след, или, вернее, наследие, к которому обращались бы потомки, заимствуя и совершенствуя идеи, продолжающие жить после своего создателя...

Tata Guines-один из немногих conguero, чья музыка волнует любого, кто имеет хоть малейшее представление об искусстве игры на conga, а музыкантов побуждает осваивать элементы его игры, десятки раз прослушивая записи этого замечательного перкуссиониста.

Federico Aristides Soto Alejo, родился в 1930 году в беднейшем местечке Güines, к востоку от Гаваны, название которого стало сценическим псевдонимом на все последующие 65 лет его продолжительной музыкальной каръеры.

Свои первые барабаны он изготовил из выброшенных на свалку молочных пластиковых бидонов. С самого раннего детства он настукивал на всём, что придётся, очень рано обнаружив в себе чувство ритма : сначала он стал играть на бонго, немного позднее научился играть на контрабасе и выступал со множеством различных групп, но пройдёт ещё очень много времени и знаменитых имён, прежде чем Тата Гинеса музыкальные критики назовут «Silky Hands» - «шёлковые руки». Наверное, без труда можно догадаться, что в этом прозвище заключалось признание технических достижений и удивительного ритмического мышления Тата Гинеса.

В 12 лет от роду он начал играть в группе под руководством своего дяди Dionisio Martinez - „Estrellas Nacientas". В 18 лет, в 1948 году он переехал в Гавану, пытаясь именно музыкой заработать на жизнь, что было практически невозможно; днём работал чистильщиком обуви, а ночью обходил все танцевальные заведения с барабанами на плечах от улицы Luyano до Vedado. За запись на радио в то время максимальный гонорар для Тата составлял не более 10 песо-жалкая подачка. Это были времена, когда конгистов никто не считал музыкантами.

Но 1940 год стал решающим и счастливым моментом для исполнителей на этом инструменте, благодаря одному из величайших кубинских музыкантов – Арсенио Родригесу, который первым добавил к своему септету две трубы и конга.

Сегодня мы едва ли сможем представить себе популярную кубинскую музыку, карнавальные представления или латинский джаз без барабанов конга, но на самом деле, до 40-го года эти инструменты считались инструментами низшей категории и у руководителей оркестров интереса не вызывали.

Надо пояснить, что одной из предпосылок к такому неуважительному отношению является техническое состояние инструментов той поры: то, что впоследствии стало называться «конга»-изготавливалось из винных бочек, а кожа прибивалась гвоздями прямо к корпусу. Исполнителям приходилось с помощью зажжённой свечи через короткие промежутки времени подогревать мембрану, чтобы придать барабану хоть какое-то подобие тона. В конце 40-х годов, благодаря братьям Вергара на Кубе появились первые профессиональные барабаны конга, а подход к натяжению кожи и настройке был ими фундаментально модифицирован. Общие критерии присутствия конгиста в ансамбле были пересмотрены с появлением этих инструментов. Другим бесспорным положительным моментом явилась легендарная фигура Chano Pozo, который ещё до переезда в США был звездой Tropicana Night-Club Show, а позднее стал членом оркестра Dizzy Gillespie в 1946 году.

50-е годы, практически целое десятилетие, знаменуют собой один из лучших периодов в творческой карьере Тата Гинеса. В 1952 году ему подвернулась случайная работа в нескольких группах под руководством Bebo Valdez, когда уже полностью сформировавшийся молодой музыкант Тата Гинес присоединился к ансамблю «Fajardo y Sus Estrellas», с которым он отправляется на гастроли в Венесуэлу и Мексику.

В 1957 году музыкальная каръера Тата Гинеса принимает новое направление после того, как он переехал в Нью-Йорк, где в короткое время, он как солист, стал героем нью-йоркских джазменов. Известно, что в Нью-Йорке Тата играл на 5-ти барабанах (впоследствии, большей частью на 2-х), кроме того и пел – это происходит в одном из самых престижных концертных залов «Палладиум» вместе с выдающимся певцом тех лет - Benny More. Американская публика увидела в Тата Гинесе популяризатора афро-кубинских ритмов и новатора, благодаря которому через некоторое время латинский джаз приобрёл свою собственную интеллектуальную публику и завоевал массу поклонников по всей Америке.

