nestormedia.com nestorexpo.com nestormarket.com nestorclub.com
на главную новости о проекте, реклама получить rss-ленту

Jamie Masefield - Экспансия мандолины в джазе

стиль:

Jamie Masefield - Экспансия мандолины в джазе "Jazz Mandolin Project" — это группа Джейми Мэйсфилда, который играет, как ясно из названия, на мандолине. Организовалась она в начале 1993 года и ее довольно быстро стали приглашать в многочисленные гастрольные поездки. Будучи поначалу просто компанией друзей, которые играли в баре практически почти бесплатно, "Джазовая мандолина" сейчас — одна из самых быстро набирающих популярность джазовых джем-групп. Выпустив самостоятельно два диска, коллектив попал "в объятья" крупнейшегоджазового лейбла "Blue Note" и этим летом уже отыграл на нескольких фестивалях. Так что дела у них в полном порядке. Интервью с лидером было взято у него дома во время небольшого перерыва между гастролями, а так застать его дома в последнее время почти невозможно.

— Какие произошли последние события в группе?

— Совсем недавно вышел новый альбом "Zenoblast" и теперь мы интенсивно "раскручиваем" его в серии гастрольных туров. Мы уже побывали во многих больших городах и это наша первая передышка. Очень скоро мы опять отправляемся в дорогу. Будем выступать на трех фестивалях: в Барлингтоне, Питтсбурге и Монреале и мы полны энтузиазма — моя мечта, которая зародилась несколько лет назад, начинает осуществляться.

— Тебе вроде и не придется далеко ездить…

— Да, Монреаль всего в часе и сорока пяти минутах езды отсюда. А потом будут еще и другие фестивали…

— Я заметил, что в состав группы постоянно вносятся какие-то изменения, по крайней мере, что касается барабанщика… Сначала был Фишмен, потом этот, забыл его имя, Ари…

— Ари Хениг.

— Да, на записи, и еще ты что-то делал с Марлоном Броуденом.

— Ага.

— Это просто творческие перестановки или все же нечто вроде конфликта между музыкантами?

— Ну, не совсем…

— Я имел в виду конфликты неизбежные, "плановые".

— Да, существует множество факторов. Не бывает кокой-то одной универсальной схемы для всех ситуаций. Я все время обнаруживаю, что те музыканты, в которых я нуждаюсь, уже заняты в других группах и проектах. Так получилось. что все, с кем я работаю, активно выступают на нью-йоркской джазовой сцене и я не могу требовать от них, чтобы они все бросили и постоянно играли со мной во всех турах. Поэтому сейчас в JMP ("Jazz Mandolin Project") фактически два барабанщика и два басиста. Второго басиста зовут Дэнтон Боллер (Danton Boller). Он родом из Лос-Анджелеса и в Нью-Йорке только пару лет.

А вообще это очень удобно — ребята все знают друг друга и одинаково хорошо чувствуют музыку — вот такой путь поддержания группы в форме. Для меня это также хороший опыт, потому что они все немного по-иному излагают свои партии в тех темах, которые я играю уже довольно давно. И это помогает мне обратить внимание на некоторые моменты в музыке, про которые я даже не мог предположить, что они могут ТАК звучать. Я чувствую, что даже многому учусь уэтих парней.

— Так все же, как ты считаешь, через пару лет у тебя будет постоянная группа или ты будешь продолжать сегодняшнюю практику?

— Я был бы даже слегка напуган, если бы нашлось два музыканта, которые смогли бы все время совмещать свою работу в моей группе… Но я понимаю что все же они делают разные вещи, и вообще, сайдменство — это нормально для джаза, когда люди работают в разных группах, с разными лидерами. Я думаю, что возможны оба пути. Если найдется два таких музыканта, то это будет прекрасно.К тому же я считаю преимуществом иметь двух разных басистов и барабанщиков до тех пор, пока они все интуитивно понимают мою музыку.

— Есть ли у тебя сейчас другой проект и другие музыканты, с которыми ты над ним работаешь?