В Нью-Йорке Тата Гинес много работал как студийный музыкант, например, принимал участие в записях великих артистов, таких как : Frank Sinatra, Josephine Baker, Maynard Fergusson, Dizzy Gillespie, Miles Davis, а также почти каждый вечер играл в оркестре, в одном из самых престижных отелей города – Waldorf Astoria. Кроме того, работа Тата Гинеса хорошо оплачивалась, он жил в роскошном отеле, выступал на одной сцене с музыкантами, чей авторитет был непререкаем, за ним закрепился статус солиста.

Все эти факты могли бы стать основой для блестящей дальнейшей каръеры, если бы не его политические взгляды. После кубинской революции 1959 года, многие музыканты с помощью различных ухищрений потянулись на американский Континент в поисках лучшей жизни и реализации своих творческих достижений, а Тата Гинес как раз наоборот: он бесповоротно решил возвращаться домой, на Кубу. Во-первых, он приветствовал революцию и поддерживал коммунистическую идеологию Фиделя Кастро, во-вторых, признавался публично, что в Америке страдал от расовой дискриминации. «Моя слава касалась меня только тогда, когда я находился на сцене» - горько высказался он в одном интервью.

Вне сцены, по его словам, Тата, как и многие другие, испытывал на себе оскорбительные взгляды «белых» и насмешки, унижающие человеческое достоинство. Будучи верным своим политическим убеждениям, Тата ежемесячно посылал некоторые суммы из своих гонораров на поддержку кубинской революции, так как считал это своим прямым долгом. Он решил возвращаться, чтобы принять участие в новой государственной программе и общественной жизни команданте Фиделя Кастро.

Вернувшись в Гавану, Тата Гинес застал разительные перемены в обществе и культурной жизни и снова окунулся в музыку – почти каждый вечер выступал в Caribe Kabare в отеле «Habana Libre», а в 1960 году он вошёл в состав знаменитого и великого оркестра Chico O`Farrill Latin-Jazz Band. Конечно же, по возвращении Тата ощутил значительную потерю в заработке и внезапную изоляцию от американской сцены, на которой ещё в недавнем времени он успел прочно утвердиться. В послереволюционной Кубе международные творческие возможности Тата Гинеса резко ограничились - гастроли могли проходить только в тех странах, с которыми Фидель Кастро поддерживал дипломатические отношения. В это же время совместно с пианистом Frank Emilio Flynn, он основал латин-джазовый ансамбль „Los Amigos", в который входили известные музыканты: Guillermo Barretto, Gustavo Tamayo, Papito Hernandez. Чуть позже тимбалеро Guillermo Barretto заменил Changuito, а на контрабасе Cachao Lopez. „Los Amigos" намного расширил традиционные ритмические и гармонические схемы в Descarga, тем самым внося удивительные находки в современную музыку и в дальнейшем повлияв стилистически на последующие поколения не только кубинских музыкантов. Замечательный ансамбль „Los Amigos" много гастролировал, имел большой успех у публики, здесь Тата Гинес в полной мере демонстрировал свою неповторимую технику игры на конга, солировал почти в каждой композиции, очень эффектно шутил с музыкантами и зрителями, проявляя себя, как остроумный и находчивый шоумен.

В период с 1957 по 1958 год Тата Гинес записал серию пластинок с выдающимся кубинским басистом „Cachao" Lopez, а также великолепными партнёрами - Cachao Lopez „Cachao y su Ritmo caliente» и Chico O'Farrill «Los mejores musicos de Cuba"– они были известны под названием „Cuban Jam Session", установив тем самым некий стандарт в импровизации в кубинском джазе.

Первая пьеса этой «Антологии» кубинских джемов открывается большим и энергичным соло Тата Гинеса и выглядит, как пролог к большому рассказу: к этому времени звуковая концепция его инструментов полностью устоялась, как и его полиритмический разговор, объединяющий тему и вариации, что и сегодня вызывает удивление и восхищение у перкуссионистов и последователей этого жанра.