— Когда я свободен, то частенько поигрываю с отличным акустическим гитаристом из Барлингтона Дугом Перкинсом. Мы вроде как поддерживаем форму в отсутствие концертов своих основных составов. У него есть своя блюграсс-фьюжн группа "Smoking Grass".Мы обычно выступаем вдвоем в различных местных заведениях и это очень нам помогает,потому что мы все время пробуем что-то новое и играем вещи друг друга. Но с другой стороны я вынужден при этом быть достаточно гибким, потому что я очень занят в своем основном проекте — JMP забирает слишком много времени… Я терпеть не могу давать согласие на совместное выступление с кем-нибудь, а потом перезванивать и говорить: извини, но у JMP как раз этой ночью концерт в Чикаго и поэтому я не смогу придти.

— Я хотел спросить о Джоне Фишмене (Jon Fishman): собираешься ли ты все же сделать его постоянным членом своего коллектива? Я думаю, он все же был одной из ключевых фигур в привлечении к вам большой части публики, которая так или иначе воспринимала вас как нечто связанное с группой "Phish" (Самая популярная сейчас американская рок-джем-группа, одним из основателей которой является Джон Фишмен. — Пр. ред). Я знаю, что вы оба из штата Вермонт и играли вместе и раньше. Мне просто интересно, думаешь ли ты об этом?

— У решения закрепить Джона в основном составе много "за" и так же много "против". Положительные стороны видны сразу — я их чувствую до сих пор. Поскольку ассоциация уже приведена, я имею в виду, что мы оба родом из Барлингтона и мы играли вместе, то надо сказать, что у нас (с Треем Анастазио (нынешний партнер Фишмена по группе "Phish" — Пр. ред), Джоном и еще одним старым приятелем-басистом) была группа под названием "Bad Hat". Мы ездили с концертами по всей Новой Англии и, ты знаешь, люди записывали наши выступления и эти ленты пользовались бешеным спросом. Так что многие еще помнят это и связывают наши теперешние проекты с теми временами. Однако чтобы пригласить Джона на постоянную работу в JMP?… Знаешь, я сейчас встречаю людей, которые говорят: "Я часто слышал о твоей группе, но не собирался сходить на концерт, пока у тебя не появился Джон, и только после этого я стал фаном JMP". С одной стороны это вроде здорово, но с другой стороны, я в интернетовских форумах я читаю такие диалоги: "Что это за JMP"? "А это сайдменский проект Джона Фишмена". А ведь из всех сотен концертов, что мы дали по всей стране, тех с Джоном было совсем немного… Однако такие вещи надо просто принимать как они есть.

— А чем ты считаешь свою группу — частью джем-сцены, наподобие тех же "Phish", или все же джаз-бэндом?

— Мне кажется, что феномен джем-групп зависит большей частью от фанов — это они "включают" тебя в эту категорию. То есть это больше не жанр, а какая-то часть культуры. Сам я считаю JMP джаз-группой. У нас большинство музыки носит импровизационный характер и часть материала носит связный характер, а часть — совершенно открытый и независимый. Конечно наша музыка имеет оттенок самых различных влияний: рока, классики, танго и даже хип-хопа. Я всегда чувствовал, что стержнем нашей музыки являются смешанные импровизации на все эти темы — мы идем на такой риск самовыражения. Мы стараемся в каждый момент сложить наши музыкальные ощущения вместе и мне кажется,что в этом и заключается весь джаз, хотя мы и не углубляемся в мейнстрим.

— Как бы ты определил ваш способ импровизации? Она органически вытекает из самого музыкального материала, с которым вы работаете и совершенно спонтанна или все же есть какие-то заготовки и наработки?

— И то, и другое. В пьесах есть места, где все знают, что мандолина будет импровизировать сверх стандартного квадрата ААВА, и они отходят на задний план, поддерживая солиста, а потом вступает следующий и так по кругу. Либо мы начинаем "обмениваться" друг с другом импровизационными фрагментами. А есть такие части, в которых мы решаем быть абсолютно свободными и открытыми и каждый пытается работать вместе с остальными одновременно. Но я стараюсь, чтобы самые разные формы и импровизационные стили— это интереснее и для нас самих и для публики. Сейчас мы "вникаем" в стиль джангл и пытаемся сочетать его с нашими акустическими инструментами.