Конец 60-х и 70-е годы были для Тата Гинеса, пожалуй, самыми плодотворными – он был одним из тридцати ведущих кубинских музыкантов, которые собрались для записи пяти альбомов для известнейшей студии EGREM. Между тем, музыкант продолжает записывать музыку в направлении Latin Jazz, как приглашённый музыкант, например, с Miguel „Anga" Diaz - „Pasaporte", с собственной группой -„Aniversario", с „Cubanismo" Jesus Alemany, Jane Bunnet „Cuban Odissey", Orlando „Maraca" Valle на пластинке „Tremenda Rumba", а также с группой „La Rumba Soy Yo".

Среди выдающихся записей Тата Гинеса отмечены несколько пластинок с пианистом Peruchin Nieto под серией „Cuban Jazz Legends", высоко оценённых музыкальными критиками и прессой. В 90-е и двухтысячные годы, Тата Гинес выступает не так часто, но много времени уделяет талантливым детям, занимаясь с ними на инструменте – щедро делясь с ними секретами своего искусства, и представляя этих детей в концерте внутри большого оркестра. Кроме того, он изредка приглашается в Европу, где проводит серию мастер-классов, которые собирают большую аудиторию специалистов.

Все 3 альбома, в которых учавствовал Тата Гинес, в 90-е годы, получают Grammy : 2000 год- с канадским саксофонистом Jane Bunnet „Cuban Odissey" ; „La Rumba Soy Yo" с Cuban All Stars, и „Lagrimas Negras" c Bebo Valdez & Diego Cigala в 2004-м.

В 1996 году произошло грандиозноеное событие, о котором невозможно умолчать: известный американский продюссер Ry Cooder прибыл в Гавану с целью записать большой видео-концерт на публике с участием выдающихся кубинских артистов на своём лейбле «World Circuit" Этот проект имел название «Buena Vista Sozial Club", а в списке пожеланий продюссера одним из первых значилось имя Тата Гинеса, а также Alfredo Rodriguz, Ruben Gonzalez.

Именно в этот момент Тата Гинес находился в длительном турне в составе группы Alfredo Rodriguez, ничего об этом не знал, да и гастроли отменить было бы немыслимо...

Продюссер спешил, надеясь на своё коммерческое чутье, которое подсказывало ему, что альбом Buena Vista может быть распродан по крайней мере количеством в 100.000 экземпляров. Он рассчитывал на этот тираж, представляя, что эта цифра будет оптимальной для такой музыки, в отличие от популярных жанров. Никто и предположить не мог, что этот альбом станет самым продаваемым альбомом всех времён, удостоится многих крупных наград, принесёт составу участников международную славу и огромный доход продюссеру от продажи почти... 7 миллионов копий. Тата Гинес пропустил этот важный для него момент, но несмотря на это, он всё же учавствовал в более поздних записях „Buena Vista".

В 2006 году Тата Гинес удоставивается высшей музыкальной награды своей страны „Premio Nacional de Musica".
4 февраля 2008 года Тата Гинес, в возрасте 77-лет умер от почечной инфекции. Он умер, окружённый почётом и уважением, а в последний путь его провожала вся музыкальная Гавана, гроб был обёрнут кубинским национальным флагом. Все крупные газеты писали, что мир прощается с „King of Congas"- Тата Гинесом, королём барабанов конга, одним из величайших исполнителей в истории мировой музыки, с уходом которого музыкальное искусство понесло большую утрату.

Звук, технические приёмы, фразировка.

О музыкальном образовании Тата Гинеса история умалчивает. По всем немногочисленным фактам его биографии видно, что Тата Гинес нигде специально музыке, а именно, игре на conga не учился. Его «университетом» с самого детства явилось пребывание в среде больших музыкантов и безусловный талант. Не хочу показаться банальным, если скажу, что всё в мире относительно в смысле сравнения, но говоря о Тата Гинесе, без преувеличения можно сказать, что он обладал некоторыми чертами гения, и если уж он не вошёл в число гениальнейших людей мира, то во всяком случае, очень приблизился к ним. Минуя многие ступени в процессе музыкального роста, он в короткое время сумел добиться высочайших вершин в исполнительском искусстве.

Конечно же, Тата Гинес обладал страстью, или вернее, любовью к идее: это та внутренняя мотивация, которая побуждала его упорно работать добиваясь технического и художественного совершенства, находя всё новые и новые возможности и ничего не требуя взамен: не ради славы, денег или власти, а только лишь ради творческого воплощения своих идей...

И конечно, интуиция: Тата Гинес обладал особой восприимчивостью, которая позволяла ему улавливать тончайшие импульсы, вряд ли доступные обычным людям. Отсюда - его многочисленные ритмические находки, удивительная фразировка сольных партий и неповторимое звукоизвлечение.

Тата Гинес первым ввёл в свой технический арсенал ногтевую технику. Играя только ногтями в центре барабана, он умел создавать необычную красочность и отчётливость в звучании, играя разными длительностями на немыслимой скорости.

Новаторство? Безусловно! Этот элемент игры Тата Гинеса оказал серъёзное влияние на многих перкуссионистов сегодняшнего дня. О творческом наследии Тата Гинеса нам напоминает его сын – Tata Guines Jr., который продолжает дело своего отца : раз в 2 года он проводит большие концерты под названием „Fiesta del Tambor", с участием крупнейших перкуссионистов мира, отдавая предпочтение молодым музыкантам. Благодаря ему были открыты новые имена: Eliel Lazo, Edel Gonzalez, Yaroldi Abreu...

За свою жизнь Тата Гинес дал всего лишь несколько интервью – его коллеги по цеху признавались, что он не любил шума вокруг себя, никогда не позировал на камеру и мало интересовался тем, что о нём пишут. В этих интервью он неизменно повторял, насколько важно для музыканта находиться рядом с большими мастерами.

Неудивительно, что в течение своей творческой каръеры Тата Гинес выработал свой яркий индивидуальный стиль игры, который легко было воспринимать, но трудно имитировать.

Тата Гинес был мыслящим музыкантом, и это выделяло его среди своих коллег. Он совершенно не умел играть бездумно, всегда зная, что делает и что будет делать. В аккомпанементе Тата Гинес всегда скромен, тактичен, экономен – всё посвящено солисту. Никаких эффектов и никаких трюков; его отличает поразительное чувство меры и утончённая расстановка звуков вокруг акцентов пульсации. Но в своём соло он ведёт себя совсем по-другому: здесь Тата Гинес с безупречной логикой и вкусом выстраивает свою ритмическую концепцию. Он начинает своё соло, как будто-бы продолжая аккомпанемент, но дополняя его короткими импровизационными вкраплениями, давая слушателю возможность ещё некоторое время побыть в метре пъесы. Затем, после громоподобного мастерского тремоло, обозначившим начало его соло, он играет в свободной манере, демонстрируя разнообразие и богатство оттенков, разрабатывая изломанные внетемповые ритмические фигуры, в которых прослеживаются мелодические цитаты. Они просты и логичны. Ритмические несовпадения внутри метра, искусством которых Тата владел в совершенстве, конечно, больше восхищают специалистов, но они и для непосвящённого уха исполнены редкого изящества. Задуманная ритмическая фигура исполняется резко и энергично, к концу достигая наивысшего напряжения- это наиболее эмоционально воздействующий момент.
Динамическое искусство Тата Гинеса всегда впечатляет : тонкое знание законов звука, использование выразительного языка его оттенков и нюансировки, не даёт отвлечься и заставляет вслушиваться в музыку, передавая нам её внутреннюю сущность.

Кто бы ни говорил о Тата Гинесе, то ли музыковед, то ли перкуссионист, то ли простой слушатель, главной мыслью безусловно явится удивительное совершенство звукоизвлечения музыканта.

Как известно, в игре на конга существуют 4 основных звука, остальные являются производными. Владение способностью извлекать эти разные тоны из одного барабана, умение их комбинировать, вплетая в сложную ритмическую фактуру - необходимая часть технического багажа любого перкуссиониста; это то, что мы называем аппликатурой. Тата Гинес владел искусством извлекать из барабана яркий, светлый, густой тон, наполняя его чувственностью и остротой восприятия мира....