— Что ты понимаешь под джанглом?

— Ну, это еще называется драм-энд-бас — такие программируемые сложные по структуре барабаны и бас. Наши ударник и басист отлично имитируют это звучание, так что мы сейчас стараемся приспособиться играть с их аккомпанементом. Это несколько абстрактная задача — мы хотим не просто импровизировать на заданные темы, а еще использовать различные эффекты, например, элементы звучания техно.

— Ты имеешь в виду электронное техно? Ты слушаешь такую музыку сейчас?

— Да. И я все время пытаюсь понять, какие типы звучания могут подходить для мандолины. И на самом деле находится довольно много, ну, не схем, мне не нравится это слово, а просто ритмических образов в мелодиях техно, которые мне очень интересны. Я исследую их для того, чтобы определить, что я могу использовать в своих вещах — имеется в виду обычно всего один музыкальный образ для целого шоу.

— Что ты сделал в твоем новом альбоме в стиле джангл?

— Самая первая вещь, "Zenoblast", это попытка работы в таком стиле. Но когда мы делали запись, это было для нас внове, а теперь мы играем много такого и мне бы очень хотелось записать еще одну такую вещь. Наше звучание изменилось, появилось много интересных находок… Может быть, нам стоит включить другую джангловую композицию в следующий альбом.

— У тебя уже есть какие-то определенные планы на следующий альбом? Ты уже готов записывать его или сначала будешь пока выступать с концертами?

— О записи очередного альбома я начну договариваться только в начале следующего года, а пока что я занят написанием новых вещей для него.

— Я бы хотел немного вернуться назад и спросить, каким образом ты все же попал на джем-бэндовую сцену, в окружение танцевальных коллективов и прочее?

— Все начиналось с того, что меня "подписали" на один концерт в месяц в одном из кафе в Барлингтоне. И мне пришлось каждый месяц крутиться, чтобы организовать свое выступление. Пытаться писать новую музыку, искать музыкантов, причем поначалу пришлось уговаривать их играть без гонорара, только за те деньги, чтонам бросали в коробку посетители, если мы им нравились. И вот постепенно мы начали раскручиваться — народ действительно врубился в музыку. Мы действительно играли только то, что нам было по душе, рисковали и искали разные интересные звучания вместо того, чтобы делать еще одну аранжировку "Green Dolphin Street". Как раз в то время стали популярны портативные цифровые (DAT) магнитофоны и люди стали приносить их на наши концерты и делать записи со своих микрофонов. А потом они же рассказывали о нас в интернетовских чатах своим знакомым. Интернет только начинал бурно развиваться и это сработало — народ обменивался кассетами, они разошлись по всей округе и мы стали получать другие предложения. Ну и конечно помогло знакомство с ребятами из "Phish". Я имею в виду,что в Барлингтоне все знали, что я — их приятель и что я играл с ними и просто проводил время и что у меня с ними общий интерес, а JMP — это по общему мнению было нечто вроде побочного проекта.

— А записывал ли ты сам раньше свою музыку?

— Нет, у меня нет никаких записей, кроме, разумеется моих альбомов. Но всегда, с самых ранних моих выступлений, кто-то из публики записывал их. Поэтому, если мы считали свой концерт особенно удачным, то просто просили прислать нам кассету.

— Давай вернемся еще раньше… Скажи, почему вообще ты стал музыкантом и как совершенствовался? Я слышал, что ты начинал играть на банджо в диксиленде?