Звук Тата Гинеса я считаю редким, чувственным и неповторимым – никогда и ни у кого я не наблюдал такой теплоты и сочности звучания инструмента, как у него. Думаю, что дело тут не только в техническом мастерстве или музыкальной одарённости, а в особом исполнительском инстинкте, в редкой эстетической интуиции!

Что касается сольной игры Тата Гинеса : он практически не применял рудименты в общепринятом барабанном смысле слова – его сольная игра была больше подчинена глубине замысла, нежели украшательством и расчётом на произведённый эффект. Конечно, бросается в глаза-ощущение удивительной лёгкости и естественности в соло : скорость исполнения сложных длительностей, логические закономерности и внутренние связи ритмических узоров, ёмкость и то же время лаконичность сказанного – это под силу лишь только мастеру!

Глядя на солирующего Тата Гинеса, мы замечаем прилив энергии, внутренней озарённости, радости творчества, которые и составляют основу его стремления максимально искренне отразить свой редкий талант импровизатора. К единственному недостатку можно отнести лишь сложившееся за многие годы бесконечное повторение одних и тех же ритмических фигур, отточенных до блеска, и используемых им почти в каждом соло переходящем из одной записи в другую с незначительными вариациями. И тем не менее, этот сольный стереотип Тата Гинеса никогда не утратит своего эстетического воздействия, неповторимой свежести и художественной ценности на слушателей, и тем более, на музыкантов.

Важно понять, что будущее техники игры на конга, каким бы экспериментам оно ни подвергалось, кроется в его прошлом, хоть и совсем недавнем. Современным музыкантам, ищущим свою индивидуальную манеру, совсем не лишним было бы остановиться, чтобы окинуть взглядом уже достигнутое, а может быть, и прибавить кое-что к своему техническому арсеналу. Тата Гинес-несомненный материал для этого!

Вот несколько примеров, дающих представление об индивидуальном почерке и являющиеся характерными для Тата Гинеса:

На первый взгляд может показаться, что в этих ритмических формулах нет ничего особенного, но это, уверяю вас, только на первый взгляд.

1). Это - основа техники игры Тата Гинеса – аккомпанирующая левая рука исполняет heel-tip, хорошо известный приём для перкуссионистов, правая извлекает Slap, Open Ton и Tipp.

Необходимо добиться точного звукоизвлечения и скорости исполнения, не теряя качества звуков (тонов). В левой руке „Tip" должен быть таким же внятным, как и „Heel".



2) Здесь я привожу наиболее часто употребляемое Тата Гинесом ритмическое смещение – звучит очень красиво и убедительно. Обращаю внимание на то, что большие триоли в 4-м такте исполняются как „flam" с правой руки, но оба со „slap"

(P-Palm или Heel, T-tip, S-slap, M-muff).



3) Ещё одна характерная комбинация со смещением ритма:



4) Небольшой фрагмент соло Тата Гинеса:



Имя Тата Гинеса заслуженно стоит в одном ряду с именами прославленных музыкантов, таких, как Монго Сантамария, Кандидо Камеро, Франциско Аквабейа, Армандо Пераза, Рэй Баретто, хоть может быть, на его долю и не выпало так много успеха, премий и звёздных концертов. Но мы всегда будем благодарны ему за незабываемую музыку, обращаясь к ней не раз - за советом, за подсказкой, за помощью...

Тата Гинес навсегда останется в нашей памяти – ритмически-импровизационно неожиданный и острый, как бритва, полный энергии и юмора, с широкой и несколько лукавой улыбкой Большого Мастера!

Поистине – KING OF CONGAS!

3 сентября 2011, Мюнхен.

Яков СОЛОДКИЙ


авторы
Яков СОЛОДКИЙ
музыкальный стиль
Латинский джаз
страна
Куба
Расскажи друзьям:

Еще из раздела барабанщики, перкуссионисты
William Hooker - Маргинальный барабанщик Chick Webb - Маленький гигант большого джаза Армен "Чико" Тутунджян - Барабаны судьбы Maris Briezhkalns - Бесконечный ритм
© 2017 Jazz-квадрат

Сайт работает на платформе Nestorclub.com