— Точно. Я вообще вырос в музыкальной семье. Всегда дома кто-нибудь играл на фортепиано, аккордеоне, тубе или банджо. Приходили друзья семьи… Я так и запомнил эти звуки как домашнее окружение. Поэтому когда мне было одиннадцать, я подумал, что банджо — это то, что мне нужно и попросил его себе на Рождество. Родители подарили его мне, не подозревая, во что это выльется. А я начал брать уроки уодного знакомого и постепенно музыка стала каким-то ритуалом. Мои родители никогда меня особенно не подталкивали, но я усердно занимался каждую субботу целых семь лет, пока не пришла пора поступать в колледж, что положило конец занятиям. Однако после поступления к моему удивлению я очень быстро вошел в круг диксилендщиков, как правило, гораздо старше меня — всем этим бэндам позарез нужен был банджист. Они перед концертами заезжали за мной, а я надевал под костюм бабочку и красный жилет, и мы ехали выступать. За выступление я получал от 50 до 75 долларов и мне это казалось просто кучей денег. Все регулярно повторялось и в результате я провел уйму времени в концертных разъездах по штату Вермонт со всеми этими диксилендами. В то же время я обратил внимание на то, что тенор-банджо, на котором я играл, и мандолина имеют одинаковый строй. Я кроме диксилендов регулярно джемовал с разными молодежными составами из колледжа и чувствовал себя не совсем комфортно, играя на инструменте со старомодным звуком — он не подходил к нашим музыкальным опытам. Поэтому я решился на приобретение мандолины и не пожалел об этом — игра буквально со всеми подряд постепенно привела меня к увлечению современным джазом. Я стал слушать современных гитаристов и настолько "вошел" в этот саунд, что даже начал сомневаться, смогу ли я добиться чего-нибудь похожего на своей мандолине. И все это в итоге привело к тому, что когда я заканчивал колледж, я знал, что не буду заниматься ничем другим, кроме музыки.

— А сейчас тебе случается брать в руки банджо?

— Да, иногда. К сожалению, если ты спросишь меня о других проектах, то я вынужден буду ответить, что я бы хотел еще поиграть с диксилендами, но я не могу чаще всего планировать такие выступления, разве что в последний момент, когда выдается свободное время.

— А у тебя никогда не закрадывалась мысль о том, чтобы включить банджо в Jazz Mandolin Project и сделать нечто вроде чередования инструментов?

— Я бы очень хотел как-нибудь взять на тур к себе в группу одного из этих старых диксилендщиков… но я не знаю, что подумает публика в том случае, если я сам вдруг возьмусь за банджо. Я не уверен, что это будет хорошо воспринято в контексте самой идеи JMP.

— Ты говорил, что слушал много гитаристов. А был ли кто-нибудь из мандолинистов, кто повлиял тогда на тебя?

— Да, услышал тогда игру Дэвида Грисмена (David Grisman) — он был первым, исполняющим околоджазовую музыку на мандолине, из тех кого я знал. Но вообще больше всего на меня повлиял уже позже один мандолинист из Атланты по имени Мэтт Манди (Matt Mundy) — он играл в группе под названием "Aquarium Resque Unit". И он был единственным из всех музыкантов, кого я вообще знал, у кого были одинаковые со мной взгляды на возможности мандолины. Мы некоторое время поиграли вместе, а потом даже наигрывали друг другу мелодии по телефону и делали записи друг для друга. Очень здорово встретить настоящего виртуоза — я приобрел грандиозный опыт и освоил новый подход к мандолине, знаешь, несколько в стиле Колтрейна. А потом случилось так, что Мэтт уехал из Штатов и, насколько я знаю, вообще бросил музыку… Я давно не получал от него вестей, но все равно это был человек, который открыл мне глаза на возможности моего инструмента.

Джон Уль
Подготовил Евгений ДОЛГИХ


музыкальный стиль
мэйнстрим
страна
США
Расскажи друзьям:

Еще из раздела интервью с исполнителями на иных инструментах
Скирмантас Саснаускас - Литовское настроение Владимир Данилин - Свинговать на аккордеоне непросто Stefon Harris - Пять вопросов Стефону Харрису Давид Голощекин - Джазовый консерватор
© 2017 Jazz-квадрат

Сайт работает на платформе Nestorclub.com